ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Поводырь: Поводырь. Орден для поводыря. Столица для поводыря. Без поводыря (сборник)
Опасные тропы. Рядовой срочной службы
Стигмалион
Круг женской силы. Энергии стихий и тайны обольщения
Любовь литовской княжны
Время-судья
Дорога домой
Девочка, которая любила читать книги
Я очень хочу жить: Мой личный опыт
Содержание  
A
A

— Андрей Леонтьевич! Может, стоит весь наш отряд разделить на несколько групп, провести с каждой инструктаж отдельно и искать предателя в той группе, которая не выполнит задание?

— Это, конечно, сделать можно. Однако не забывай, что враг тоже не дурак. Он может почуять опасность, притаиться. Так что пока ты осторожно начинай работу среди бойцов.

Славин ушел, а Тамков вызвал Антошина и вручил небольшой пакет:

— Бери лошадь и ночью отправляйся в отряд. Почту передашь лично командиру.

Антошин тут же ушел готовиться в дальний путь, а Тамков опять сосредоточился над картой. «Скрывать от командования эти факты нельзя, пусть почитают», — подумал он о пакете и начал отмечать места на дороге для закладки новых зарядов...

После разговора с Андреем Леонтьевичем Славину пришлось немало подумать. Он исподволь проверил всех людей, которые пришли в отряд до того момента, когда немцы впервые сняли мину. Среди них оказалось лишь четыре местных жителя. Следовательно, только они и могли отлучиться в свои деревни. С выходом на эту четверку клубок начал разматываться побыстрее. Вскоре выяснилось, что двое из четырех новичков, взятых на заметку, никак не могли быть причастными к предательству. Они находились в группе Крайнюка. Все диверсионные операции, в которых они участвовали, прошли успешно, без каких-либо срывов. Оставались двое: Дубасин, бывший колхозный бухгалтер, и Сухота, который тоже до войны работал в колхозе. У первого в деревне жили жена и двое детей. У второго — только жена.

Сергею Панченкову Дубасин не нравился, и когда Славин поделился с другом своими соображениями, тот уверенно сказал: «Если есть шпик в отряде, то это, вне всякого сомнения, Дубасин! Ты посмотри, как он себя бережет и холит, всегда в стороне, особняком держится».

Славин решил посоветоваться с Тамковым. Только он подошел к его землянке, как услышал тихое ржание. Оглянулся и увидел, что верхом на лошади подъезжает Антошин, а за ним на великолепном белом жеребце — Лапко, бывший командир отряда. Они привязали коней к дереву и подошли к Славину. Лапко пожал Владимиру руку:

— Как дела, боец?

— Идут дела... А теперь, когда вы возвратились к нам, пойдут еще веселее.

Вошли в землянку. Тамков обнял друга.

— С возвращением!

— Нет, Андрей, я ненадолго. Имей в виду: я теперь — шишка, начальник штаба бригады, а приехал сюда, встревоженный твоим письмом. — Лапко взглянул на Славина и Антошина: — Что, хлопцы, стоите? Идите, занимайтесь своими делами, а мы с командиром поговорим.

Бойцы вышли из землянки. Но Тамков позвал Славина обратно.

— Он — участник этой операции. От него ничего не скрываю, — пояснил Андрей Леонтьевич.

— Ну что, давайте поговорим втроем. Кстати, вас скоро обратно в бригаду отзовем. Сюда командование направляет большой отряд, который будет действовать в этих краях до прихода Красной Армии. И если у вас действительно предатель завелся, то сами понимаете, под какую угрозу вся бригада поставлена, да и над вашим отрядом нависла серьезная опасность. Посты выставляете?

— Конечно. И на дальних, и на ближних подступах.

— Что предприняли, чтобы проверить новое пополнение отряда?

Тамков подробно рассказал о положении в отряде, а Славин сообщил о своих подозрениях. Лапко внимательно слушал, изредка поглядывал на лежавшую на столе карту, потом задумчиво потер подбородок:

— Да, что-то надо придумать.

— А что тут думать! — Славин встал со своего места. — Давайте направим группу на новое задание, включим в нее Дубасина и Сухоту, а потом посмотрим, снимут ли немцы наши мины.

Лапко и Тамков переглянулись. Славин понял, что его предложение совпадает с мнением начальства.

— Хорошо! — хлопнул рукой по столу Лапко. — Будем готовить операцию.

На следующий день Тамков собрал в землянке двенадцать бойцов, среди которых были и подозреваемые, и начал разговор:

— Товарищи! Представляю вам товарища Лапко, начальника штаба нашей бригады. Он прибыл, чтобы вместе с вами участвовать в очень важной операции.

Поднялся Лапко:

— Командование бригады решило провести в этом районе операцию против трех фашистских гарнизонов. Вам приказано усилить диверсионную деятельность на дороге. Что для этого нужно? — начальник штаба обвел взглядом присутствующих. — Немцы привыкли к тому, что дорога минируется только там, где она проходит через лес. Надо полагать, это обстоятельство заметили и вы. Так вот, на сей раз будем минировать ее прямо в поле, в этом месте, — Лапко ткнул пальцем в карту. — Здесь, как видите, дорога идет прямо, по самой высокой насыпи, а машины пробегают на больших скоростях. Мины поставим в четырех местах. Расстояние между ними примерно по двадцать метров. Подрывать будем с помощью магнето, я привез их вместе с минами. Вас двенадцать человек — по три человека на одно минирование. Ваша задача — действовать только тогда, когда появится автоколонна. Причем взрывы нужно производить в таком порядке: первый — в хвосте колонны, а последний — в голове. Необходимо, чтобы все мины сработали во время движения машин. Мы рассчитываем, что после диверсии часть охраны с большого моста будет брошена к месту происшествия. Этим воспользуется группа, которую возглавляю я. Мы атакуем оставшихся у моста гитлеровцев, уничтожим мост, что позволит надолго прекратить движение техники. Завершив операцию, все уйдем с этой базы к месту новой дислокации отряда.

Затем Лапко стал инструктировать подробно каждую тройку.

Славин был назначен старшим группы, куда вошел и Сухота. Руководство группой, где находился Дубасин, поручалось Панченкову. Антошин и Бартошик возглавляли две остальные группы.

Бойцы разошлись. Лапко и Тамков оставили только командиров групп. Лапко подождал, пока Андрей Леонтьевич плотно прикроет дверь, вернулся к столу и сказал:

— Братцы, о том, что вы сейчас услышите, никому ни слова. Слышите — никому. Я привез мины с «сюрпризом». Когда немцы начнут их снимать, они будут взрываться. Поэтому закладывать будете вы сами и никому их не показывайте.

Тамков положил на стол одну мину, а Лапко подробно рассказал, как надо ее устанавливать.

— Ясно? — спросил начальник штаба, отодвинув в сторону взрывное устройство.

Все согласно закивали головами.

— Тогда расходитесь. Славин и Панченков, останьтесь на пару минут.

Антошин и Бартошик вышли. Лапко присел на лавку:

— Вам, хлопцы, особое задание: с этой минуты ты, Панченков, не спускай глаз с Дубасина, а ты, Славин, — с Сухоты. Кто-то из них отпросится перед операцией сходить домой. Вы должны осторожно следовать за ними и выяснить, где они побывают, с кем встретятся.

Владимир и Сергей вышли.

Лапко поднялся с лавки, подошел к столу:

— Ну, а теперь давай и мы с тобой обмозгуем наши действия. Тебе надо послать группу из трех-четырех человек к мосту, о котором мы говорили бойцам. Пусть после взрыва обстреляют охрану, но в бой не вступают. Я со своими ребятами прикрою наших минеров. А ты собирай всех оставшихся людей, их наберется, по-моему, человек сорок.

— Сорок шесть, — уточнил Тамков.

— Еще лучше. И двигай вот к этому мосту, — Лапко показал указательным пальцем условный знак на карте. — До него пятнадцать километров. Надо во что бы то ни стало его взорвать. Берега там высокие, и работа по восстановлению затянется надолго.

— Ясно. Скажи, где мы встретимся?

— Сюда возвращаться нельзя. Если немцы подослали осведомителя, то он, по всей вероятности, уже успел сообщить и о месте нахождения базы. Немцы, узнав, что после операции мы собираемся покинуть эти места, конечно, бросят сюда свои силы.

— Хорошо, я еще успею предупредить людей.

Лапко, одобрительно кивнув головой, спросил:

— Интересно, сработает наша ловушка?

— Потерпи, скоро узнаем...

Ночь выдалась на редкость ненастной. По верхушкам деревьев гулял ветер, свирепствовала метель. Снег слепил глаза. Славин с трудом различал фигуру идущего впереди человека. Хоть и неприятна такая погода, но она была для Славина верной помощницей. Сухота не видел Владимира, не слышал его шагов. Еще вечером он отпросился у Тамкова навестить жену, попрощаться с ней. Причина оказалась весьма уважительной. Ведь отряду предстоял неблизкий, изнурительный путь, и поди узнай, когда представится возможность побывать дома.

72
{"b":"6064","o":1}