ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Слияние
Администратор Instagram. Руководство по заработку
Ужасная медицина. Как всего один хирург Викторианской эпохи кардинально изменил медицину и спас множество жизней
Императорский отбор
Гости «Дома на холме»
Зулейха открывает глаза
Интернет вещей. Новая технологическая революция
Девушка по имени Москва
Не смогу жить без тебя

— Ну и что? — спросил Макс.

— А то, что было и еще одно важное наблюдение. Большинство людей — независимо от того, в каком мире живут, — не довольны своей жизнью. Как бы она ни складывалась, им всегда хочется чего-то другого, вечно кажется, что трава зеленее с другой стороны дороги.

— Забора.

— Забора, все одно. Как бы то ни было…

Макс обхватил парня за костлявые плечи.

— Послушай! Ко мне-то какое все это имеет отношение? Вот что я хочу понять!

Джереми возмущенно скинул его руки.

— Уймитесь! Я как раз подхожу к этому.

— Ну так давай!

— Послушайте меня! Есть какой-то очевидный способ сделать вашу жизнь лучше?

— Не знаю, — ответил Макс. — Тебе не кажется, что, знай я ответ на этот вопрос, я бы уже давно так и сделал?

— А я знаю ответ. Это — успех! Ничто не подхлестывает так, как успех. Неужели это не очевидно?

— Нет. Один из симптомов моей «болезни» — полное отсутствие успеха.

— Вот черт, как вам объяснить? — Хохстадер поерзал на сиденье. — Мое лечение… ну… радикально. Если клиент не удовлетворен своей жизнью, я даю ему новую. Забудьте всю эту чушь о наследственности, задержке в развитии и прочем. Начните жизнь сызнова, с чистого листа. Вы хронический неудачник, так я понимаю? И каждое новое поражение лишь усиливает ваше ощущение собственного ничтожества, которое, в свою очередь, заставляет проигрывать бой снова и снова. Так возникает, что называется, порочный круг.

— Ладно, мне ясна твоя мысль, и в ней есть доля истины, но… — Макс замолчал, задумавшись. Ему уже не впервой было слышать подобные рассуждения. — Но как этот альтернативный мир поможет мне разорвать порочный круг?

— Очень просто. Начав все сызнова, с базового состояния успеха, мы повернем вспять весь невротический процесс. Видите, я кое-что смыслю в психологии. Прочел пару книжек. — Джереми пренебрежительно махнул рукой. — Пошлите к чертям основание своего невроза. У меня такое впечатление, что психотерапия недооценивает влияние фактора случайности на характер развития болезни пациента. Фактора удачи, если хотите. Мы все отданы на милость случайных сил. Вселенная очень хитро устроена, Макс. И если вам не нравится, как идут дела в одном мире, просто ускользните в другой, новый, «с иголочки» как говорится.

— Но как… — Макс покачал головой.

— Не пытайтесь осмыслить все сразу. Это все, что я пока могу вам объяснить, но показать — другое дело. Воспринимайте происходящее как данность. Придет время, и вы все поймете. — Перегнувшись к таксисту, Джереми добавил: — На следующем перекрестке сверните вправо.

— Просто не знаю. — Макс все качал головой. — Все это так сложно.

— Кто же спорит? Один замок чего стоит. Но еще раз говорю — постарайтесь просто воспринимать все как есть.

— Все как есть?

— Ну да. Не докапывайтесь до корней. Плывите по течению. В конце концов в голове у вас что-то щелкнет, и все встанет на свои места. Со мной, по крайней мере, всегда так и происходит.

«Плыть по течению? — подумал Макс. — А какой, собственно, у него выбор?» Временно отказавшись от попыток разобраться во всем происходящем, он вздохнул.

— Как скажете, доктор. — Он посмотрел в окно, помолчал. — Ты ведь не доктор, правда? У тебя нет никакого звания.

— Ну, по правде говоря, в реальном мире нет, — не стал отпираться Джереми. — Средняя школа, вот и все. Однако Осмирик… такой, знаете ли, книжник там, у нас в замке, даровал мне это почетное звание. И вручил самый настоящий диплом. Говорит, я заслуживаю его.

— Господи…

— Да не волнуйтесь вы так.

— Со мной все хорошо, — сказал Макс. — И дальше тоже будет хорошо. Я чувствую себя прекрасно. Вот только если бы еще удалось вспомнить мою мантру…

Глава 7

— Мы уже веселимся, да?

Джин фыркнул, забрызгав пивом стол. И расхохотался, давясь и булькая.

— Только Снеголап может задать такой вопрос со всей серьезностью, — заметил Фил Кауфман, промокая бумажной салфеткой забрызганный пивом рукав.

— Нет, ну я серьезно, — не сдавался Снеголап. — Это ведь вечеринка, правильно? И мы должны веселиться, так я понимаю, что бы это слово ни означало. А поскольку я не очень хорошо разбираюсь в ваших человеческих делах, то просто спросил…

— Понятно, понятно. — Джин наконец успокоился. — И ответ таков… Нет, мы, черт побери, пока еще не начали веселиться, но погоди, начнем и еще как!

— Смотри, какие хорошенькие девушки, — заметил Кауфман.

Все собравшиеся мужчины с восхищением следили за движениями танцовщиц. Все девушки были едва одеты, все хороши собой — и все недоступны, поскольку их защищали невидимые магические экраны. Мужчины, в общем-то, и не пытались приблизиться к ним; просто один случайно подошел слишком близко и получил несильный удар.

Столы были установлены рядом с порталом, ведущим в этот мир; мир, похожий на парк и почти не отличимый от множества других подобных: всегда ясное голубое небо, умеренный климат и никаких опасностей. Между могучими деревьями — которые походили на дубы, хотя таковыми не являлись, — все заросло травой.

Джин скучал. Он глотнул еще пива. Пиво хорошее, можно даже сказать великолепное, но все равно скучно.

— В чем проблема, дружище? — спросил Снеголап, почесывая заросший густой белой шерстью живот.

— Черт, да никаких проблем.

— Объясни мне еще раз, что это такое — свадьба.

— Снеголап, это чисто человеческое понятие, некоторым образом имеющее отношение к спариванию. Ты не поймешь.

— Почему? Я понимаю, что такое спаривание. Но, насколько мне известно, вы с Линдой уже спаривались. Тогда зачем…

— Снеголап, умоляю тебя.

Фил Кауфман и еще несколько рядом сидящих мужчин загоготали.

— А? Что я такого сказал?

— Ничего. Ты прав, я не отказываюсь. Просто теперь мы хотим отметить это событие… м-м-м… определенным ритуалом. Отпраздновать.

— А-а… — Снеголап покачал белой медвежьей головой. В желтых «кошачьих» глазах возникло непривычно задумчивое выражение. — Кажется, я понимаю. — Он еще подумал и опять покачал головой. — Нет, не понимаю.

— Не забивай себе голову, — похлопал его по плечу Джин. — Я, человек, и то не до конца понимаю. Это просто традиция.

— И что это значит?

— Уф… Снеголап, лучше съешь еще свечку.

Джин взял свечу из пчелиного воска, окунул ее в чашу с соусом «Тысяча островов» и протянул своему закадычному другу.

— Спасибо. — Снеголап взял свечу, молниеносно смолол устрашающе острыми зубами и проглотил.

— Кто-нибудь видел Далтона и лорда Питера? — поинтересовался Джин.

— Они обедали, я видел, когда проходил мимо королевской столовой, — ответил Тайрин, капитан дворцовой стражи.

— Лорд Питер всегда придерживается режима, хоть пожар, хоть потоп, — заметил Джин.

— Да, он человек привычки. Но в этом ничего плохого нет.

— Наверно, но, по-моему, это тоска смертная. Лично я не смог бы жить по расписанию, — и Джин добавил себе под нос: — Или каждый день видеть перед собой физиономию одной и той же женщины.

— Что ты сказал?

— Ничего, ничего. Просто мысли вслух.

Тайрин кивнул и хлебнул еще эля. Он прекрасно расслышал сказанное Джином.

— До чего же эти девочки хороши, — восхитился еще один гость. — Прошу прощения, женщины.

— Девочки… Женщины…

— Что? — Снеголап повернул к Джину массивную голову.

— Ничего.

— У тебя не очень-то счастливый вид.

— Я в экстазе.

— Что это означает? Наверно, что на самом деле ты очень счастлив?

— Да, я на самом деле очень счастлив.

— Почему в таком случае у тебя такой вид, словно ты потерял последнего друга?

— Голова болит.

— Тебе не помешала бы хорошая потасовка.

Джин отпил из своей кружки.

— Возможно.

— Да. Чтобы разогреть кровь.

— Ничего не имею против славной маленькой войны или революции.

— Или просто сражения на мечах.

Джин покачал головой.

— Послушай. Я стал наркоманом кровавых побоищ. И одновременно борцом за мир.

9
{"b":"6051","o":1}