ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Соблазни меня нежно (СИ)
Никогда тебя не отпущу
Древние города
Цвет Тиффани
Удиви меня
Сказания Меекханского пограничья. Память всех слов
Проклятый. Hexed
#INSTADRUG
Фартовый город
A
A

Бетани сделала салат и поджарила картофель в микроволновке, пока Дилан готовил рыбу на гриле. Они поели за столиком для пикника в тени густых деревьев, не забыв зажечь уличные свечи с запахом цитронеллы, чтобы отпугнуть насекомых.

С последней их встречи прошло две недели. Бетани выглядела великолепно. Дилану едва удавалось отвести от нее взгляд за ужином. После еды он немедленно повел ее в спальню. Они занимались любовью, но Дилан чувствовал: что-то не так. Бетани была необычно молчаливой за ужином и сделалась еще более молчаливой теперь. Дилан предпочел бы заснуть, но решил, что лучше будет спросить у нее, в чем дело.

Он подложил под голову подушку, чтобы видеть аквариум. Дилан сам встроил гигантскую емкость в стену между гостиной и спальней, чтобы наблюдать за рыбами из обеих комнат. Сквозь толщу воды пробивался свет из гостиной, посылая голубые волны на потолок спальни.

Дилан обнял Бетани.

– Тебя что-то тревожит? – спросил он. Она прижалась к нему.

– Нет, это все пустяки.

– Я тебе не верю.

Бетани вздохнула, и Дилан напрягся, приготовившись услышать ее ответ.

– Видишь ли, – сказала она, – эта фотография в твоем почтовом ящике не дает мне покоя.

– Напугана? Почему?

– Я просто не понимаю, как она там оказалась. Кто ее положил в ящик?

Дилан насупился. Рыбка «морской ангел» метнулась к поверхности аквариума, спустилась на дно и принялась плавать вокруг керамического замка.

– Эта женщина зарезервировала для себя полет на шаре сегодня утром, – начал он. – Одна. Когда мы поднялись, она объявила мне, что я отец ее дочери. Я даже не узнал ее… Эту женщину. Я не помнил ни ее имени, ни ее лица. Я был вне себя. Я тут же спустил шар на землю, через десять минут после начала полета. Только она могла опустить снимок в мой почтовый ящик, когда уезжала отсюда.

– Значит… – Бетани замолчала.

– Значит – что?

– Это может быть правдой?

– Я не понимаю, что она задумала. Ее дочери пять I лет, следовательно, все случилось шесть лет назад. Ты ведь понимаешь, что я должен был помнить хоть что-то о ней. И ты знаешь, насколько я щепетилен в вопросе предохранения.

Бетани помолчала, потом прошептала:

– Это был твой плохой период.

Дилан не хотел думать об этом, но Бетани была права. Вполне вероятно, что именно он был отцом девочки. Он мог быть отцом энного числа неизвестных ему детей. В те дни он слишком много пил. Так что возможно все.

– Да, – согласился он, – времена были не из лучших.

– Может быть, она все-таки твоя дочь.

– И что я должен делать, даже если она моя? Эта женщина говорит, что деньги ей не нужны. И это хорошо, потому что мне нечего ей дать. Но мне так же нечего предложить и девочке. Отец из меня никакой.

Бетани погладила его по груди.

– Это тебе кажется, что нечего, но это неправда. Иногда мне хочется… – Ее голос прервался.

– Чего тебе хочется?

– Из тебя вышел бы хороший отец, Дилан. С тобой весело. Ты добрый, честный, любящий человек.

Он вспомнил, что Лаура Брендон тоже употребила слово «любящий». Ее дочери нужен любящий отец.

– Я не хочу брать на себя никаких обязательств, – сказал он. – Повторяю на тот случай, если ты еще не заметила.

– Возможно, настанет день, и все изменится.

– Бетани… Я боюсь, что ты строишь на мой счет планы, которым не суждено сбыться.

– Да, меня это тоже волнует. Дилан коснулся ее щеки.

– Я был с тобой предельно честен.

– Я знаю, – голос ее звучал напряженно.

Он обнял ее и крепко прижал к себе, полагая, что этого ей хватит. Больше ему все равно нечего было ей предложить.

ГЛАВА 14

Уголок черного проектора, прикрепленного к двери квартирки Сары Толли, отклеился, и Лаура вернула его на место, прежде чем нажать на кнопку звонка. Она слышала, что телевизор работает на полную громкость. Через минуту Сара открыла дверь.

– Здравствуйте, – улыбнулась Лаура.

Сара улыбнулась ей в ответ, но Лаура поняла по выражению ее глаз, что и теперь, хотя она приходит в третий раз, миссис Толли не уверена в том, что знает ее.

– Сегодня день прогулки? ~ неуверенно спросила Сара.

– Да. – Лаура обрадовалась тому, что миссис Толли удалось установить хотя бы эту связь. – Я Лаура, помните меня? Я водила вас гулять на прошлой неделе. Я зашла, чтобы узнать, не хотите ли вы прогуляться снова. – Возможно, ей следует приходить в один и тот же день каждую неделю, чтобы Сара ожидала этих прогулок, думала о них.

– Да, с удовольствием, – Сара отошла в сторону, пропуская Лауру в гостиную. – Я вас помню, – сказала она, – у вас есть фотография мужчины.

– Моего отца, верно. Я принесла очень старые его снимки, может быть, они помогут вам вспомнить его.

Сара подошла к телевизору, выключила его и вернулась к Лауре. Она взяла фотографии, поднесла их к свету и стала рассматривать, покачивая головой и хмурясь. Ее недовольство собой из-за того, что она не может узнать человека на снимках, было очевидным. Лаура уже пожалела, что принесла их.

– Это не имеет значения. – Она убрала фотографии обратно в сумочку и заметила, что Сара надела юбку наизнанку. – Давайте поправим вашу юбку, а потом мы сможем пойти погулять.

– Мою юбку? – Сара посмотрела вниз. – Ой, она же наизнанку.

Сара с трудом расстегнула «молнию», а Лаура помогла ей снять юбку, гадая, как пожилая женщина сумела ее надеть. Когда с костюмом Сары все было в порядке, Лаура сказала:

– Вот так. Я вижу, на вас сегодня удобная обувь, так что мы готовы к прогулке.

– Я надеваю их каждый день, на тот случай, если придет девушка… Если вы за мной придете. – У Лауры при этих словах защемило сердце. Значит, Сара ждала ее. Ей следовало бы прийти раньше.

Выйдя из дверей корпуса, женщины не торопясь пошли по аллее.

– Где ваша семья? – спросила Сара, удивив Лауру этим вопросом.

– Мой муж умер, – ответила Лаура.

– О! Мой тоже умер.

– Молодой человек с фотографии в вашей комнате?

– Да. Во всяком случае, я думаю, что он умер. Лаура поразилась тому, что миссис Толли не помнит такой важной детали.

– И еще у меня есть маленькая дочка, ее зовут Эмма, – сказала она.

– Эмма, – повторила Сара. – И сколько ей лет?

– Пять.

– Она, наверное, скучает по своему папочке.

– Да, очень. – Лаура на мгновение замолчала, оценивая ясность ума Сары. – Только мой умерший муж не был ее настоящим отцом, – сказала она, гадая, сможет ли миссис Толли следить за ее рассказом. – Настоящий отец Эммы не знает о ее существовании. Я пыталась поговорить с ним, выяснить, не захочет ли он увидеться с ней, стать для нее настоящим отцом. – Она, усмехнувшись, покачала головой. – Все это так сложно. – Это восклицание показалось глупым ей самой. Скорее всего, Сара перестала ее понимать после первой фразы.

– И что же сказал настоящий отец Эммы? – спросила вдруг Сара, отнюдь не потерявшая нить разговора.

– Я поговорила с ним по телефону, но он не захотел встретиться с ней. Так что вчера я летала с ним на воздушном шаре… Это так запутанно.

– Вы поднялись в воздух на шаре? – Сара посмотрела на небо, словно могла увидеть там аэростат.

– Да. У него такой бизнес… Он поднимает желающих в небо. Так как он не захотел со мной разговаривать, я заказала путешествие на шаре под чужим именем. Когда мы оказались высоко над землей, я назвала себя и попыталась показать ему фотографию Эммы. Но он рассердился, мы немедленно приземлились, и на этом все закончилось.

– Как вам не стыдно, – попеняла ей Сара.

– Почему мне должно быть стыдно? – удивилась Лаура.

– Вы обманули его, а ведь речь шла о его ребенке. Лаура не ожидала такого выговора, вот тебе и болезнь Альцгеймера.

– Я не знала, что еще придумать. Поверьте мне, я хотела бы повернуть время назад, чтобы этого полета вообще не было.

– Но теперь вы извинитесь перед ним, правда?

– Думаю, что мне лучше всего просто забыть о нем. – Ей-богу, Сара соображает куда лучше, чем сама Лаура. Но тут пожилая женщина остановилась и посмотрела по сторонам.

18
{"b":"6044","o":1}