ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Диана, вы видели подобное раньше?

– Нет. Это ошейник как у нас?

– Сам ошейник вполне обычный ремень, а вот камень. Попытайтесь вспомнить обстоятельства вашего перехода в наш мир. Тогда вы ничего подобного не видели?

– Я затрудняюсь сказать. Камень – слишком неопределенный предмет. Был красный туман, были символы и фигуры. Может где–то и был камень, но я такого не помню.

– Хорошо, спасибо. Можете сказать друзьям, что утром ваше путешествие продолжится.

Маг открыл дверь, прямо показывая, что Диме пора идти. Тот, вышел из комнаты и первым делом спустился к остальным в зал сообщить новость, которой немало обрадовались. Тем временем Дима посмотрел ауру здоровяка. Нога полностью покраснела. Проклятие неумолимо делало Мишу оборотнем.

Вечером, после ужина, они получили на десерт вкуснейший пирог. Талия купалась в похвалах, словно звезда в лучах славы. Не отставал от всех и королевский маг. У Сайлара оказалась теплая улыбка, видя которую можно было забыть об ауре, обычно подавляющей окружающих. Он с удовольствием облизывал пальцы и пообещал прислать своего повара для обмена опытом. Непринужденная обстановка за столом, постепенно перешла в хороший, приятный вечер.

Дима, наслаждался ароматом яблочного пирога, смотрел на веселящихся друзей и думал о случайностях, приносящих неожиданные приятные минуты, которые запоминаешь на всю жизнь.

Глава 34

Сайлар предоставил лорду одного из своих телохранителей, вместо погибших, и путешествие к границе продолжилось. Харрис, оказался еще угрюмее и молчаливее своих предшественников, но, по заверениям мага, человеком был надежным. Дима, на всякий случай, посмотрел его ауру дабы удостовериться, что телохранитель не обернется какой–нибудь жуткой тварью. Угрюмость новичка, он отнес к специфике профессии. После ночного сражения, у Димы быстро вошло в привычку для Димы быстро вошло в привычку смотреть ауры всех подряд – неприятных сюрпризов больше не хотелось. Внезапно и совершенно буднично, оказалось, что оборотни в этом мире не были страшилками из сказок, но пока им встречались просто люди. Магическую книгу, Дима постоянно держал при себе и теперь всерьез взялся за получение новых знаний. К его большому разочарованию, защитных заклинаний она не показывала, а потому приходилось рассчитывать на спутников.

Враги бежавшие от башни, прихватили с собой всех лошадей, в том числе Снежка. Отремонтированную карету тянула пара купленных в городке, по завышенной цене, деревенских лошадок, неторопливых и выносливых. Выносливость вскоре понадобилась – завершая местное бабье лето, ближе к границе начались холодные проливные дожди. Карета по несколько раз за день застревала в грязи осенней распутицы. Мужчинам приходилось спешиваться и помогать лошадкам ее вытащить.

Намаявшись за день от грязи и мокрой одежды, путешественники, кое–как подсушившись, падали в кровати и быстро проваливались в глубокий сон. За исключением мага с лучницей. Дима, вымотанный с дороги, совершенно не представлял – откуда у этих двоих берутся силы.

После случая в амбаре они взялись устраивать ему регулярные провокации, как будто специально пытались поймать свою жертву и показать очередную серию любовных приключений, сопровождаемых характерными звуками. Парочка совершенно никого не стеснялась. Сначала это было забавно, но вскоре начало сильно раздражать, отчего Дима практически перестал с ними разговаривать.

Впрочем, раздражало все: достающая парочка, моросящий холодный дождь, непролазная грязь и даже угрюмая рожа Харриса, которому, казалось, было совершенно наплевать на все неудобства. Но больше всего, Диму раздражала необходимость вставать утром из нагретой постели и надев не просохшую до конца одежду, воняющую грязной тряпкой, тащиться в серую пелену бесконечного дня.

В одном из поселений они остановились в замке мелкого дворянина. Собственно, весь замок представлял из себя одну каменную постройку с небольшим двором. В замке их накормили, а женщинам выделили единственную гостевую комнату.

Едва прожевав небогатый ужин, Дима хотел отправиться спать, но в выделенной комнате обнаружился маг, пристроившийся к лучнице сзади на скрипучей кровати. При виде такого зрелища, Дима не выдержал и грязно выругался, сбивая настрой любовникам. От души хлопнув дверью, он вернулся в общий зал, предоставленный для ночлега мужчинам.

Кроме отсутствия совокупляющихся, у зала был еще один большой и неоспоримый плюс – огромный камин, в который, казалось, можно засунуть быка целиком. Сейчас вокруг него были развешаны вещи путешественников, искавших любую возможность просушить их перед новым днем в дороге.

Стараясь не разбудить спящих на полу спутников, Дима, подошел к столу и налил себе два бокала вина подряд. Выпив, он постоял, прислушиваясь к ощущениям и дожидаясь, когда крепленое вино начнет согревать изнутри.

«Так и до женского алкоголизма недалеко» – грустно подумал Дима, поскольку пить приходилось каждый вечер. В отличие от согревающего заклинания, вино оказывало длительный эффект.

Налив третий бокал, Дима сел в широкое, с высокой резной спинкой, хозяйское кресло перед камином и с наслаждением вытянул ноги поближе к огню. Делая небольшие глотки, он радовался чувству разливающегося тепла, наблюдая за танцем языков пламени через прикрытые веки.

– Ты чего к себе не идешь? – вывел его из полудремы Павел. Стараясь не стукнуть, он поставил скамейку рядом и уселся на нее верхом.

– Лучше плохо выспаться в кресле, чем не выспаться в борделе. – ответил Дима и нетвердой рукой поставил пустой бокал на пол. Он уже пил за ужином. Теперь спиртное быстро подчинило себе уставшее тело.

– Ну, как раз в борделе–то можно и не спать, – попытался пошутить рыцарь, но осекся, наткнувшись на злой взгляд.

– Да, когда кого–нибудь трахаешь, – слегка заплетающимся языком ответил Дима. – Но, когда очень хочется спать, а у тебя над ухом шлепки, стоны да скрип – это совершенно меняет картину.

Паша тяжело поднялся и пошарив в темноте, на большом обеденном столе, вернулся зажав в одной руке глиняную бутыль, а в другой грязную кружку. Выдернув зубами пробку, он налил себе вина, а после попытался налить и в бокал Димы, но тот помахал рукой, давая понять, что больше не будет. Некоторое время они посидели молча, прислушиваясь к могучему храпу Миши.

– Почему? – спросил Дима.

– Что почему? – не понял вопроса рыцарь.

– Почему ты рассказал лорду про нас? Он пытал тебя, или просто захотелось излить душу?

– Можно и так сказать, – тихо ответил Паша и надолго замолчал, погрузившись в мысли.

– Так что? – прервал паузу Дима и заерзал в кресле – пытаясь поудобнее устроиться. Ноги от камина ощутимо нагрелись. Теперь он поджал их под себя, а голову положил на подушку, пропахшую пролитым когда-то вином.

– Когда я очнулся, – начал рассказ рыцарь. – Просидел несколько дней в холодной одиночной камере без еды. Приносили только воду. Потом пришел Балмор. Меня долго водили по коридорам, пока не привели к окошку в камеру, где показали тебя. Потом лорд отвел в небольшой зал с кучей всяких страшных штук. Балмор задавал вопросы, а пара писарей записывала. Пока меня не трогали, я пытался вешать лапшу на уши.

Потом лорду это надоело, и он выгнал всех. Меня отвели к окошку в другую камеру. Освещение было плохое, тусклый фонарь, но я увидел, как четверо стражников насилуют женщину. Когда мы вернулись в пыточную и Балмор сказал, что стражники насилуют Шанти, а следующей будешь ты. Тогда я все рассказал.

– Ха, так ты у нас благородный рыцарь, – пьяно рассмеялся Дима. – Спаситель и все такое.

– А что мне оставалось делать? – развел руками Павел.

– Знаешь, – с презрением процедил пьяный Дима. – Я думаю, что ты трус и мудак.

– Это почему?

– Потому, что мог рассказать остальным как было дело. Наш маг, сношающий наверху лучницу, записал меня в стукачи и за человека не считает. Он и так в общении не самый приятный тип. Когда он бросался обвинениями, ты и рта не раскрыл. Вот кто ты после этого?

45
{"b":"605093","o":1}