ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дима пробормотал заклинание и осмотрел несчастную. Тяжелая жизнь, плохая еда и плохо вылеченные травмы, наложили отпечаток на ее изможденный организм. Низ живота выглядел очень плохо. Не считая следов женских болезней, названия которым Дима даже и не знал, от удара у нее открылось внутреннее кровотечение. Оно медленно, но верно вытягивало остатки жизненных сил. Под удивленными взглядами женщин, Дима взялся лечить.

– Надо–же, – с благоговением выдохнула Шайя, когда он закончил. – Целый маг жизни! Теперь мне даже думать страшно, за что ты сюда попала.

– Ходила где не следовало, – с горечью усмехнулся Дима.

– Если хочешь присоединяйся, – быстро зашептала Шайя. – Будем держаться вместе, куда–бы нас не отправили.

– Ты знаешь, что нас ждет? – Дима посмотрел на нее с сомнением. Он сомневался, что им дадут держаться вместе, но понимал – Шайе, как и женщинам, собравшимся в кругу, нужна надежда. Хотя бы иллюзия того, что они могут повлиять на судьбу.

– Нет. Говорят, нас отправят в какое–то отдаленное место, колонию. Каторга. Рабство.

– И что там?

– Я не знаю точно. Ходили слухи, что там нет зимы и вдоволь еды. Диковинные фрукты растут прямо на деревьях. Вот только я не верю в это.

– Почему?

– Оттуда никто не возвращался. Вот я не видела ни одного человека, который вернулся бы оттуда. Только слухи.

– Я видела корабль, заходящий в академию.

– Это как?

– Ну... он плыл по реке, а потом скрылся внутри академии. Когда меня вели сюда, я видела, как его разгружают. Может это наш корабль?

– Нет, не наш, – уверенно заявила Шайя. – Нас привезли с севера на корабле. Думаю, привезли еще людей.

– А давно вы здесь?

– Несколько дней. Мы все с одного корабля. Кроме тебя и вон того хмыря, что к лихим подсел,

В стороне зашевелилась Марта. После магии она чувствовала себя совершенно здоровой физически, но подавленной морально. Пробормотав слова благодарности, женщина, отвернулась и тихо заплакала. Ее горю Дима не в силах был помочь, а потому постарался отрешиться и не мотать себе лишний раз нервы.

Тем временем, несостоявшийся насильник пошел в угол, бывший для сокамерников отхожим местом. Под настороженными взглядами женщин, бывший стражник размотал веревки на штанах. Продемонстрировав предмет своей мужской принадлежности, он с наглой ухмылкой развернул ногой ведро и принялся демонстративно мочиться.

Увиденное выглядело настолько мерзко, что Дима задохнулся от ярости. Ублюдка захотелось ударить, избить, сунуть головой в ведро с мочой. Поймав удивленный взгляд Шайи, он понял, что вся гамма чувств отражается на лице. Отвернулся и попытался взять себя в руки.

***

Время тянулось бесконечно долго. Дима пытался уснуть под неспешный разговор женщин. Лежал скрючившись на неудобном каменном полу. Заметив это, заботливая Шайя подложила ему под голову старый свернутый плащ. Тот которым накрывали Марту. Та устала оплакивать сына. Теперь женщина просто сидела, уставившись в одну точку.

Дима подозревал, что в старом плаще могут быть вши или блохи. Ему не приходилось с таким сталкиваться. Эта мысль не давала покоя и мешала уснуть. Представлялось, как мелкие насекомые уже копошатся по телу. Мнительность вызывала острое желание почесаться. Когда к страхам присоединилось чувство голода, Дима распрощался с жалкими попытками поспать.

– Шайя, – тихо позвал он женщину. – А здесь хоть кормят?

– Да, – ответила та придвинувшись. – Нас давно должны накормить. Хотя едой это можно назвать едва. Вода да сухари.

– Может пойти спросить?

– Я думаю не стоит.

Борясь с чувством голода, Дима стал строить предположения о том, чем занимаются остальные попаданцы. Может прямо сейчас, его пытаются освободить и, если такое случится, он обязательно поможет остальным узникам. Минуты сливались в часы, а он представлял, как выходит со всеми из камеры. Представлял, как Марта встречается со своим сыном. Вот бывшему стражнику помогать точно не будет. Тот получил по заслугам. Постепенно надежда уступила злости. Он злился теперь уже на бывших друзей, на собственную глупость и доверчивость, на лорда, втянувшего их в эту историю и пропавшего, когда он так нужен. Видимо, способности и навыки волшебницы оказались не настолько полезными, раз Максим с Пашей решили так подставить с омоложением.

Никто не придет и не поможет. Остальные попаданцы даже не знают куда он делся. В конце концов он сам свободы. Выкручиваться из этой истории предстоит в одиночку.

Тем временем, один из новых друзей бывшего стражника, поднялся со своего места. Взяв с пола деревянную плошку, он принялся тарабанить ей по решетке.

– Эй! – кричал он, разбудив немногих спящих. – Когда кормить будут? Жрать давай!

На шум пришел заспанный стражник.

– Чего надо? – спросил он, лениво почесывая подмышку.

– Жрать давай, в животе урчит. Уснуть не могу.

– А ну отойди от решетки! Накормят, когда положено!

– Так давно положено.

– Тебе тут кабак что ли? Зад прижми и жди.

– Ну вот чего ты ерепенишься? – примирительно заговорил бандит. – Баб хоть накормите.

– Отправляют вас скоро, – смягчился тюремщик. – На месте теперь накормят.

– Куда отправляют?

– Ну как куда… в колонию.

– Ууу… – протянул бандит, – до колонии то путь не близкий поди.

– Хах! Не близкий. Раз и на месте.

– Это как?

– А вот так, – опомнился разболтавшийся стражник. – Иди на место, скоро сам увидишь. А ну отойди от решетки, а то жалом получишь!

Бандит вернулся на свое место, а остальные узники, оживились и принялись обсуждать новость. Время неопределенности подходило к концу. Скоро им всем предстояло отправиться в путь.

Глава 60

Павел

Павел стоял перед зеркалом и придирчиво всматривался в свое отражение. Вид в зеркале отличался от привычного годами образа. Но взгляд… взгляд несомненно был Павла. Он любил этот взгляд. Ему всегда казалось, этот взгляд принадлежит умному харизматичному парню. После женитьбы, жизненные обстоятельства изменились, но взгляд остался прежним. В самые тяжелые и тоскливые моменты, бреясь утром в ванной, под нетерпеливый стук жены и тещи, Паша смотрелся в зеркало набирая силу в этом взгляде. Силу прожить еще один день на ненавистной работе. Но вот… его мечта свершилась.

Он принц и наследник большой империи. Придворные из кожи вон лезут чтобы угодить. Среди гвардейцев ходила легенда о его подвиге, во время стычки с мятежниками. Она быстро обрастала эпическими подробностями. Солдаты смотрели так преданно, что казалось, готовы прыгнуть в огонь по одному его слову. Пусть в зеркале не Павел, а принц Конрад, но взгляд всё–таки принадлежал Павлу.

Ему нравилась новая жизнь. Все было прекрасно. Пусть средневековье, хотя с другой стороны, Павлу было наплевать. Здесь он чувствовал жизнь. У него отличная возможность хоть как–то влиять на завтрашний день. Титул, власть, красивое мощное тело – вся эта гремучая смесь кружила голову не хуже вина. Он мог победить в бою десяток мужчин и не вспотеть. Выносливость этого тела, была феноменальной. По–настоящему, он оценил свое приобретение, утомив двух красоток сразу. Ту ночь в трактире, Паша вспоминал с довольной улыбкой. Диана изменила лицо, но остальное не тронула. Щедрый дар ошейника остался при нем и женщины, от него были в полном восторге. Утром они спали со счастливыми улыбками, вымотанные после ночных утех, а он еще и на турнир успел. Правда было немного стыдно перед Ленкой и, самое главное, любимой дочкой оставленными дома, но он обязательно к ним вернется. Сделает квест несмотря ни на что. Теперь в его распоряжении вся мощь империи и попаданцам не придется в чем–либо себе отказывать. Более того, он не позволит людям вроде Балмора управлять их судьбой. Дергать за ниточки словно марионеток в театре.

Вспоминая турнир, Павел счастливо улыбнулся. Было немного жаль, что новый статус обязывает вести себя прилично. Хотя, это было небольшой платой за возможности, которыми обладал принц империи.

78
{"b":"605093","o":1}