ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вы знаете, — честно признался полковник, — я ничего не понял из того, что вы сейчас говорили. Для меня слова «яблонька» и все остальное — темный лес. Если возможно, объясните на уровне средней школы.

— Да пожалуйста! — Самуил Маркович отложил ксерокопию. — «Яблонька» — это кодовое обозначение данной модификации заряда, принятое в документации примерно в семидесятом году. Расчетная мощность — сто пятьдесят килотонн. Урановый сердечник стабилизирован ниобием и заключен в сферу из бериллия и вольфрамовую рубашку. Крепления к носителю стандартные. То есть боеголовку можно использовать как при наземном шахтном базировании, так и при морском и воздушном. Пять степеней защиты от произвольного срабатывания... От механических до электронных. Сама начинка разделена на шесть частей, вступающих во взаимодействие под влиянием взрывчатки со скоростью внутренней детонации свыше двенадцати тысяч метров в секунду. От «красной ртути» отказались, чтобы сделать начинку более долговечной. Боеголовка крайне надежна по причине собственной примитивности...

— Стоп! — улыбнулся гость. — «Красная ртуть» — это вещество, усиливающее термоядерный взрыв?

— Молодой человек! — эксперт сдвинул очки на лоб. — Во первых, мы с вами беседуем об атомном, а не термоядерном устройстве. Есть, знаете ли, разница... И второе — молодые гои, пытающиеся торговать ртутью красного цвета с плотностью двадцать граммов на кубический сантиметр, демонстрируют вопиющую безграмотность. Нет такого вещества в природе и никогда не существовало! Это чушь! «Красной ртутью» — во все времена называли оружейный плутоний. Просто об этом мало кому было известно... Все так называемые «продажи красной ртути» — аферы. Когда я читал посвященные данной теме статейки в газетах, я очень смеялся. И больше всего — над чиновниками, которые подписывали квоты продаж.

— Ага, понял, — кивнул Секретарь Совбеза.

— Пойдем дальше... Та спецификация, что вы мне показали, скорее всего относится либо к системе «Радуга», либо к «Маятнику».

— О «Радуге» я слышал...

— Что слышали? — хитро прищурился Самуил Маркович.

— Программа космического размещения.

— Верно. Значит, знаете о системе. — Эксперт не стал дальше развивать тему, а полковник не спросил, более заинтересованный впервые упомянутым «Маятником». Судьба спутника КН 710 так и осталась невыясненной. Самуил Маркович пребывал в уверенности, что управление системой «Радуга» находится под полным контролем специального подразделения. Иного представить себе он не мог. — Хорошо...

— О «Маятнике» можно подробнее?

— Конечно. Ваш допуск вполне позволяет... Итак. Система «Маятник» — это размешенные на территориях сопредельных ныне республик законсервированные шахты с ядерным оружием. Судя по представленному вами документу, восемь зарядов именно из этой серии.

— Каких республик? — изумился Секретарь Совбеза.

— Беларуси, Украины, Казахстана и Армении, — спокойно ответил эксперт. — По восемь десять шахт. Приведение в боевую готовность занимает менее суток. Где конкретно расположены объекты — извините, не в курсе.

Полковник потер виски.

— Вы уверены?!

— Абсолютно, — теперь пришла очередь удивляться восьмидесятилетнему атомнику. — А вы что, потеряли над ними контроль?

— Мне об этом ничего не известно, — Секретарь Совбеза взял себя в руки. — Думаю, что нет.

— Так вы думаете или вы точно знаете? — строго спросил Самуил Маркович.

В десять семнадцать Владислав проявил первые признаки нетерпения.

Он внимательно осмотрел почти пустую улицу, припаркованные у ресторана автомобили, группу курящих на углу молодых людей.

Вроде всё спокойно.

За окнами кабака жизнь тоже текла без изменений — музыка, гул голосов, стелящийся по залу табачный дым, официанты с подносами, мягкий свет ламп. В течение последнего получаса в гостеприимно распахнутые двери зашло трое новых посетителей. А вышел только один — пузатый горец в черном костюме и белоснежной рубашке без галстука, севший в роскошный «Infiniti Q45t» серо стального цвета и неторопливо укативший по каким то своим делам. Номер седана Рокотов черкнул на висевшем по центру приборной доски листе блокнота.

Азад не появлялся.

В десять двадцать пять биолог антитеррорист выложил все из карманов, оставив лишь деньги в сумме двухсот рублей, запер джип на секретный, открывающийся без ключа замок и переступил порог ресторана.

На нового посетителя никто не обратил ровным счетом никакого внимания.

Рокотов приблизился к стойке, уселся на банкетку и бросил перед собой сотню, внимательно оглядывая боковым зрением зал.

— "Мальборо" и стаканчик сока...

— Какого именно? — вежливо склонился вышколенный бармен с узким, как бритва, лицом и плотно прижатыми к черепу деформированными ушами.

«Борец, — автоматически отметил Влад, — средний вес, вольник или классика...»

— Апельсин есть?

— Да.

— Тогда его... — Уже не скрываясь, Рокотов посмотрел в зал.

Азада за столиками не наблюдалось.

— Кого то ждете? — напряженно спросил бармен.

Оп па! Что у него с голосом?

— Нет, — биолог повернулся к стойке и положил локти на полированное дерево, — просто смотрю... Из горячего что есть?

— Шашлык, люля, котлеты по киевски, — затараторил бармен, явно стараясь потоком слов отвлечь посетителя от прозвучавшего пять секунд назад вопроса, — отличная соляночка. Из рыбного — осетрина и форель...

— Форель — это хорошо. — Влад из под опущенных ресниц посмотрел на своего визави, делая вид, что поглощен освобождением пачки «Мальборо» от липнущей к пальцам полиэтиленовой пленки.

Бармен бросил взгляд куда то за спину Рокотова и еле заметно подмигнул, невидимому соплеменнику.

«Интересно, где мой черножопый друг и что здесь, собственно, происходит?..»

— Давайте форель, — после недолгого раздумья «решился» Влад. — Где здесь руки моют?

— Туалет справа в конце зала, — опять почему то напрягся бармен.

«Дурдом какой то!»

Биолог не торопясь прошел вдоль стойки, распахнул выкрашенную в веселенький желтый цвет дверку и зашел в сияющее надраенным кафелем Г образное помещение.

Никого.

Рокотов миновал кабинки, свернул к писсуарам и остановился.

У дальней стены, вытянувшись в струнку и прижимая к груди руки, лежал Вестибюль оглы.

Мертвые, широко открытые глаза безучастно смотрели в потолок.

Из подреберья торчала деревянная рукоять.

Крови почти не было. Один профессиональный удар под углом снизу вверх разрубил сердечную мышцу маленького, но мужественного азербайджанца. Азад умер мгновенно.

Владислав почувствовал, как у него похолодело лицо.

Кулаки у Азада были конвульсивно сжать.

Сзади грохнула распахнувшаяся дверь.

Бежать было поздно.

Да и некуда — в туалетной комнате окон не предусмотрели.

— Стоять! — рявкнул детина в синей милицейской форме, направив в живот Рокотову дуло короткого автомата и пропуская мимо себя двух сержантов с пистолетами в вытянутых по американской полицейской моде руках.

Влад послушно поднял руки вверх и застыл, изобразив на лице полное непонимание происходящего...

Глава 8

У! А! КАЗАЧОК!

Владиславу грубо закрутили за спину руки, накинули на запястья стальные дуги милицейских «браслетов», для профилактики дали по шее, выволокли к припаркованному у центрального входа патрульному автомобилю и запихнули в зарешеченное отделение, сопровождая свои действия непременным матом и обдавая биолога густым перегаром.

За полторы две секунды Рокотов прокачал ситуацию, определил принадлежность ворвавшихся в туалет к рядам сотрудников органов и потому не сопротивлялся. Вел себя как любой нормальный человек, оказавшийся в таком положении — испуганно и нервно.

Группу захвата явно использовали втемную.

Кто то заранее позвонил в местное отделение и сообщил о поножовщине в ресторане. Расчет примитивный, но верный. Вслед за разведчиком на объект должен был явиться и основной персонаж. Противник приблизительно взял получасовой тайм аут и попал в точку. Можно было не сомневаться, что уже завтра утром найдутся несколько свидетелей, которые однозначно опознают Влада как человека, поссорившегося с убитым за пару минут до происшествия и предложившего тому «выйти разобраться».

31
{"b":"6078","o":1}