ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Из-за поворота винтовой лестницы показался юноша с жидкой порослью на лице. Одет он был неряшливо — тенниска в пятнах и вылинявшие джинсы. Заметив Квипа, парень остановился.

— Ты когда-нибудь задавался вопросом, почему чем выше забираешься по песчаному склону, тем быстрее он осыпается? Никогда не задумывался почему?

Квип, сделав вид, что ничего не слышит, продолжал шагать по ступеням.

— И ещё, — не унимался встречный. — Ты никогда не замечал, что узкая улочка, в которую ты въезжаешь, всегда через пятьсот футов заканчивается тупиком? Не выходит на другую улицу и баста! Почему, а?

Квип и ухом не повел.

Незнакомец не пошел за ним, но бубнил ему вслед:

— Почему можно назвать человека «неряшливым», а «ряшливым» нельзя? Как можно быть не-чем-то, если нельзя быть чем-то? Это нелогично. И ты когда-нибудь задавался вопросом…

— Закрой пасть! — бросил Квип через плечо.

Чем выше он поднимался, тем тяжелее, казалось, становились мешки. Он абсолютно вымотался и подозревал, что у него не хватит сил подняться ещё на один этаж. Добравшись кое-как до следующей площадки, он вошел в дверь.

— Боги!

Ад ещё кромешнее. Весь коридор был забит бродячими комиками, циркачами, балетными танцорами и болтающими всякую чушь водевильными артистами. Мимо прошел жонглер, ловко подбрасывая мускусные дыни. И тут же, переваливаясь на перепончатых лапах и балансируя большим мячом на носу, проковылял дрессированный тюлень.

— Ну ничего себе!

Квип забыл о жалости к себе, поправил перекинутые через плечо мешки и бросился вперед.

— Ни в чем мне не везет, — жалобно ныл проходящий мимо невзрачный коренастый человек. — Прямо хоть караул кричи.

Квип, пыхтя, поскорее свернул за угол и тут застыл как вкопанный. Львы!

И при них укротитель в галифе и высоких сапогах, он то и дело щелкал кнутом, львы рычали.

Квип, судорожно сглотнув, попятился. К счастью, он обнаружил боковой коридор, относительно пустой, плохо освещённый, и осторожно двинулся вперед. Отдаленный гул голосов эхом отдавался у него в ушах, и звериный запах щекотал ноздри. Из всех помещёний доносились крики, стук и грохот.

«Что, ради всех богов, творится?» — спрашивал себя Квип. Он уже давно жил в замке, но такого никогда не видел. Конечно, безумцам всякого рода тут самое место; но подобного размаха безумие никогда прежде не достигало. Повальное помешательство — вот что это такое. Что за ним кроется? Колдовство, что же ещё! Злые чары. Всякий раз, когда в Опасном случалась какая-нибудь заварушка, оказывалось, что дело именно в этом — кто-то пустил в ход магию. Чародеев здесь хватало с избытком. Иногда у Квипа мелькала мысль бросить замок к черту, очертя голову прыгнуть в первый попавшийся портал — и только его и видели!

Из-за угла вышел огромный гривастый лев, уставился на человека и грозно зарычал.

Квип тоже остановился и жалко улыбнулся.

— Хорошая киска… — пролепетал он.

Лев оскалился и фыркнул, обдав Квипа запахом свежего мяса.

— С-с-сла… — Воришка облизнул внезапно пересохшие губы и сглотнул. — Славная киска. Милый котик. — Он попятился.

Лев сделал несколько шагов вперед, бешено молотя хвостом.

Внезапно краешком глаза Квип заметил деревья и голубое небо. Портал! Он свернул к нему и промчался сквозь магические ворота в другой мир.

Окунувшись в свежий воздух, он понесся по травянистой лужайке, добежал до противоположной её стороны, нырнул под прикрытие низких ветвей и затаился.

Спустя какое-то время раздвинул ветки и выглянул из-за них. Лужайка была пуста. Лев остался по ту сторону портала.

Тяжело дыша, Квип стянул с головы шапку к вытер вспотевшее лицо рукавом. Ну и ну…

Боги! Золото! Он сообразил, что умудрился рассыпать его по каменным плиткам пола в замке. Нужно как можно быстрее вернуться и подобрать сокровища, пока это не сделали другие.

Квип снова выглянул из-за ветвей. Никаких зверей не видно. Но «котику» здесь есть где спрятаться. Не стоит рисковать, лучше выждать немного.

Однако ни о чем, кроме золота, он думать не мог — о сверкающем желтом металле, из которого вырезаны изумительные чаши, тарелки, медальоны, кольца и многое другое; теперь они валяются в замке, и любой, буквально любой, вот-вот наткнется на них и подберет. Черт! Может, призраки уже исчезли? Иначе почему нигде не видно этого дьявольского зверя?

Квип ещё раз высунулся. Никого. Стоит рискнуть. Так, где был портал? А-а, вон там.

Нет. Там. Нет, чуть левее. Проем должен находиться прямо напротив него на другой стороне лужайки. Трава слишком низкая, чтобы след Квипа остался на ней. Но он ведь не так уж далеко и убежал. Чтобы вернуться в замок, нужно идти… вон туда.

Или туда… Никакие львы ему не угрожают, и он может спокойно искать, пока не найдет. Если только…

Если только это не такой портал, который внезапно появляется и так лее внезапно исчезает, как некоторые из них имеют обыкновение делать. Тогда ворота могут закрыться, и Квип останется в полном… Нет, лучше не думать о таком.

Он снова натянул шапку, медленно встал, оглянулся по сторонам, осторожно вышел из укрытия и побрел через лужайку.

Он был уже в середине пути, когда раздался ужасный взрыв и на дальнем конце лужайки взлетели в воздух комья земли. От толчка Квип упал, сверху на него дождем посыпались обломки веток и всякая грязь.

Ошеломленный, он тем не менее уже почти поднялся, когда второй взрыв рванул среди деревьев, на том месте, где Квип только что стоял. Затем последовали и другие.

Шатаясь, он добрел до деревьев, но портала не обнаружил. Рухнул на землю под прикрытие кустов, прижался к земле и накрыл руками голову.

Артиллерийские залпы продолжали сотрясать землю. В оцепеневшем сознании Квипа зародилась ужасная мысль: не исключено, что ему уже можно не беспокоиться о своем золоте.

Скорее всего, он никогда больше не увидит замок.

Пиреон

Объединенная армада заполонила гавань. Кораблей было около четырехсот, и вся Аркадия встречала приветственными криками парусники, галеры и баркасы. Большую часть кораблей составляли длинные парусные галеры обтекаемой формы — излюбленный стиль аркадийцев. Но встречались и переделанные для военных нужд торговые суда, рыбацкие лодки и какие-то невообразимые посудины. Для того чтобы собрать их здесь, пришлось тщательно обыскать все гавани на Средиземном море.

Трент сидел за столом перед своей палаткой, установленной на подветренном склоне холма над гаванью, и пытался заставить себя хоть что-нибудь съесть. Он знал: после того, что должно вот-вот произойти, кусок точно не полезет ему в горло.

Впрочем, он и сейчас не лез. На столе красовались хорошо выдержанный сыр из Тираса, порезанный крупными кусками, жаренный в масле молодой ягненок, лук, чеснок и очень вкусный местный хлеб; было тут и чудесное красное мегаранское вино. Но все, на что Трент оказался способен, — отрезать ещё один ломтик сыра.

Юный слуга, Стрефон, предложил ему ещё вина. Ладно, с вином уж как-нибудь можно справиться.

— Спасибо, — сказал Трент.

Стрефон поклонился и вернулся в палатку.

Новоявленный военный советник отпил вина, вытер рот рукавом. И отодвинул сыр в сторону.

Нет, еда и человеческие жертвы несовместимы.

Он взглянул на небо. Три недели кряду оно было затянуто тучами, яростные ветры пригоняли одну грозу за другой. Подобной погоды в регионе не наблюдалось уже целое столетие, так сказали Тренту. Флот дважды пытался пересечь Тирренское море, чтобы попасть в дарданайские воды, и оба раза отвратительная погода заставляла моряков вернуться. Антемион был убежден — боги против него, и с каждым днем проникался уверенностью, что умилостивить их может только величайшая жертва.

Откуда он это знал? Так ему, видите ли, было сказано во сне.

Черт бы побрал эти их сны! Что можно противопоставить такому заявлению?

Давай убьем того-то. Почему? Ну, понимаешь ли, во сне мне привиделось…

17
{"b":"6056","o":1}