ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

ГЛАВА XVI

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИРЛАНДСКОГО СВОБОДНОГО ГОСУДАРСТВА

Соглашение на выборах. – Фундамент рушится. – Реакция на севере. – Письмо сэру Джемсу Крэгу. – Парламентские дебаты. – Терпение или доверчивость? – Майкель Коллинз. – Петтиго и Беллик. – Ирландская конституция. – Выборы. – Убийство сэра Генри Вильсона. – Критическое положение в парламенте. – Вмешательство Бонара Лоу. – Решение правительства. – Нападение на здание суда. – Решительные усилия. – Письмо Коллинзу. – Письмо сэру Джемсу Крэгу. – Смерть Гриффитса и Коллинза. – Косгрэв и О’Гиггинс. – Поворот. – Будущее.

До конца апреля мы, казалось, двигались к цели с трудом, но неуклонно и преодолевали все затруднения. Правительство Свободного государства действовало неровно, но все более и более энергично, а партийная и парламентская ситуация в Англии не создавала нам препятствий. Все наши надежды были сосредоточены на том, что в Ирландии состоятся свободные выборы, и ирландский народ выберет представляющее его национальное собрание. Не подлежало никакому сомнению, что подавляющее большинство ирландцев стояло за договор и за правительство Свободного государства.

В конце мая произошло новое событие, совершенно расстраивавшее мои планы. 19 мая Гриффитс заявил республиканцам, заседавшим в национальном собрании, что их насильственная тактика отстаивается не больше чем двумя процентами всего ирландского населения и что «избранный ими путь делает их наихудшими изменниками ирландского дела, ибо благодаря их поступкам возвращение английских войск становится неизбежным». Но на следующий же день, к изумлению всех, к огорчению друзей и радости врагов, между де-Валера и Майкелем Коллинзом было подписано соглашение. Соглашение касалось настоящих выборов. В силу этого соглашения республиканцы, стоявшие против трактата и представлявшие, по словам Гриффитса, меньше 2% ирландского населения, должны были получить в новом парламенте 57 мест, а сторонники трактата 64. На эти 57 мест временное правительство не должно было выставлять своих кандидатов. Другими словами, существующее соотношение голосов по вопросу о договоре должно было сохраниться в новом парламенте, и борьба между членами шии-фейнеровской партии не должна была изменить его. Во-вторых соглашение предусматривало, что после этих так называемых выборов должно быть образовано коалиционное правительство, состоящее из 5 министров, поддерживающих договор, и 4 министров – противников договора. В состав министерства должен был быть включен президент национального собрания и командующий армией. На этой основе должны были делиться места между обеими шин-фейнеровскими партиями. Против кандидатов, отстаивающих другие взгляды, обе шин-фейнеровские партии должны были выступать совместно.

О намеченном соглашении я узнал за несколько дней до его подписания и немедленно написал письмо Майкелю Коллинзу.

Черчиль – Коллинзу

15 мая 1922 г.

«Согласно полученным мною сведениям, среди вопросов, обсуждаемых вами и республиканской партией, имеется предложение об устройстве так называемых „заранее условленных выборов“, т. е. таких выборов, при которых, в сущности, не будет происходить никакой борьбы и в результате которых де-Валера должен получить 40 мест, а временное правительство – 80. Я должен немедленно же сказать вам, что всякое такое соглашение вызовет во всем мире насмешки и осуждение. Это не будет выборами в настоящем смысле слова, а просто-напросто фарсом, ибо горсточка людей, имеющих в своем распоряжении смертоносное оружие, будет распоряжаться политическими правами избирателей на основании закулисных переговоров. Такое соглашение ни в малейшей степени не усилит вашей позиции. Такого рода выборы не дадут временному правительству права представлять ирландскую нацию. Они были бы оскорблением демократических принципов и именно так были бы характеризованы всеми. Ваше правительство скоро очутилось бы на положении тиранической клики, которая достигла власти насилием и старается сохранить ее за собой путем нарушения конституционных прав. Враги Ирландии обычно говорили, что ирландский народ вовсе не стремится к представительному правительству, что такое правительство чуждо его инстинктам, и что если бы ирландцы имели возможность выбора, то они возвратились бы к деспотизму или олигархии в той или иной форме. Если бы вы совершили этот неправильный шаг и заключили намеченное соглашение, то подобный поступок был бы принят всеми как подтверждение этих мрачных предсказаний. Что касается нас, то такого рода предложение мы, конечно, не признаем базисом, на котором можно что-либо построить.

Я надеюсь, что вы дадите мне возможность опровергнуть эти слухи, чрезвычайно вредящие вашей репутации. По этому поводу в парламенте в любой момент могут быть заданы вопросы. Газета «Дейли Хроникль» уже коснулась этой темы в передовой статье.

Я прошу вас показать это письмо Гриффитсу и Дуггану, к которым я также считаю долгом обратиться, ибо они вместе с вами подписали договор».

Итак, весь фундамент соглашения, по-видимому, рушился. Республиканцы, сторонники Свободного государства, регулярные и нерегулярные войска, католики и протестанты, лендлорды и арендаторы, унионисты и националисты по всей Ирландии соглашались на том, что ирландский народ должен принять договор, честно провести его в жизнь и на основе его возвратить Ирландии ее достоинство и материальное благополучие. Но этому народу не разрешалось высказать свое мнение. Им бесконтрольно руководило ничтожное меньшинство, которое провело бесчестную сделку и поделило нацию, точно скот. Это было хуже, чем какие бы то ни было набеги и преступления. Положение грозило зайти в бессмысленный тупик.

Но в этом вопросе мы отстаивали принципы демократии. Пока решение не было принято окончательно, эта позиция могла быть сильной. Мы пригласили лидеров Свободного государства в Лондон. Они немедленно прибыли. Гриффитс высказывал решительное неодобрение происшедшему, а Коллинз имел отчасти вызывающий, отчасти смущенный вид. Все было хорошо, говорил он, ибо мы не знали всех их затруднений. Затруднения были неописуемы. Правительство не имело под ногами никакой твердой почвы. Если бы на выборах происходила борьба между кандидатами, то проведение выборов оказалось бы физически невозможным, ибо это привело бы к всеобщей гражданской войне, и никто не посмел бы подавать свой голос. Правительство не имело достаточно силы, чтобы сохранить хотя бы видимость порядка. Тем не менее Коллинз заявил, что он по-прежнему решительно отстаивает договор. Казалось, раны Ирландии не поддаются никакому лечению и ведут страну к гибели.

Все эти события немедленно вызвали на севере соответствующую реакцию. Протестантский Ольстер был убежден, что южная Ирландия погрузится в хаос и что нужно во что бы то ни стало отгородиться от этой заразы. Северяне неустанно требовали присылки отрядов и оружия. Сэр Джемс Крэг произнес речь относительно границ, где он отказывался от каких бы то ни было уступок.

Черчиль – сэру Джемсу Крэгу

24 мая 1922 г.

«Лорд Лондондерри сообщит вам о результатах переговоров с военным министерством и о тех мерах, какие мы приняли для посылки вам этого огромного количества военных материалов. Но я должен заявить, что сделанное вами заявление относительно решительного отказа от каких бы то ни было исправлений границ и от какой бы то ни было пограничной комиссии, предусмотренной в договоре, не совместимо с теми требованиями о крупной финансовой помощи и поставке оружия, которые вы предъявляете. В то самое время, как я старался добиться согласия моих коллег на ваши требования, вы сделали заявления, звучащие как прямой вызов имперскому правительству, помощи которого вы домогаетесь. Сегодня утром несколько моих коллег заявили мне энергичный протест против подобного рода деклараций, появляющихся как раз тогда, когда вы просите нашей помощи и получаете ее и когда в ирландских делах наступил столь критический момент. В ответ я мог только сказать им, что на вчерашнем заседании национального собрания де-Валера и Коллинз сделали заявление в столь же неудовлетворительном духе. Подобные заявления с вашей стороны затруднят для имперского правительства оказание вам помощи; кроме того, министры, которые встретятся с представителями временного правительства, не смогут упрекать Коллинза за его презрительные отзывы о договоре. Благодаря вашим заявлениям многие английские газеты, поддержка которых будет для нас чрезвычайно ценна в критический момент, начинают относиться к ирландскому вопросу в том смысле, что одни не стоят других. Многие, несомненно, попытаются рекомендовать Британии полностью отойти от ирландских дел и будут советовать „предоставить ирландцам вариться в своем собственном соку и разрешить вопрос своими средствами“. Декларации в роде сделанных вами затрудняют борьбу с гибельными тенденциями.

Я знаю, что вы не посетуете на меня за мою откровенность, ибо я всеми силами поддерживаю вас во всем, что правильно и законно. Так, например, мы не могли бы жаловаться, если бы вы сказали, что соглашение между Коллинзом и де-Валера сделало невозможным сотрудничество между вами и югом. Я сожалел бы о таком заявлении, но против него нельзя было бы ничего возразить. Но вы совершенно неправы, когда вы заявляете, что вы не подчинитесь ни в каком случае договору, заключенному британским правительством, а в то же самое время просите это последнее нести на себе огромные расходы, связанные с вашей защитой. Я не понимаю, почему вы не снеслись со мной до того, как вы сделали заявление в этом смысле. По моему мнению, в переживаемое нами критическое время вы могли бы сделать декларацию, вполне удовлетворяющую ваше население и в то же время не изобличающую вас в том, что вы с такой же готовностью, как Коллинз или де-Валера, бросите вызов имперскому правительству в том случае, если оно предпримет нежелательные для вас шаги. Вы не должны были бы посылать нам телеграммы о возможно большей помощи и в то же время заявлять о своей решимости не подчиняться имперскому парламенту.

Я только что получил вашу телеграмму и с радостью узнал, что вам оказали большую помощь практические шаги, на которых мне удалось настоять».

88
{"b":"6059","o":1}