1
2
3
...
28
29
30
...
81

Короче, поймал точку, и стало мне слышно, что там внутри, за темными стеклами, происходит. Разговаривают негромко по внутренней связи. А ответы слышны с искажениями.

— Артамонов, ну что там? Нашли его?

— Не нашли, Кэп. Тут в гараже ЧП, Кэп.

— Докладывай.

— Непонятно, Кэп. Выбежал человек и исчез. Нашли одежду. Пиджак, брюки, трусы, носки, рубашку. В карманах валюта и ключи. Мобильник к одной пачке пристегнут резинкой. Самого не нашли.

А у меня просто мороз по коже — ключи, черт бы их побрал! И сразу теплая волна по телу — хорошо, что паспорт с собой не брал сегодня.

— Ключи от машины? — говорит Кэп.

— Похоже, от квартиры. С брелком, квадрат черный с желтыми точками.

Квадрат! Идиоты. Это же процессор 486dx33! Ножки конечно, обломаны, а вовсе это не точки желтые. Посередине дырка — алмазным сверлом просверлено. Подарили мне хакеры из Минска, давно еще.

— Не наследите там, как в прошлый раз, — говорит Кэп. — Все мелочи чисто соберите. Человека найти. Kaк Петеренко?

— Петеренко нормально. Сквозное пулевое, бедро. страшно, кость не задета, нерв цел. Перевязываем.

— В сознании?

— В сознании.

— Что еще?

— В подвале, гараже — все.

— Работайте! — И щелчок. — Ким, что у вас?

— Без изменений. — Спокойный угрюмый голос. — Обыскали, связали. Дознание не проводили.

— Не трогайте их. Нашли заложников?

— Никого нет, Кэп.

И тут перебивка и другой голос:

— Все. Чердак взят, Кэп. Пусто. Кладовки.

— Ким, работай! Заболодин, что с чердаком?

— Пустой. Нежилой, никого нет. Смотрю инфру. Никого

— Третий кто контролирует?

— Касаев с ребятами. Никого.

— Оставь там Касаева с Геком, а сами спускайтесь в подвал, там проблемы какие-то.

— Понял.

— Задача — осмотреть все углы, мальчишку найти. В динамике раздается неразборчивый звук — то ли смешок, то ли икание.

— Заболодин! — рявкает Кэп. — Что там?

— Ничего, Кэп. Тут Гек спрашивает: “А был ли мальчик?”

— Скажи ему, чтоб не умничал! Сигнал был от уважаемого человека, задержанные подтвердили! Ищите! Приметы — на какой-то руке отрублен мизинец. Наверняка они заложника внизу прячут, или он убежал и куда-нибудь забился. Ищите, он мог отрубиться от потери крови!

Я так машинально хвост поджал, встал, язык высунул и тихонько потрусил вдоль алеек, вдоль, подальше отсюда, к воротам. Ворота распахнуты, я выбежал… и остановился. Вот ситуация, прикинь? Куда мне идти? Пешком на своих четырех в Москву топать? Или человеком обернуться и в машину сесть? Какую машину? И как человеком обернуться? Нутром чую — обернуться-то не проблема. Проблема будет, когда окажется, что я голый. В общем, стою я перед воротами, ушами дергаю задумчиво, хвостом помахиваю. Думаю, короче. И по всему выходит, что надо мне как-то одежду свою обратно добыть, тем более там деньги крупные.

И я возвращаюсь на участок, хочу зайти на веранду, но там слишком многолюдно. Стою у крыльца, люди ходят, внимания не обращают, но я так понимаю, стоит сунуться мне на веранду — сапогами по заднице надают. Поэтому я обхожу дом кругом, сквозь кусты продираюсь и подхожу снова к двери гаража. Она распахнута, возле нее стоят и курят двое чертей с автоматами. Я молча и деловито мимо них — прямо в гараж. Слышу за спиной “Э! Э! Куда пшла, сука?!” Обидно, да? Какая я тебе сука? Кобель я. В общем, не обращаю внимания, в гараже сразу за машины, за машины, выглядываю — на том месте, где я собакой стал, одежды моей уже нет. Обхожу гараж аккуратно, пролезаю под машинами — нигде нет одежды. Вот гады! Хочу зайти в подвал через дверь, а она закрыта. Я ее сбоку лапой попробовал открыть — бесполезняк, только когти тупить.

Ну, делать нечего, разворачиваюсь и бреду назад. Выхожу из гаража. И тут вижу — вываливает из главного входа черт и несет мои шмотки в прозрачном полиэтиленовом узелке! Я сразу за кустик — и наблюдаю. Принес он их к одному джипу, постучал в темное стекло — нет ответа. Положил узел на землю, закурил. Ну, думаю, это мой шанс.

Аккуратненько так, за кустиками, пробираюсь, пробираюсь, машину обхожу. Смотрю направо, налево — никого. Йу, я — нырк под машину. Вот он, мой узелок, лапу протянуть! А рядом два башмака здоровенных. Но мне-то не видно, что он там делает! Может, курит и вдаль смотрит, о жене мечтает, а может, на мешок пялится и думает, как бы оттуда денег половину выудить тайком от начальства. Если еще не выудил, конечно. Тут шлеп — плевок на землю падает передо мной. Так, думаю, пока я торможу, он сейчас докурит, узелок поднимет и уйдет с ним куда-нибудь. Поэтому я еще мысленно сосчитал до десяти и кинулся вперед.

Не сказать чтобы у меня хорошо получилось, потому что как человек вперед кидается? Ногами. И вот я задние лапы по человеческой привычке резко выпрямил и задницей саданулся о днище джипа, так что стремительного прыжка не получилось. Но все равно морду высунул и цап зубами мешок! И лапами по земле упираюсь, обратно тянусь. Но у спецназовца тоже реакция будь здоров! Он тут же хвать — и в мешок вцепился. Я под машину тяну — он обратно, вверх. И главное — то ли от растерянности, то ли чего, — молча вся эта сцена происходит. Я тяну, всеми лапами упираюсь, уже сам почти под машиной, только башка торчит. Смотрю на него снизу вверх — рожа у него ошеломленная такая, смуглая, глаза узкие. И тут он, видать, в себя приходит и начинает — не просто мешок тянуть, а раскачивать его — вниз приотпустит и сразу вверх резко! И меня от этого бац — лбом об днище Машины! Больно, неприятно, чуть ли не искры из глаз сыплются; Раз, другой, третий. Бац! Бац! Бац! Все сильней и сильней.

А тут уже краем глаза вижу — издалека кто-то несется здоровенными Прыжками, кричит: “Ким! Ким! Что там такое?” Я дергаюсь изо всех сил — и раздается треск ткани, мешок вместе с моими шмотками разрывается пополам, и передо мной на землю шлепается пачка евро, перевязанная резинками, и мобильник к ней пристегнут. Я помню эту пачку, я ее в нагрудный сунул. И зачем-то мобилку под резинку тоже запихнул. Это у меня бывает, когда волнуюсь, — начинаю всякие предметы компоновать и комбинировать. Ну, штопор там в пробку вкручивать и выкручивать, авторучку развинчивать-завинчивать, а тут мобилку резинкой, поистегнул к пачке и так в карман сунул. А в пачке этой десять штук. Ну и я чего? Я тогда отпускаю клочья пакета, цапаю зубами эту пачку и скрываюсь под машиной. Разворачиваюсь там юлой и вылетаю с другой стороны. Вылетаю — и понимаю, что дело плохо. Со всех сторон бегут черти в маскировочных жилетах, на ходу целятся в, меня. Ну что тут делать? Прыгаю влево, вправо и назад. И тут раздается очередь автоматная. Очень неприятно, когда пули над самыми ушами звенят. Я прыгаю снова вбок, припадаю к земле, в другую сторону, а треск очередей уже со всех сторон и бок обжигает вдруг. Я уже ничего не вижу, не, слышу, кроме грохота, и вдруг понимаю, что я за воротами на шоссейке и прямо напротив, за шоссейкой, — еще один каменный забор — соседнего участка. И ворота, в нем, а под, воротами щель. Я кидаюсь в эту щель, выскакиваю на чужой участок и нос к носу сталкиваюсь с огромным ротвейлером. Ротвейлер открывает пасть, чтобы рявкнуть, но я несусь прямо на него, пачка в зубах зажата, так что и сказать, ничего не могу, только смотрю ему в глаза так грозно, как, только могу. Вы видели когда-нибудь в собачьих глазах ужас? Вот такой ужас отразился у него. Ротвейлер присел от страха и в сторону отпрыгнул, а я несусь вперед, огибаю дом — там за домом еще поле огромное, бурьяном поросшее. Я вот не понимаю, зачем людям такой здоровый участок, если они его обработать не могут? Ну, я не говорю про картошку, хоть бы деревьев посадили. Так нет — здоровенный пустырь. Я скачу по этому пустырю как бешеный, уши мотаются, чуть ли не по глазам колотят, вдалеке забор, а перед ним груда кирпичей.

Я на груду с разбегу залетаю, с нее на забор и с него — в кусты. Только глаза успеваю зажмурить. Выныриваю из кустов — впереди лес. Я туда. И галопом, не разбирая дороги, мимо стволов, вперед, вперед. Минут пятнадцать несся, наконец остановился, забрался под елку, пачку на землю сплюнул, язык высунул, пытаюсь отдышаться. Осмотрел себя, бок осмотрел — ничего нет. Ну не берут меня пули. Заживает как на собаке, пардон за каламбур. В общем, отдышался я под елкой и думаю — что делать-то теперь? Понятно, что в поселок возвращаться — не самая лучшая идея. Надо либо одежду найти, либо в город идти. Пешком. Ну а как бы ты на моем месте? Вот как бы?

29
{"b":"605","o":1}