ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В напарники-загонщики капитан пригласил Плахова и Дукалиса — первого потому, что Виктор тогда недавно только пришел работать в ментовку и еще не до конца утратил способность координировать свои движения, второго — по причине наличия большой физической силы и массы тела.

Плахову был обещан один из кошачьих окороков, Дукалису — голова и вся требуха, из которых тот собирался сварить суп — две сырые картофелины и сморщенная свекла, выкраденные из сумки старушки-заявительницы, ждали своего часа у него в карманах.

Казанова, как инициатор плана и его мозговой центр, получал все остальные части тушки.

Ловля кота была разделена на три этапа — приманивание, отвлечение внимания и непосредственно убийство. Метод проведения мероприятия Казанцев почерпнул из газетной статьи о киллерах, замочивших несколько лет назад депутатшу Госдумы. Правда, у кота с собой вряд ли были бы несколько сот тысяч долларов, однако на плане сие не сказывалось.

От стрельбы по жертве из табельного оружия отказались сразу — слишком шумно и привлечет ненужное внимание со стороны не менее голодных коллег.

Решено было уконтрапупить кошака тяжелым тупым предметом.

Плахов и Казанова с трудом взгромоздили на шкаф стокилограмового Дукалиса, полностью отвечавшего вышеуказанным характеристикам, сунули ему в руки «резиновое изделие номер один» и приказали затаить дыхание и ждать.

Свет, разумеется, выключили.

Кошак, привлеченный зазывалой Казанцевым, должен был зайти в полуоткрытую дверь кабинета, а спрятавшийся за ней Плахов — мгновенно ее захлопнуть. После чего сверху коршуном падал Дукалис с дубинкой и гасил покрытый короткой серой шерстью кусок мяса.

Простенько и со вкусом…

Плахов встал за дверь и затаил дыхание, Казанова же вышел в коридор и стал звать кота.

На пришептывания оперативника «Киса! Киса!» ему в тыл, однако, вышел не гроза грызунов , а майор Чердынцев, одиноко бродивший по пустому РУВД в поисках чего-нибудь съесного. Мгновенно решив, что у Казанцева есть молоко, коим он собирается напоить кота, дежурный гулко сглотнул, на цыпочках пробрался вдоль стены за спиной капитана до его кабинета, согнулся в три погибели и юркнул в приоткрытую дверь.

Плахов, заметивший мелькнувшую тень, толкнул филенку плечом, и тут же с покачнувшегося шкафа прыгнул Дукалис, в последнюю секунду удивившийся некоторому несоответствию габаритов кошака и сунувшейся под его удар жертвы. Но решил, что хитроумному Казанове удалось приманить животное покрупнее, типа обитающего в лесах Ленинградской области дикого кабанчика, и радостно, от души стукнул дубинкой…

* * *

Услышавший грохот захлопнувшейся двери и боевой клич друга Толяна капитан удивленно обернулся.

В кабинете что-то загрохотало, тоненько взвизгнул Плахов, задетый по уху концом длинной резиновой палки, нечто тяжелое пробежало от дверного проема до подоконника, хрустнул разламывающийся стул, с металлическим звоном попадали сложенные в углу стволы ржавых трехлинеек[5] и старые противопехотные гранаты на длинных ручках, недавно изъятые у задержанных «черных следопытов»[6], кто-то дико заорал голосом майора Чердынцева, звонко лопнуло выбитое оконное стекло и всё стихло.

* * *

Дукалис упал точно на спину майору, огрел того дубинкой и вцепился в его не по уставу длинную шевелюру, оседлав жертву как необъезженного скакуна.

Чердынцев, меньше всего ожидавший нападения сверху, взревел и, не разбирая дороги, метнулся вперед, по пути своротив стул, стол, обогреватель и батарею приготовленных к сдаче пустых бутылок. Груз на его спине мычал и охаживал несчастного дежурного «демократизатором» по многострадальной печени.

Майор запнулся о железяку из развалившейся пирамиды останков оружия, не удержал равновесия и головой вперед полетел в окно, успев отметить, сколь низок подоконник в кабинете Казановы…

Тонкое и давно немытое стекло не могло послужить серьезным препятствием Чердынцеву, отягощенному Дукалисом. Во все стороны брызнули осколки и два разомкнувшихся наконец тела — одно, облаченное в сине-серый китель, другое — в джинсы и бордовой свитер крупной вязки — широко расставив руки, с протяжным утробным воем, словно подбитые «мессершмидты», спикировали головами вниз с третьего этажа РУВД в огромный сугроб у крыльца.

На этом неприятности не закончились.

Одна из гранат, запал из которой так никто и не выкрутил — подумали, что запальная трубка сама давно истлела, — докатилась до упавшего набок обогревателя, ткнулась в раскаленную до красноты спираль, тротил потек, порох в запальной трубке вспыхнул и древний метательный снаряд бабахнул как положено, заставив сдетонировать все остальные.

На счастье рыдавшего в углу Плахова, металл оболочек у пролежавших в земле более полувека гранат превратился в труху, так что осколков при взрыве практически не было. Однако ударная волна прокатилась по кабинету ничуть не меньшая, чем от новеньких боеприпасов. Плахова швырнуло под шкаф, ему в копчик плашмя врезалась сорванная с тумб тяжелая столешница, а оконную раму забросило на противоположную сторону улицы. Над сугробами и тротуаром закружились обрывки бумаг из папок с розыскными делами.

Дверь в коридор выбило с такой силой, что стоявшей за ней Казанцев улетел в кабинет напротив.

Естественно, начался еще и пожар…

Прибывшие на двух красных машинах огнеборцы извлекли из сугроба Чердынцева и Дукалиса, выволокли на свежий воздух надышавшегося дымом Плахова и привели в чувство валявшегося без сознания Казанову, который тут же поведал пожарникам и примчавшемуся в РУВД Петренко, что он и его товарищи стали жертвой покушения со стороны бандитов, чьи дела они в последние дни расследовали. А все бумаги и вещественные доказательства сгорели, так что теперь работу по изобличению преступной группы придется начинать по-новой.

Николай Александрович ни одному слову капитана не поверил, справедливо предположив, что взрыв и пожар стали следствием какого-то очередного пьяного идиотизма. Но прилюдно уличать Казанову во лжи он не стал, дабы окончательно не ронять и так уже изрядно упавший престиж МВД в глазах собравшихся зевак. Покивав для приличия и выразив соболезнования капитану, Петренко убыл, а изрядно приукрашенная история о неудавшейся расправе криминалитета над честными ментами стала городской сенсацией и продержалась на первых полосах газет целых три дня, после чего уступила место очередному скандалу с пойманным в наркопритоне депутатом Законодательного собрания Вислоусовым.

* * *

Но Казанова не был бы Казановой, если бы так легко, после первой же неудачи, отказался от плана пустить котяру на фарш.

Вторая попытка изловить зверька была предпринята им буквально на следующий день.

Ночь капитан думал, а ранним утром навестил близлежащий магазин «Охота и рыболовство», разбудил сторожа, заставил того отпереть двери и взял со склада на время, якобы для следственного эксперимента, две дюжины капканов, которые равномерно и по возможности незаметно расставил по всем закоулкам здания РУВД.

По количественному показателю улов превзошел все ожидания.

В капканы попались три дознавателя, Рогов, Петренко, сам Казанова, с десяток вызванных для допросов граждан, начальник паспортного стола и прибывший с инспекционными целями полковник из ГУВД. Громче всех орал проверяющий. Это и понятно — полковнику повезло больше других, он нарвался на единственный «медвежий» капкан, размещенный под крышкой унитаза в туалете для начальства.

Полдня из здания районного управления милиции доносились громкие щелчки смыкающихся металлических челюстей, многоэтажные матюги и звон цепей, которыми охотничий инвентарь был накрепко примотан к трубам парового отопления.

Хитроумный кот, правда, ни в одну из ловушек так и не угодил.

Под вечер охающие пострадавшие из числа сотрудников, возглавляемые проверяющим с заклеенной задницей, собрались вместе, быстро вычислили инициатора случившегося безобразия, доковыляли до закопченого и разгромленного кабинета Казановы, избили капитана до полусмерти и предупредили о том, что, если подобное повторится, оперу лучше застрелиться самому.

вернуться

5

Трехлинейка — винтовка Мосина образца 1898 года.

вернуться

6

Черные следопыты — граждане, выкапывающие оружие на местах боев.

3
{"b":"6075","o":1}