ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Английский пациент
Магический пофигизм. Как перестать париться обо всем на свете и стать счастливым прямо сейчас
Психология влияния
Как учиться на отлично? Уникальная методика Рона Фрая
Иди туда, где страшно. Именно там ты обретешь силу
Нож. Лирика
Вдали от дома
Ангелы спасения. Экстренная медицина
Капитан жизни. История self-made миллионера, который встал у руля своего успеха
A
A

— У меня нет телефона. И я не собираюсь им обзаводиться.

— Но ведь у тебя есть хотя бы адрес, не так ли? Я, конечно, могу понять твое нежелание делиться им со мной, но ведь Лаура — твоя сестра, Солнышко, и она — единственная твоя родственница на этом свете. А если что-нибудь случится? Если ей понадобится твоя помощь?

— Она никогда не нуждалась в моей помощи. И к тому же я дала ей тот номер, по которому ты сейчас звонишь.

Он на какое-то время умолк, а когда заговорил снова, его голос звучал уже не столь самоуверенно.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Ты не пропускаешь визитов к врачу.

— Я чувствую себя очень хорошо, и я больше не намерена продолжать разговор.

— Нет, Солнышко, подожди. Я позвонил тебе не просто так. В следующем месяце мы с тобой приглашены участвовать в закрытом просмотре на выставке в галерее Лессера.

Миа молчала. Заниматься домыслами было не в обычае у Глена, и все же она с трудом могла бы поверить, что Лессер действительно приглашает их обоих. На его просмотрах она еще ни разу не видела работ, выполненных в стиле, подобном ее собственному.

— Похоже, ты в замешательстве, — засмеялся Глен. — Признаться, я поначалу был тоже. Видимо, они в этом году почему-то стали больше интересоваться реализмом. Так не будем упускать случая.

— Но послушай, я? Я еще могу поверить, что их заинтересовали твои работы, но…

— Дай же мне все объяснить. На прошлой неделе ко мне явились три типа из их оргкомитета и прямиком направились к твоим художествам, которые до сих пор стоят в заднем конце моей мастерской. Они так и завелись при виде скульптуры твоей матери и от ее истории. Они просто готовы были ее сожрать. Честно говоря, я уже стал опасаться, что они так и удовлетворятся тобой, и я останусь не у дел.

Она почувствовала невольно подкатившее чувство былой любви к Глену. С его стороны было весьма мило рассказать ей обо всем этом, независимо от тою, было ли это на самом деле правдой.

— Словом, они так и ходили вокруг этой скульптуры кругами. А на следующий день заявилась дама, которая сделала снимки для их рекламной брошюры.

Миа закрыла глаза. Как давно она не видела своих прежних работ. Все они по-прежнему оставались у Глена в студии. Она оставила свои работы там, где воздух золотится от солнечного света. Она оставила там и Глена.

— А что же они выбрали у тебя? — спросила она.

— Тебя, обнаженную, — с запинкой отвечал Глен.

— Глен, — она, внезапно ослабев, оперлась на стол, — пожалуйста, не выставляй ее.

— А кто узнает, что это именно ты? Ведь у тебя тогда были длинные волосы, и к тому же эта шляпа… — Он и словом не упомянул о главном различии между ее тогдашним телом и теперешним, но именно оно господствовало в ее сознании, так же как — несомненно — и в его.

— Я узнаю, — сказала она.

— Но они выбрали именно ее, Солнышко. Я должен ее выставить. А тебе, мой старый дружище, придется в июле приехать на несколько дней в Сан-Диего, чтобы представлять свои работы.

— Нет. — Она с трудом удержалась от непрошенных слез. — Я не смогу приехать туда. Я слишком занята здесь.

— Не будь идиоткой, Миа. Ты не имеешь права упускать такую возможность. Они собираются включить твою работу в их дурацкую брошюру, которую выпускают на Рождество.

— Ты бы не мог обойтись без меня? Я понимаю, что хочу слишком многого, но… — Она замялась, по привычке прикусив нижнюю губу. — Глен, я просто не хочу видеть тебя. И я также не хочу видеть Лауру. Мне правда хорошо здесь. Пожалуйста, Глен. Ты мог бы сделать это для меня?

— Ты просто режешь меня на куски, — вздохнут он.

— Ты переживешь. — отвечала Миа и повесила трубку прежде, чем он нашелся что ответить.

Она подъезжала к старому складу уже в седьмом часу вечера, и Рик с удивлением уставился на нее, когда она вошла в дверь.

— Я не могла приехать раньше, — пояснила она, — надеюсь, что не слишком обременю вас сейчас?

— Ну, что до меня, то вы никогда не будете мне в тягость, Миа. — Он поднял с пола Эврику и водрузил себе на шею, словно живое пушистое боа, пока следовал за ней в глубину здания.

Внутри склада было сейчас довольно прохладно, а Джефф колдовал во внутренностях вентилятора, взобравшись на стул, придвинутый к задней стене.

— Джефф так настраивает вентиляторы, чтобы они нагнетали ночью холодный воздух снаружи, а днем выдували горячий воздух изнутри, — пояснил Рик.

Джефф соскочил со стула и, взглянув на нее, уселся на край длинного стола.

— Уже соскучились по нас? — спросил он и тут же уткнулся в свои бумаги. Сейчас он был одет в голубую рубашку. Хотя не застегнутая, она тем не менее скрывала все, над чем Миа собиралась работать этим вечером, и она невольно расстроилась.

— Мне необходимо отснять еще пару пленок, — пояснила она Джеффу. — Одно дело, если бы я снимала вас в одной определенной позе, как это было с Генри Но вы все время в движении, и это затрудняет задачу. А кроме того, я поняла, что необходима пленка с большей чувствительностью. — Миа словно пыталась в чем-то оправдаться, но чувствовала, что слова ее падают в пустоту. Джефф лишь рассеянно кивнул ей и вновь углубился в содержание своих бумаг.

— Мы сейчас находимся как раз на полпути к решению, — пояснил Рик.

— Я бы не хотела отвлекать вас. — Миа уселась на один из столов и принялась менять объективы.

Джефф сидел, опустив глаза, как почти на всех сделанных еще днем снимках, но она так и не набралась смелости попросить его переменить позу. Она очень не хотела превратиться в незваную гостью.

— Так ничего не выходит, — сказал Джефф, обращаясь к Рику. — Эти номера не сработают с трансгидраторами такого размера. Нам надо либо удвоить их размер, либо удвоить их количество. Какую, ты говоришь, площадь занимают авокадо в овраге?

— Десять акров, — отвечал Рик. — Может быть, двенадцать.

Джефф подошел к карте, которая висела на задней стенке книжного шкафа. Задумчиво скребя подбородок, он что-то внимательно разглядывал на ней.

— Джефф? — отважилась она наконец.

— Хм-м-м? — Он даже не повернулся в ее сторону.

— Я прошу прощения за свою назойливость, но…

— Вы начинаете хотеть от меня слишком многого, Миа, вам не кажется? — спросил он, по-прежнему углубившись в карту. Его палец прочертил невидимую линию, отсекавшую часть Долины Розы.

— Я… нет, мне так не кажется. Я прошу про… я надеюсь, вас не очень затруднит, если вы снимете рубашку.

Рик удивленно поднял голову, тогда как Джефф так и не обернулся в ее сторону, хотя на губах у него заиграла улыбка.

— А я думал, что вы теперь работаете только с головами.

— Ну, в общем да, вы правы. Однако я изменила свои намерения. — Миа чувствовала, как ее заливает краска смущения.

— Ваша способность краснеть, должно быть, весьма досаждает вам временами, — заметил Джефф, уткнув в карту конец желтого фломастера.

Как он мог догадаться, что она покраснела?

— Я много лет работала с обнаженными моделями, — сказала Миа. — И в итоге мне показалось, что такой объем работы слишком велик для меня. А что касается вас, то вы в любой момент можете отказаться.

— Здесь довольно прохладно по вечерам, — он наконец обернулся к ней лицом, и в его опустошенных глазах Миа заметила теплые огоньки, — так что вам придется заглянуть сюда еще раз в дневное время, когда будет потеплее.

— Хорошо, — согласно кивнула она.

Джефф снова уселся на край стола и сделала большой глоток из бутылки светлого пива, а Миа занялась сменой отснятой пленки на свежую. Ее руки тряслись, а спина была вся мокрая от испарины. Когда же она научится держать свой дурацкий рот на замке?

Теперь она сфокусировала внимание на его руках, работая с телеобъективом. Миа не смела подходить слишком близко. У него были изящные смуглые кисти рук, покрытые легким золотистым пушком, с чистыми ногтями правильной формы. Это будет ее вторая скульптура, подумала она. А ведь прошло немало времени с того дня, когда она в последний раз лепила руки.

20
{"b":"6043","o":1}