ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Прошли еще сутки, и над базой неожиданно закружил немецкий самолет. Все замерли, но самолет не улетал, а все кружил, потом сбросил листовки: гитлеровцы призывали партизан бросать оружие, выходить из лесу.

— Пронюхали, стервозы! — озабоченно проговорил Глазков и тут же приказал выслать разведку. К вечеру его худшие предположения подтвердились. Разведка доложила: вокруг леса — немцы, много автомашин, имеются танки и бронетранспортеры. Чувствовалось, что фашисты тщательно готовились к операции.

Командование партизанского отряда собралось на совещание. Вести продолжительный бой партизаны не могли. У них было мало боеприпасов и продовольствия.

Каратели, вооруженные артиллерией и авиацией, быстро могли захватить небольшой остров, на котором обосновался отряд. Идти на прорыв было бы безумством. Командир решил бой с превосходящими силами противника не принимать, а ночью выходить из окружения небольшими группами.

Вскоре лагерь опустел. В нем осталось всего лишь тринадцать человек, среди них Славин и двенадцатилетняя Надя Панченкова. Эта группа должна была дождаться двух партизан, находившихся в секрете на дальних подступах к базе, а затем просочиться через фашистские кардоны.

Старший группы Тамков направил Славина поторопить товарищей.

Володя мчался по лесу. Вот и место, где должен находиться секрет. Но что такое? Кругом тишина. Бойцов нет. Валяются стреляные гильзы. На пеньке лежит окровавленный подсумок, а рядом — множество следов от немецких ботинок. Владимир сразу понял, что произошло здесь накануне. Тем не менее, в его душе еще теплилась слабая надежда, что, может быть, раненые партизаны находятся где-то поблизости. Он внимательно осмотрел всю местность вокруг, обошел каждый куст, но никого не нашел.

Славин вернулся к своим и рассказал об увиденном старшему группы. Тамков решил немедленно уходить, осторожно пробираться к первой базе отряда. В бой решили вступать только в самом крайнем случае. «Ведь на нашем попечении находится ребенок», — заметил Тамков. Отец Нади и три других партизана накануне не вернулись с разведки. Все беспокоились за их судьбу. Славин старался все время быть рядом с девочкой.

Шли осторожно, придерживаясь густых кустарников, внимательно присматриваясь к окружающей местности. Километра через три идущий впереди партизан сказал, что видит группу людей, человек десять, которая, по всей видимости, отдыхает на берегу небольшого ручья. Тамков решил обойти их, но потом подумал: «А вдруг свои?» Взяв с собой пятерых бойцов, среди которых был и Славин, он пошел в разведку. Подползли к группе, охватили ее кольцом. И тут увидели несколько знакомых лиц. Это была группа из соседнего отряда. Выяснилось, что, возвращаясь с задания, партизаны разошлись со своим отрядом, который вынужден был сняться и уйти с базы, чтобы не оказаться в окружении. Бойцы уже третий день мотались по лесу, выбились из сил, голодали. Теперь они очень обрадовались, увидев друзей по оружию. Решили объединиться и выходить из окружения вместе. К вечеру приблизились к шоссе. Выслали разведчиков. Но ничего утешительного не узнали. Немцы выставили сильные заграждения, и прорваться сквозь них было невозможно.

Старшие групп решили идти лесом вдоль автомагистрали и искать брешь в оцеплении фашистов. Через каждый километр разведчики осторожно приближались к шоссе, присматривались, где можно перейти его.

К вечеру они вышли к перекрестку с Волмянской дорогой. Здесь партизаны смогли по одному перебежать шоссе и продолжали идти в сторону бывшей базы. Там и должны были собраться все группы отряда. Углубились на километра два в лес и остановились на ночлег.

На рассвете партизаны собрались в дорогу. Неожиданно со стороны автомагистрали, которую они вчера пересекали, послышались автоматные очереди, лай собак. Тамков подозвал к себе Славина:

— Возьми еще одного человека, разберитесь, в чем дело, и догоняйте нас. Мы пойдем прямо, так что ориентируйтесь по солнцу.

Славин и еще один боец, вооруженный винтовкой, двинулись на шум. Через какие-нибудь полчаса над ними, срезая ветки, засвистели пули. Разведчики, низко пригибаясь к земле, перебегая от дерева к дереву, взяли чуть левее и продолжали идти. Вскоре они увидели немцев. Вытянувшись в длинную цепь, они наугад строчили из автоматов и двигались в том направлении, в котором удалялась группа партизан. Немцы шли медленно, ведя на поводках собак, часто останавливались и осматривали кустарники.

Было ясно, что гитлеровцы проводят очередную проческу леса. Володя рукой подал сигнал напарнику отходить. Они отползли в чащу, вскочили на ноги и бросились догонять своих. Группа шла быстро, и настигнуть ее разведчикам удалось где-то в полдень. Выслушав разведчиков, Тамков небрежно махнул рукой:

— Ну, эти нам не страшны. Раз беспрерывно палят в молоко, значит далеко не пойдут. Патронов не хватит.

И действительно скоро стало тихо. Объявили привал, а двоих партизан направили вперед, разведать обстановку возле деревни, где жили связные отряда дед Петрусь, Мочалова и мать Крайнюка.

Было жарко, хотелось пить. Владимир облизывал сухие губы. Он отыскал партизана, которому перед уходом в разведку передал вещмешок, но в оставленной там фляге воды не было. Рядом, под кустом, на разостланный пиджак присела Надя. Володя спросил:

— Пить хочешь?

Девочка невольно облизала губы:

— Так ведь воды нет.

— Ничего, — улыбнулся Славин. — Сейчас попробуем разыскать.

Владимир собрал в вещмешок с десяток фляг и направился на поиски.

Он старался выйти на низкое место, натолкнуться на ручеек или хотя бы лесное болотце. Ходил Славин долго, пока не попался на пути довольно глубокий овражек. Спустившись вниз по крутому обрыву, он сначала разочаровался — сухо. Но, бросив взгляд направо, заметил шагах в двадцати от себя желтый песок. Из-под него пробивалась вода. Володя подошел поближе. Да, это был родник. С каким удовольствием парень утолял жажду! От холода немели зубы, сводило челюсти, но он пил, затем наполнил все фляги, уложил в вещмешок и, вскинув его на спину, заспешил к своим товарищам.

Первую флягу Славин протянул девочке. Та жадно припала губами к горлышку. Потом раздал остальные фляги. Все приободрились, повеселели. После этого Славин прилег в тени под кустом и сразу же задремал. Но спать не пришлось. Возвратились разведчики. Они были чем-то взволнованы, что-то тихо сообщали старшим обеих групп. Те, переговорив между собой, подали команду трогаться в путь. Тамков изменившимся голосом глухо проговорил:

— Товарищи! Мы направляемся к деревне. И вы увидите своими глазами, на что способны фашистские изверги.

До самой деревни партизаны шли молча. То, что пришлось им вскоре увидеть, поистине леденило душу. На месте деревни чернели пепелища, сиротливо стояли обгорелые печи. Уцелело только несколько домов, но людей в них не было. Не знали партизаны, что это дома полицаев, хозяева которых перебрались в райцентр. Жутко завывали собаки. Партизаны молча ходили по сожженной деревне, и каждого мучила одна и та же мысль: «Где люди? Что с ними?» И вот перед ними открылась картина пострашнее предыдущей. Партизаны остановились возле сожженного сарая. На пепелище лежали десятки сожженных и полусожженных человеческих трупов.

Долго стояли партизаны у этого места. Полными слез глазами смотрел Славин на останки погибших людей. «Неужели и мама Антона, и учительница погибли? Как об этом рассказать Антону?» Из его груди вот-вот готов был вырваться крик: «За что? Каким зверьем нужно быть, чтобы пойти на такое!» Руки юноши непроизвольно сжимали автомат: «Отомстить! Отомстить за смерть этих людей!» Владимир глухо сказал:

— Сколько жить буду — столько буду мстить!

— Пойдем, Наденька. Пошли, Володя, — позвал Тамков, стараясь побыстрее увести их от этого страшного места.

Молча шли партизаны, тихо плакал ребенок...

29

СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ КУПРЕЙЧИК

Советские войска после победы под Курском развернули наступление на широком фронте.

63
{"b":"6064","o":1}