ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Глазков сразу же пригласил разведчиков к себе в шалаш. Тут же был начальник штаба. Он развернул карту и схему поселка. Валента и Славин, дополняя друг друга, подробно рассказали обо всем, что им удалось разведать.

Начальник штаба тщательно наносил на схему, где находятся пулеметы, орудия, казарма, посты противника.

Ночью отряд направился к поселку. Шли осторожно. К трем часам выбрались на шоссе, в километре от гарнизона. Здесь оставили заслон с единственной в отряде пушкой, которую развернули в сторону Минска, чтобы задержать, если оттуда появится вражеское подкрепление. Основные силы отряда двинулись на поселок. Но не знали партизаны, что три часа спустя после того, как из поселка выехали дед Валента и Славин, туда прибыли две автомашины с гитлеровцами. Они разместились в частных домах. Фашисты готовились paно утром начать карательную операцию в близлежащих деревнях.

Партизанский отряд, разбитый на несколько групп, должен был проникнуть в поселок с разных направлений. Одним группам поручалось блокировать казарму врага, другим — уничтожить его технику, третьим — захватить изменников и немецких офицеров.

Очевидно, довольно длительный покой, в котором находились оккупанты, притупил их бдительность, и партизанам удалось снять посты и войти в поселок незаметно.

Вот и казарма. Снять часовых бесшумно не удалось. Один из них успел выстрелить в упор в подбежавшего к нему партизана. Глазков очередью скосил часового, и партизаны бросились к казарме. В окна полетели гранаты. Все произошло так быстро, что спавшие фашисты не успели выскочить из помещения.

Справились партизаны с гитлеровцами и там, где стояли немецкие зенитные орудия. Но тут случилось непредвиденное. Стрельба переполошила немцев, которые приехали в поселок накануне, и они открыли по партизанам сильный огонь из окон и чердаков частных домов.

Группа, в которой был и Славин, прорвалась к центральной площади, где находилось несколько грузовиков. Полдесятка гранат, брошенных в них, и несколько коротких автоматных очередей по бензобакам сделали свое дело: машины заполыхали. Однако партизаны, оказавшись на открытом месте, попали под сильный огонь гитлеровцев, засевших в домах. Появились убитые. Надо было во что бы то ни стало выбить немцев из крайнего дома.

Немцы, находившиеся в нем, держали под прицельным огнем всю небольшую площадь. Командир группы Панченков пополз к Славину и Крайнюку, лежавшим недалеко друг от друга:

— Хлопцы, попробуйте добраться к дому со стороны огорода!

Славин бросился к забору и одним махом перепрыгнул через него. Затем огородами добрался к сараю, стоящему недалеко от дома, в котором фашисты заняли круговую оборону. В окне, что выходило во двор, можно было заметить человеческие фигуры. Один гитлеровец вышиб из рамы стекло и просунул наружу ствол винтовки.

Соображая, как быстрее выбить врага из дома, Владимир выглянул из-за сарая, и тут же в толстое бревно впилась пуля. «Точно бьет, черт!» — подумал он и бросился к другому углу, чтобы попробовать с той стороны приблизиться к дому. В этот момент прибежал Крайнюк.

— Чего ты здесь застрял? — зло выкрикнул он. — Не видишь, как наших поливают! А ты пляску возле стенки устраиваешь!

— Какая пляска? — обиделся Славин. — Они круговую заняли. Подходы с этой стороны тоже под прицелом держат.

— Из чего смалят? — немного поостыв, спросил Крайнюк.

— Из винтовки, через окно. Высунул я было голову, так чуть без нее не остался.

Антон прилег на землю, осторожно выглянул из-за угла. Его не заметили. Однако было ясно, что бежать от сарая к дому — значит попасть под пулю. Крайнюк повернулся к Славину:

— Надень на автомат пилотку. Подразни. А я попробую достать его с чердака, только помоги мне.

Славин уперся руками в бревенчатую стену, чуть присел, подставил Антону спину. Тот ловко добрался до небольшого окошка, с трудом протиснулся через него и скрылся на чердаке. Славин надел на ствол автомата пилотку и вернулся к углу, из-за которого выглядывал. Он немного выждал, пока Крайнюк успеет пройти к противоположному концу сарая, и хотел высунуть пилотку, но вдруг скорее почувствовал, чем услышал, сзади какое-то движение и резко обернулся. К нему спешила старуха.

— Сынок! Осторожно! Там немцы.

— Это я уже успел заметить, — улыбнулся Славин. — Вы лучше скажите, кто здесь хозяин дома.

— Я — хозяйка, голубок. Только остерегайся — застрелят.

— Кроме немцев, еще кто-нибудь есть там?

— Одни они там, одни. Да полицаи еще. Меня и дочку выгнали вчера. В сарай перебрались.

— Это, конечно, плохо, что выгнали. А, с другой стороны, может, и хорошо, — сказал Владимир. — Вы, бабушка, быстренько бегите отсюда в огород. Только старайтесь, чтобы сарай прикрывал вас, а то шальная пуля ненароком заденет.

Только успел Владимир высунуть из-за укрытия пилотку, как пуля прошила ее насквозь. В тот же миг сверху дробно ударил автомат. Славин стремглав выскочил из-за сарая и устремился к дому. Он понимал, что Крайнюк прикроет его огнем.

Через несколько мгновений Владимир оказался возле дома, обежал его, автомат повесил на шею, в руки взял по гранате и выглянул из-за угла: из окон, выходящих на улицу, фашисты беспрерывно стреляли по площади. Владимир изловчился и бросил лимонку в то окно, откуда сыпались пулеметные очереди. Он сделал еще несколько прыжков, запустил гранату в другое окно, где засело несколько автоматчиков, а затем обежал дом и подскочил к сеням. Прямо на него вылетел мужчина. На нем была только домотканая нижняя рубашка. Владимир вскинул автомат:

— Руки вверх!

— Не стреляйте! Я — свой.

— Марш к сараю! — приказал Славин. Они подошли к углу сарая. Владимир громко позвал хозяйку:

— Бабушка, этот чей будет?

Старушка взглянула на пленного:

— Тьфу ты, бесстыдник! Хоть бы штаны надел! Полицай он. Старшин полицай. Вчера, негодник, соседского мальца порол под пьяную руку. Придрался, что тот ему сапоги не захотел чистить.

— Ясно, бабушка, — Владимир пошевелил автоматом, — а ну, руки держи повыше!

Подбежал Крайнюк. Он окинул брезгливым взглядом пленного:

— Гони его к нашим. Там разберемся.

Славин толкнул автоматом полицая:

— А ну, давай! Двигай вперед, зануда голозадая!

Они обогнули дом и через калитку выбрались на улицу. Перестрелка перенеслась в глубь поселка. На площади все еще горели немецкие машины. Слева, метрах в семидесяти пяти, Владимир увидел четырех партизан, которые спешно грузили на телегу трофейное оружие. Только приказал он предателю бежать к этой группе, как тот, ойкнув, рухнул на землю. То ли партизанская, то ли фашистская пуля пробила лоб полицая. Так и остался он лежать полуодетый. «Собаке — собачья смерть!» Славин сплюнул и бросился к своим бойцам, которые начали отводить в укрытие загруженную подводу.

А в поселке продолжалось упорное сражение. Несмотря на то, что фашистов оказалось значительно больше, чем предполагалось, партизаны заставили немцев отступить. Отстреливаясь, они уходили к окраине поселка. Партизанам удалось захватить семеро предателей. Преследовать немцев не имело никакого смысла. Вот-вот гитлеровцы могли получить подкрепление.

Партизаны загрузили несколько подвод, захваченных у врага, оружием и боеприпасами, уложили на телеги раненых, забрали погибших товарищей и двинулись в лес. Задание, хотя и с большими потерями, было выполнено. Теперь надо было быстрее уходить от погони, которую наверняка утром организуют немцы. Командир приказал подрывникам заминировать в нескольких местах минское шоссе, а также заложить пару фугасов на проселочной дороге, по которой ушел в лес отряд. К восходу солнца отряд был уже далеко...

И вот уже трое суток отряд не прекращал движения, стараясь вырваться из блокады. Немцы, стянув в этот район огромные силы, окружили все близлежащие леса. Люди устали, лошади обессилели, и командир решил сделать привал на одной из запасных баз. Здесь было несколько землянок, потайной колодец, вырытый еще в первое лето войны. Вокруг этой базы лежало болото, и партизаны рассчитывали, что это остановит карателей. Командир выставил заслоны, и отряд расположился на отдых.

62
{"b":"6064","o":1}