ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Что если в неблагополучных семьях стрелка индикатора, который показывает уровень любви в этом сосуде, застыла на нуле? Что если отчуждение, грубость, взаимные обиды, злоба – результат этого? А если мы сумеем наполнить «сосуд любви»? Может, это спасет брак? Может, это создаст эмоциональный климат, в котором муж и жена будут обсуждать разногласия, улаживать конфликты? Может быть, это и есть ключ к счастливой совместной жизни?

Чтобы ответить на эти вопросы, я отправился в путешествие длиною в двадцать лет. Исколесив всю Америку, я сделал открытия, о которых и рассказал в этой книге. В Сиэтле и в Майами люди делились со мной самым сокровенным. Примеры, иллюстрирующие эту книгу, взяты из реальной жизни. Я изменил только имена и названия мест, чтобы оградить частную жизнь тех, кто так открыто говорил со мной.

Я убедился, что уровень любви так же важен для брака, как уровень масла для автомобиля. Вести семейную жизнь, когда «сосуд любви» пуст, даже опасней, чем вести машину, не залив масла. Надеюсь, что моя книга поможет спасти тысячи браков и улучшить эмоциональный климат даже в благополучной семье. Какими бы ни были ваши отношения сейчас, они могут стать лучше.

Приготовьтесь: Когда вы заговорите на родном языке супруга, он может совершенно измениться. Люди ведут себя по-другому, когда их сосуд любви полон.

Прежде чем перейти к основной части, рассмотрим другое очень важное и сложное явление: влюбленность.

Глава 3

Влюбленность

Мы не договаривались о встрече. Дженис явилась ко мне в приемную и спросила секретаршу, могу ли я уделить ей несколько минут. Я знал Дженис восемнадцать лет. Ей было тридцать шесть. За эти годы у нее было несколько серьезных романов. Один продолжался шесть лет, другой три года… Но до свадьбы так и не доходило. Время от времени она советовалась со мной. По характеру Дженис очень собранная, организованная и внимательная. Прийти вот так, без звонка, совершенно на нее не похоже. Я решил: «Наверное, неприятности, вот и забыла позвонить», и приготовился выслушать от заплаканной Дженис печальную историю. Но тут, отворилась дверь, и она, сияющая, впорхнула в кабинет.

– Как дела, Дженис? – спросил я.

– Лучше не бывает. Выхожу замуж.

– В самом деле? – я не скрывал удивления. – За кого? когда?

– В сентябре. Его зовут Дэвид Геллеспи.

– Чудесно. И давно вы знакомы?

– Уже три недели. Знаю-знаю, безумие. Самой не верится. Я так долго не могла решиться. Все что-то останавливало меня. Я сомневалась. Да вы и сами помните, доктор Чепмен, каждый раз что-то было не так. Теперь по-другому. С Дэвидом у нас все получится. Мы поженимся. Мы оба поняли это, как только познакомились. А через неделю он сделал мне предложение. Я чувствовала, что так и будет, и знала, что соглашусь. Со мной это впервые.

Дженис не могла усидеть на месте, смеясь, она повторяла: «Да! Я сошла с ума, но я так счастлива, так счастлива!»

Что же с ней произошло? Дженис влюбилась. Ей кажется, что Дэвид лучше всех на свете. Он – совершенство. Он будет идеальным мужем. Целыми днями она думает только о нем. Неважно, что Дэвид два раза был женат, что у него трое детей, что за последний год он трижды сменил работу! Дженис уверена, с Дэвидом они будут счастливы. Она влюбилась.

Большинство из нас заключает браки по любви. Мы встречаем человека, привлекательного внешне и внутренне. Нас словно током ударяет, сердце бьет тревогу. Нам хочется узнать друг друга поближе. Мы можем поужинать вместе. Бифштексы или гамбургеры, кому что по карману, не еда главное. Мы ищем любовь. «А вдруг это теплое трепетное чувство и есть «то самое»?»

Иногда на первом же свидании сердце умолкает. Мы обнаруживаем, что ничего особенного в нашем спутнике нет, трепет уходит. Нам больше не хочется вместе есть гамбургеры. Но бывает, после гамбургера сердце бьется сильнее. Мы ищем новых встреч, и задолго до того, как чувства разгорелись в полную силу, говорим себе: «Кажется, я влюбился». В конце концов, убедившись, что это так, мы открываемся другому, надеясь на взаимность. Если мы слышим нет, то остываем или удваиваем усилия, чтобы все-таки завоевать любовь. А если чувства взаимны, мы начинаем подумывать о свадьбе, ведь считается, что влюбленность – лучшая основа для прочного брака.

До свадьбы семейную жизнь мы видим в розовом цвете… Трудно думать иначе, когда влюблен.

Влюбленность близка к эйфории. Мы словно одержимы. Мы засыпаем и просыпаемся с мыслью о возлюбленном. Мечтаем о встрече. Вместе мы как будто в раю. Мы держимся за руки, и кажется, наши сердца бьются в унисон. Если мы расстаемся, то только потому, что надо еще учиться, работать. Мы все чаще думаем о браке и о счастье, которое нас ждет.

Влюбленному кажется, что избранница его безупречна. Недостатки могут видеть родители. Но бесполезно указывать на них ему.

– Сынок, она же пять лет провела в психиатрической клинике. Подумай!

– Мам! Хватит! Уже три месяца, как ее выписали.

Недостатки могут заметить и друзья, но скорее всего будут молчать, а сам он не спросит. Ведь она совершенство, не все ли равно, что думают остальные.

До свадьбы семейную жизнь мы видим в розовом цвете: «Вместе мы будем счастливы. Да. У других случаются скандалы. Но мы-то любим друг друга. Конечно, мы не настолько наивны, мы понимаем, будут и споры. Но можно пойти на уступки, и все наладится». Трудно думать иначе, когда влюблен.

Мы привыкли считать, что если влюбились по-настоящему – это на всю жизнь. Мы всегда будем испытывать друг к другу то же, что сейчас. Ничто не разлучит нас. Наша любовь сильнее. Мы очарованы друг другом. Это самое прекрасное чувство. Во многих семьях его, кажется, утратили. С нами этого не случится. «Наверное, они и не любили друг друга».

К сожалению, это иллюзия. Влюбляемся мы не навсегда. Психолог Дороти Теннов долгое время наблюдала, как развиваются отношения влюбленных, и пришла к выводу, что романтическое увлечение продолжается в среднем два года. Если чувства приходится скрывать – чуть дольше. Но в итоге, все мы спускаемся с облаков на землю, открываем глаза и видим, что рядом – пренеприятный субъект. Она все делает назло. А он только и ищет, как ударить побольнее. Мелочи, которых прежде мы не замечали, превращаются в горы. Мы вспоминаем маму и говорим: «Каким же я был идиотом!»

Добро пожаловать в настоящую семейную жизнь! Туда, где раковина постоянно забита волосами, а зеркало украшают мыльные брызги, где спорят, нужно ли поднимать сиденье унитаза. В мир, где ботинки разбредаются по передней, ящики не закрываются, где пальто не признают плечиков, а носки пропадают без вести. В этом мире можно ранить взглядом и словом. Там влюбленные могут стать врагами, а дом – полем битвы.

Но куда подевались чувства? Увы, мы ошибались. Обманом нас заманили под венец. Неудивительно, что многие проклинают того, кого прежде так любили. Их одурачили, они в праве возмущаться. Да и были ли чувства? Думаю, были. Был и обман. Но заключался он в другом.

Мы ошибались, считая влюбленность вечной. Подумай мы хоть немного, мы бы поняли, чем это грозит. Если бы мир населили влюбленные, кризис волной охватил бы промышленность, бизнес, церковь, образование, общество в целом. Почему? Влюбленные теряют интерес ко всему, кроме предмета любви. Потому мы и зовем влюбленность наваждением. Студент, по уши влюбившись, проваливает экзамены. Трудно учиться, когда влюблен. На завтра задали войну 1812 года? Да кому это нужно! Влюбленному все кажется несущественным. Один мужчина сказал мне:

– Доктор Чепмен, на работе дела у меня все хуже.

– Почему?

– Я встретил девушку, влюбился. Я не могу сосредоточиться, ничего не выходит. Весь день думаю только о ней.

Эйфория влюбленности создает у нас иллюзию невероятной близости. Мы чувствуем, что принадлежим друг другу. Мы верим, что одолеем все трудности. Ради другого мы готовы на любые жертвы. Как сказал один молодой человек о своей невесте: «Я не сделаю ничего, что могло бы ранить ее. Я желаю ей только счастья. Ради этого я пойду на все!» Нам кажется, от нашего эгоизма не осталось и следа, мы стали кем-то вроде матери Терезы, мы все отдадим для блага другого. Нам так легко поверить в это, потому что мы думаем, что и наш возлюбленный испытывает то же. Мы верим, что и он готов на все ради нас, что он любит нас так же, как мы его, и никогда нас не обидит.

3
{"b":"6057","o":1}