ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Здесь речь идет о ядерной войне, а она, как известно, самоубийство человечества… Поэтому ПЛАРБ – оружие ядерного сдерживания.

Естественно, выявление районов патрулирования ПЛАРБ, проникновение в эти районы, обнаружение и слежение за ПЛАРБ является прямым подтверждением агрессивности в намерениях противной стороны…

С появлением высокоточных крылатых ракет, способных транспортировать заряд обычного ВВ массой более 350 кг на расстояние более 1500 км при точности подрыва заряда менее 5 метров от цели, при нападении на противника, неизбежность ядерной войны отодвинулась. Современные крылатые ракеты обладают малозаметностью, летят на высотах 10—50 м и практически не сбиваемы ПВО противника.

С принятием крылатых ракет (КР) «Томагавк» на вооружение у США появилась возможность развязывания так называемой «обычной войны» с любым противником, так как гарантировалось уничтожение его систем управления, ПВО и ракетно-ядерных вооружений, способных к ответному удару, до приведения их в действие. То есть у США появилась реальная возможность диктовать свою волю, не опасаясь использования ядерного оружия по американской территории в качестве ответных действий.

После размещения этих КР на АПЛ так называемые многоцелевые (большей частью противолодочные) АПЛ изменили свой статут и превратились в вид стратегического оружия нападения.

Например, группировка из 20 АПЛ типа «Лос-Анджелес» (а группировка АПЛ на Атлантике может быть большей по численности), каждая из которых имеет на борту 12 крылатых ракет «томагавк», способна с акваторий Баренцева и Норвежского морей поразить 240 целей (системы ПВО, пусковые позиции МБР, аэродромы стратегической авиации, командные пункты, узлы связи, телерадиокоммуникации) на территории европейской части РФ. Аналогичная по составу группировка АПЛ может действовать со стороны Тихого океана…

Как проходила отработка применения этих АПЛ, мы видели в 1990 году в Ираке и в 1999 году в Югославии…

Этот краткий обзор содержит в себе ответ на вопрос, который постоянно задают приверженцы «танковой» стратегии: зачем флот России?!

Последние 10 лет мы прожили под завывания доморощенных шаманов о миролюбии мировой цивилизации, под бездумно безудержное разоружение и криминально организованную конверсию. Однако никто не спросил: а зачем, собственно, бомбили Югославию? Для чего был развязан в Косово албанский (читай, мусульманский) геноцид? Для чего рассыпали над Косово обедненный уран?

Не наивно ли путать мировую культуру, цивилизацию и действующих американских политиков и военных (да и европейских тоже)?.. Но об этом отдельный разговор.

Почему никто не спрашивает, что делают в Баренцевом море постоянно 2-3 АПЛ «Лос-Анджелес»? Сейчас, в данный момент, там находятся, когда Россия никому не угрожает и угрожать не может?!

Все сказанное выше только подтверждает мысль о том, что от заявлений о миролюбии до цивилизованного миролюбия большие дистанции…

Один из уроков трагедии «Курска» состоит в том, что наглядно продемонстрировано несоответствие действующих международно-правовых норм – границ правового поля – реальной опасности для человечества, возникающей из-за используемых способов применения АПЛ.

Это несоответствие активно поддерживается теми, кто хочет разговаривать со всем миром, и в том числе с Россией, с позиции силы.

В самом деле. Международные правила предупреждения столкновений судов МППСС-72 существуют и совершенствуются в течение как минимум пяти десятилетий. Ими пользуются на море все корабли и суда, всех стран… однако относительно ПЛ они распространяются только в период их плавания в надводном положении.

Тогда, очевидно, требуется выработать и установить новые международные нормы! В эти нормы, по направлению «Безопасность АПЛ», было бы целесообразно внести три-четыре пункта:

• подводные лодки всех стран в мирное время были бы обязаны совершать только надводные переходы в районы боевой подготовки и патрулирования с обязательным эскортированием (сопровождением);

• районы боевой подготовки и патрулирования подводных лодок выбирались бы на континентальном шельфе с глубинами менее предельных глубин погружения ПЛ; такие районы должны прилегать к территориальным водам государства флага ПЛ;

• в районах боевой подготовки и патрулирования ПЛ было бы запрещено свободное мореплавание, рыболовство, добыча полезных ископаемых и морепродуктов;

• при столкновении с другой АПЛ или любом другом навигационном происшествии, связанном со столкновениями, навалами, попаданием АПЛ в орудия лова рыбы… участники происшествия обязаны всплыть в надводное положение с последующим обязательным разбором случившегося и оформлением установленных международных процедур.

При такой постановке вопросов, были бы исключены: подводные столкновения и столкновения ПЛ с рыболовными судами и морскими промышленными объектами; провалы ПЛ на глубины более чем предельные; внезапное нападение и всяческое пиратство с применением ПЛ; одновременно АПЛ сохраняли бы свое основное качество – «скрытность» – как оружие ядерного сдерживания на период патрулирования; в миролюбивость подписантов такого соглашения можно было бы верить и наоборот…

Еще один аспект урока трагедии «Курска».

3. Недостатки нынешних АПЛ. Облик АПЛ XXI века.

За полвека атомного подводного кораблестроения в истекшем столетии все 50 лет АПЛ проектировалась как корабль, который должен был вести морской подводный бой с ПЛ противника. Основным оружием, которым может быть поражена АПЛ, считалась торпеда (управляемая по проводам (управление торпедой по данным шумопеленгования АПЛ) и самонаводящаяся (на шумы АПЛ) на последнем участке траектории) или мина (в состав которой входит та же торпеда).

Проектанту было очевидно, что взрыв торпеды, в случае неблагополучного развития боя, произойдет в районе гребных винтов или кормовых отсеков. В результате взрыва АПЛ останется без хода. Погибнет личный состав кормовых отсеков. Но большая часть экипажа (более 85%, если АПЛ не провалится на глубину более предельной) уцелеет и сможет спастись, используя всплывающую камеру…

Исходя из этой схемы, организовывалось размещение боевых постов по отсекам, формировались места проживания и общего пользования личного состава, определялась требуемая эффективность и организовывалось размещение коллективных и индивидуальных средств спасения…

Однако, к счастью для нас, живущих, ни одна АПЛ за всю историю ХХ века в подобном морском бою не оказалась.

Опыт эксплуатации АПЛ в ХХ веке показал, что основную угрозу для них представляют столкновения с ПЛ, столкновения с надводными кораблями (НК), навигационные аварии, пожары, аварии технических средств, аварии с оружием.

Следовательно, необходимо кардинально пересмотреть подходы к проектированию АПЛ и в дальнейшем рассматривать этот процесс как проектирование оружия сдерживания, обеспечивая безопасность АПЛ адекватно имеемым угрозам мирного времени.

При этом, с учетом высокой опасности для человечества в целом, которую представляют катастрофы АПЛ, требования к проектированию и эксплуатации АПЛ также было бы целесообразно согласовать и утвердить на международном уровне.

Можно попытаться сформулировать предварительный эскиз таких требований. Например:

3.1. Каждая АПЛ должна иметь три отсека убежища, равномерно разнесенных по длине АПЛ, рассчитанных на давление, соответствующее предельной глубине погружения ПЛ. Каждый отсек – убежище:

А) Должен быть оборудован:

• КСВ (камерой спасательной всплывающей);

• АСБ (аварийно-сигнальным буем);

• АСЛ (аварийно-спасательным люком);

• выгородками ЭПРОН (системами для подачи на подводную лодку от спасательных средств воздуха для дыхания и воздуха для продувания балластных цистерн и создания противодавления в аварийных отсеках, то есть для проведения работ по подъему затонувшей ПЛ экспедицией подводных работ особого назначения);

• системами ЗПС (звукоподводной связи);

• аварийно-сигнальной гидроакустической станцией для наведения сил поиска на затонувшую ПЛ;

64
{"b":"6068","o":1}