ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Рассказчик выдержал паузу, достал кисет с табаком, свернул цигарку. Все с нетерпением ждали продолжения.

— Дальше-то что? — не выдержал Славин.

— Что было дальше, спрашиваешь? — Грибов сладко втянул в себя дымок, внимательно посмотрел на Владимира. — Так вот что было, дружище. Пришли мы в отряд, честь по чести доложили командиру. А в его землянке — начальник контрразведки из бригады. Немецкий, видать, хорошо знает. Берет он записную книжку фрица, которая оказалась среди прочих документов, начинает читать. И вдруг как рассмеется! Просто умора. Оказалось, наткнулся на довоенные записи немца, где тот расписывал каждый свой день, буквально по минутам. Там есть и такая запись:

«Подъем — шесть часов пятьдесят пять минут. Марта — семь часов ноль ноль минут — семь часов пятнадцать минут».

— Ишь ты! — улыбнулся ехавший рядом Тамков. — Для женочки ни минуты меньше, ни минуты больше. Славин не понял:

— А что он делал все это время и почему о какой-то Марте пишет?

Все дружно засмеялись. Хохот стоял на весь лес. Смущенный Владимир недоумевая смотрел на своих товарищей.

Тамков выждал, пока успокоятся, и, стараясь быть серьезным, пояснил:

— Понимаешь, Володя, когда ты станешь взрослым и женишься, у тебя тоже появится одна обязанность: будешь будить жену, чтобы она, скажем, на работу не опоздала...

— Завтрак тебе приготовила, — поддержал Грибов.

Владимир, чувствуя подвох в словах мужчин, пробурчал:

— Не понимаю, почему обязательно муж должен будить жену. Моя мама, например, сама отца будила...

Ему не дали договорить, и опять на весь лес раздался хохот. Грибов припал к гриве коня и, стараясь не выпасть из седла, хохотал до слез...

Тамков раньше бывал в этих местах и помнил, что здесь где-то затерялась заброшенная сторожка, а возле нее, и это самое главное, стоит небольшой сарай, где можно укрыть лошадей.

Оставив группу в лесу, он направился к дороге, чтобы лучше сориентироваться и разыскать сторожку. Вернулся примерно через полчаса, и маленький отряд тронулся дальше. Тамков спешил. До наступления темноты необходимо было прибыть на место. Он все время торопил:

— Побыстрее, братцы! Если стемнеет, то не найти нам той сторожки и ночевать придется в лесу.

Однако им повезло. Тамков действительно хорошо запомнил дорогу. Еще не успели опуститься сумерки, а группа уже подъехала к маленькой халупке. За ней виднелся небольшой сарай с болтавшейся на одной петле дверью и прохудившейся соломенной крышей. Тамков заглянул внутрь и включил карманный фонарик. Тут было пусто.

— Ну что, хлопцы? Ночь надвигается. Будем приспосабливаться. Сначала нужно заткнуть щели, хотя бы самые большие. А завтра подумаем, что делать с этой развалюхой.

Не в лучшем состоянии была и сторожка. Земляной захламленный пол, перевернутая вверх ножками массивная скамья, паутина да прелые листья по углам — вот, пожалуй, и все, что здесь увидели партизаны. В избушке когда-то было два небольших окошка. Теперь вместо них в стене зияли лишь пустые проемы. Дверей тоже не оказалось. А на дворе уже было темно. Все настолько утомились, что сил хватило только на то, чтобы поставить лошадей в сарай, наломать хвойных веток да завесить окна и вход в сторожку. Спать улеглись на полу.

Ночь прошла спокойно, а утром Тамков разбил свой немногочисленный отряд на группы. Одна из них должна была заняться ремонтом, другая — искать корм для лошадей. Сам же Тамков вместе со Славиным отправился на рекогносцировку, хотел уточнить, где располагаются немецкие гарнизоны.

Они шли чуть больше часа и оказались у дороги. По ней действительно часто проносились колонны немецких машин и одиночные автомобили. Чувствовалось, что фашисты здесь ничего не опасались. Тамков вытащил из-за пазухи карту, развернул ее, внимательно посмотрел и сказал:

— Километрах в трех отсюда есть небольшая деревушка. Давай махнем туда, с людьми поговорим.

Выбрав момент, когда на дороге никого не было, они перебежали на противоположную сторону. Углубившись метров на триста в лес, пошли параллельно шоссе. При мерно через километр наткнулись на проселочную дорогу. Тамков снова достал карту и, заглянув в нее, уверенно заметил:

— Эта дорога ведет к деревне.

Через полчаса они выбрались из леса. Впереди лежало поле, за ним — деревушка хат на двадцать-двадцать пять. Спрятавшись в кустах, партизаны стали наблюдать.

Прошло около часа. Ничего подозрительного разведчики в деревне не заметили. Владимир предложил:

— Андрей Леонтьевич, давайте я автомат оставлю здесь, а сам туда махну, разберусь, что к чему.

— Не торопись. Пойдешь — а там засада или на полицая напорешься. Видишь, как деревня расположена? Вокруг поле. Все как на ладони видно. Немцы любят в таких местах останавливаться. Подступы хорошо просматриваются и простреливаются.

Славин, не отвечая, смотрел в сторону деревни. Он заметил около крайнего дома какое-то движение. Увидел это и Тамков. Со двора вышла лошадь, запряженная в телегу. Подвода медленно покатила к лесу. Вскоре она проехала мимо партизан. Тамкову и Славину пришлось подвинуться чуть вправо и, маскируясь в кустарнике, идти следом за ней. Они уже успели разглядеть, что на телеге сидят два человека: старик, который правил одряхлевшей кобылой, и женщина, укутанная в теплый платок. Они изредка обменивались между собой короткими фразами, а лошадь медленно тащила телегу. Тамков хотел подойти к подводе, но старик в это время дернул за вожжи и повернул лошадь направо, на еле заметную лесную дорожку. Партизаны присели за кустом, чтобы не попасть на глаза седокам. Телега проехала мимо. Сохраняя необходимую дистанцию, партизаны тихонько пошли за ней.

Минут через десять-пятнадцать послышалось: «Тпру!» Подвода остановилась на небольшой поляне, возле кучи колотых дров. Сначала слез с телеги старик, потом спрыгнула женщина. Она развязала платок, и партизаны с удивлением увидели, что это еще совсем юная девушка.

Старик и девушка начали накладывать на воз поленья.

— Ну что? Поможем? — шепотом спросил Тамков и шагнул к поляне.

Вслед за ним пошел и Славин.

— Бог в помощь! — весело сказал Андрей Леонтьевич.

Старик и девушка вздрогнули, молча смотрели на приближающихся людей.

— Что молчите? Испугались, небось?

— Да не так чтобы очень, — ответил старик и облокотился на передок телеги, где, по всей вероятности, лежал топор. — Просто видим, люди незнакомые...

— Мы идем своей дорогой. Вдруг слышим — шум какой-то, заглянули сюда. Видим, люди работают, вот и подошли.

Тамков, чтобы не пугать старика и девушку, не стал к ним подходить близко, а присел на сваленную березку. Славин остановился за его спиной.

— А вы кто будете? — полюбопытствовал старик, которого немного успокоило поведение незнакомцев.

— Партизаны, — ответил Тамков и, заметив, что старик посмотрел недоверчиво, спросил: — Наверное, не приходилось видеть нашего брата вблизи?

— Давно что-то не слыхали о вас, — смутился старик.

Тамков, как бы вскользь, поинтересовался, из какой они деревни. Старик сказал правду. Тогда Андрей Леонтьевич начал расспрашивать, что слышно в деревне и в районе.

— У нас немцев нет, но приезжают часто.

— Где останавливаются?

— В домах, — усмехнулся старик. — Какие хаты получше, в тех и останавливаются.

— А если несколько человек заглянет, — добавила девушка, — то в доме старосты устраиваются.

— Говорите, староста у вас есть? — взглянул на старика Тамков. — Может, лошадь и телега найдутся у него?

— Конечно. Трех лошадей в конюшне держит.

— Что он за человек?

— Староста, — односложно заметил дед, давая понять, что этим сказал все.

— Где живет?

— Если с этого края заезжать, то по правой стороне шестой дом.

— А вы где живете? — Тамков еще раз решил убедиться в том, что эти люди говорят правду.

— В первом доме с этого края, — ответил старик и неожиданно потеплевшим голосом добавил: — Да вы, сынки, в нас не сомневайтесь. У меня два хлопца в Красной Армии, у нее — батька. Так что мы люди свои.

69
{"b":"6064","o":1}