ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Улыбка Алека застыла.

— Это замечательно, Оливия. Он покончил со своей.. как там ее звали?

— Не думаю, что Пол совсем вычеркнул ее из памяти, но он по-настоящему старается. По его словам, проблема в том, что Внешняя коса все время напоминает ему о ней. Поэтому Пол хочет, чтобы мы отсюда уехали.

— Вот как. Значит, работа в Норфолке становится идеальным вариантом. — Алек взял свой стакан и направился в кабинет. — Я так и думал, что вы помиритесь, — сказал он. Ему хотелось знать больше, знать, занимались ли они любовью. — Ты рассказала ему о ребенке?

— Пока нет.

Они снова стояли в кабинете над чемоданчиком с инструментами Анни, и от их вида Алеку вдруг стало не по себе.

— У вас все получится, Оливия, — бодро сказал он. — Пол такой романтик. Когда ты ему скажешь…

— Я не могу.

— Но твой муж скоро и сам все поймет.

Оливия посмотрела вниз, на розовые и белые полоски своего платья.

— Неужели уже заметно?

— Если только смотреть, то пока ничего не заметно. Но… я думал… Он же твой муж. — Алек смутился и замолчал.

— Пока я не позволяю ему настолько приближаться ко мне.

— Понятно. — Алек переставил сумку Оливии на стол. — Садись, пожалуйста.

И тут зазвонил телефон на письменном столе. Алек снял трубку и узнал, что необходима его срочная помощь. В лечебницу привезли собаку с поврежденным глазом.

Алек закончил разговор, объяснил ситуацию Оливии, улыбнулся.

— Ты сама уговорила меня вернуться на работу, — пожал плечами он. — Не спеши, — Алек махнул рукой в сторону инструментов. — Не знаю, как скоро я вернусь, так что, если задержусь, можешь меня не дожидаться. Если тебе что-нибудь понадобится, Лэйси дома.

Он поднялся наверх предупредить дочь, что уходит. Девочка сидела на кровати в окружении тетрадей и учебников, орало радио.

— Меня вызывают в клинику, — Алек постарался перекричать грохот. — Оливия еще разбирается с мамиными инструментами. Я не знаю, когда вернусь.

— Папа! — взвизгнула Лэйси. — Пусть она уйдет! Я не хочу с ней оставаться!

— Но Оливия только что приехала, Лэйси. Я позвоню, если буду надолго задерживаться.

Алек вышел из комнаты, прежде чем Лэйси успела придумать новые возражения, и спустился вниз. Он остановился на пороге кабинета, но Оливия была так увлечена, что не заметила его. У нее на коленях лежал лист миллиметровки, и она склонилась над ним, закусив губу. В руке она держала ножницы. Алек тихо вышел, не стал ее беспокоить.

На крыльце он глубоко вдохнул влажный соленый воздух. «Вольво» Оливии покрылась мелкими каплями воды, блестевшими в лучах заката. Алек погладил еще теплый бок машины, направляясь на улицу к своей «Бронко».

Лэйси остановилась на пороге кабинета. Оливия подняла на нее глаза и поразилась, насколько старше своего возраста выглядит дочка Алека.

— Привет, Лэйси. Как поживаешь?

— Нормально. — Девочка скользнула в кабинет, взяла кресло от письменного стола и поставила рядом с рабочим столом. Она уселась, обняла колени, подтянув их к груди, поджала босые ноги. Оливии было нелегко удержаться от улыбки при взгляде на ее волосы. — Над чем вы работаете? — спросила Лэйси.

Оливия на минуту задумалась. Она не хотела говорить, что делает витраж для детской. Лэйси не стоило знать о ее беременности, если даже собственный муж Оливии об этом не подозревал.

— Это витраж для одной из спален, — нашлась Оливия.

— А у вас есть рисунок? Мама всегда работала по рисунку.

— Есть. — Оливия подняла миллиметровку с колен на стол. Возможно, воздушные шары покажутся Лэйси простенькими после витражей, созданных ее матерью.

Но девочка улыбнулась:

— Симпатичный узор, — и ее оценка показалась Оливии искренней. Лэйси смотрела, как Оливия достает из чемоданчика рулон медной фольги. — Вы не сказали моему отцу, что видели меня в больнице.

— Не сказала.

— Почему?

— Потому что все происходящее в отделении неотложной помощи конфиденциально. — Оливия взглянула на Лэйси. — Как поживает твой друг? Тот парень, которые употреблял крэк?

Лэйси сморщила нос.

— Он не был моим другом. Ник уехал обратно в Ричмонд Настоящий козел.

— Он подвергал свою жизнь большому риску.

— А ему плевать. Жизнь некоторых людей так запутана, что им все равно, что с ними будет. — Лэйси взяла кусочек олова и принялась вертеть его в пальцах. Ее ногти были обгрызены почти до мяса, заусенцы покраснели и воспалились. За вызывающей внешностью скрывался напуганный подросток.

— Твой отец говорил, что у тебя есть коллекция старинных кукол, — Оливия решила продолжить разговор.

— Ага. — Лэйси не подняла головы. — Раньше мама мне дарила их на день рождения.

— Можно посмотреть?

Девочка пожала плечами, встала и вышла из кабинета. Оливия поднялась следом за ней по лестнице. Они прошли мимо большой спальни, сквозь приоткрытую дверь была видна внушительных размеров кровать, покрытая лоскутным одеялом. Лэйси открыла дверь своей комнаты, и Оливия не удержалась от смеха.

— Лэйси, это нечто! — воскликнула она.

Вдоль стены на высоте роста Лэйси была прикреплена длинная полка, на которой восседали чопорные куклы в роскошных нарядах. Над куклами и под ними красовались постеры с рок-музыкантами, полуодетыми, затянутыми в кожу, патлатыми, с серьгами в ушах и устрашающим гримом на лицах.

Лэйси улыбнулась ее реакции.

— Твоя комната соответствует тебе? — поинтересовалась Оливия.

— Вы о чем?

— Наполовину ангел, наполовину дьявол.

— На три четверти дьявол, я так думаю.

Оливия увидела учебники на кровати.

— Чем ты занималась? Лэйси застонала.

— Биологией и алгеброй.

Оливия взяла учебник по биологии, перелистала страницы, вспоминая, с каким удовольствием она сама учила биологию в старших классах школы. Она прочитала учебник от корки до корки уже к концу первой учебной недели.

— И что тебе задали?

— Что-то там по генетике. — Лэйси двумя пальцами взяла листок с какими-то схемами. — Вот мое домашнее задание. Ненавижу! Предполагается, что я должна изучить мою родословную и составить какую-то таблицу. Я ничего в этом не понимаю.

Оливия посмотрела на задание, потом на Лэйси.

— Давай я тебе помогу. Девочка залилась краской.

— Вы не обязаны это делать.

— Мне бы этого хотелось. — Оливия скинула туфли, села на неприбранную постель Лэйси и похлопала по одеялу рядом с собой. — Садись сюда.

Лэйси устроилась поближе к ней, и Оливия принялась рассказывать о наследственности, доминантных и рецессивных генах. Она объясняла до тех пор, пока Лэйси не поняла, что к чему. Они сравнивали мочки ушей, высовывали языки и пытались свернуть их трубочкой. У Оливии это получилось, а у Лэйси нет. Это продолжалось до тех пор, пока снизу не раздался лай Трехлапого.

— Есть кто дома? — окликнул женский голос с кухни.

— Это Нола, — сказала Лэйси. Потом крикнула: — Мы наверху.

Они услышали шаги на лестнице, и спустя несколько секунд на пороге комнаты Лэйси появилась привлекательная блондинка в темно-синем костюме. В руках она держала пирог. Оливия вспомнила, что, по словам Алека, именно эта женщина имела на него виды.

— Прости, Лэйси, я не знала, что у тебя гости, — извинилась Нола.

Оливия протянула ей руку и представилась:

— Меня зовут Оливия Саймон.

— Она папина приятельница, — добавила Лэйси.

Я всего лишь помогаю Лэйси с биологией. — Оливии казалось, что она должна объяснить ситуацию Ноле. — Алека срочно вызвали в лечебницу.

— Вот как! — Нола явно расстроилась. Она заправила прядь платиновых волос за ухо. — А я принесла ему пирог Ты скажешь папе об этом, Лэйси?

— Конечно.

— Я оставлю пирог в кухне. Это его любимый, с клубни кой и ревенем.

Нола — вышла из комнаты. Оливия и Лэйси молчали пока внизу не хлопнула дверь.

— Нола мать моей лучшей подруги, — объяснила Лэйси. — Думаю, она хотела бы стать и моей матерью тоже.

68
{"b":"6045","o":1}