ЛитМир - Электронная Библиотека

— Наш албанский друг что то недоговаривает. И данные радиоперехвата его слов не подтверждают. Разведка не установила никакого усиления активности в радиообмене между сербскими подразделениями в том районе. Всё как обычно...

— Сербы еще могут не знать о случившемся.

— Прошли уже сутки, — фыркнул Бергер. — Это маловероятно.

— Получается, Тачи нам солгал?

— Возможно... Или их успехи гораздо скромнее. Уничтожат моторизованный патруль сербов, а вопят о двух полках.

Президент помрачнел. Советник по национальной безопасности умел портить настроение.

— Тогда как нам реагировать?

— А никак, — Бергер отхлебнул чаю. — Формально это дело косоваров. Пусть радуются своим успехам. Наши подразделения в сухопутных боях пока не участвуют. Выкажите поддержку освободительной борьбе, подбросьте албанцам немного вооружения и этим ограничьтесь. К тому же мы всё увидим на месте, когда наш контингент войдет в Косово.

— Что с переговорами «Тэлбот русские»?

— Со скрипом, но движутся в правильном направлении. Спецпредставитель Бориса выставил нам условия по сохранности своих счетов у нас и в Европе. Думаю, нам стоит согласиться.

— У него большие суммы?

— Так он же был русским премьером, — усмехнулся Бергер. — Около полутора миллиардов. И деньги продолжают капать. Немного, по десять двадцать миллионов в месяц, но все же...

— Какой наш банк в этом участвует?

— "Чейз Манхэттен". По нашей рекомендации русский вывел деньги со счетов «Бони»[42].

— Он выполнит договоренности?

— Несомненно. Милошевич уже практически сдался. Остаются последние штрихи.

— А Борис?

— У Бориса сейчас своих проблем по горло, — советник по национальной безопасности поставил стакан на стол, — после импичмента он деморализован. Занимается кадровыми перестановками и обращает минимум внимания на балканскую проблему.

— Что ж, это нам на руку. Мадам Олбрайт мне докладывала, что Кавказ начинает лихорадить.

Бергер не любил старую жирную жабу, закрепившуюся на посту Госсекретаря, но отдавал должное ее талантам.

— Возможно... Более определенно будет видно примерно через две недели. Наши источники сообщают, что мистер Масхадов готовит широкомасштабное наступление в восточном направлении.

— Русским это известно?

— Естественно. У них, как и у нас, есть разведка... Но Борис не готов к решительным действиям. Новый премьер тоже.

— Мы можем как то повлиять на развитие ситуации?

— Только опосредованно. Я считаю, что с самого начала столкновений чеченцев с регулярной русской армией нам надо сделать упор на гуманитарный аспект. Обращение с военнопленными, нарушения гражданских прав, бомбардировки мирных поселений... Русское Косово, одним словом. Президент Грузии в обмен на транзит каспийской нефти обещал всемерную поддержку. Для него это единственный шанс сохранить власть. Без трехсот миллионов до конца нынешнего года Грузия окажется банкротом.

— В Стамбуле мы подпишем договор, — кивнул Президент.

— Тогда проблема снимается. Одновременно надо поднажать на Международный Валютный Фонд, чтобы активизировать взыскание русских долгов. Камдессю немного упирается, но это традиционное нежелание Франции ссориться с Россией. Им нужен противовес Германии в Европе. — Бергер высморкался. — Хотя с Ведрином[43]нам повезло...

— Да, с ним проблем не возникает, — согласился Президент. — Жаль, что не удается пока договориться с немцами...

— Менталитет такой, — советник по национальной безопасности склонил голову, — имперские традиции. Однако хочу отметить, что новое правительство удачнее предыдущего. Деньги потрачены не зря...

Падение назад вместе со стулом, несмотря на кажущуюся простоту исполнения, требует специальной подготовки. Дилетант либо разобьет себе затылок об пол, либо свернет шейные позвонки, либо повредит спину. Мало держать голову наклоненной вперед, надо еще уметь падать, распределяя вес туловища равномерно.

Влад падать умел, отдав тренировкам не одну неделю.

Когда мутноглазый Гена взмахнул кулаком, биолог оттолкнулся правой ногой и опрокинулся, втянув голову в плечи и одновременно заваливаясь набок.

Оперативник, естественно, промазал, не удержал равновесие и подставил голову под маховый удар левой ноги задержанного.

Хряп!

Квадратный носок ботинка своротил милиционеру челюсть и раздробил скулу. Гена без сознания рухнул на пол.

Рокотов крутанулся на руках, как танцор брейка, вышел под широко расставленные ноги коллеги капитана Яичко, развернулся на полный оборот, зацепив ступнями лодыжки дознавателя, и раскрутил его тело, как веретено, в полуметре от пола. Несчастный тоненько завизжал и покатился в угол кабинета, по пути дважды врезавшись головой в тумбу стола и в сейф. Там и затих.

Яичко открыл рот, но моментально оказался скручен и прижат спиной к гладкой столешнице,

— Повеселились? — зрачки у Владистава сузились в две черные точки. — Теперь моя очередь.

Капитан захрипел.

Сопротивление сотруднику милиции в его собственном кабинете — случай из ряда вон выходящий. После этого у задержанного есть только один выход. Коллеги избитого не прощают покушения на сотоварищей и обычно забивают наглеца до инвалидности. Или до смерти, это кому как повезет.

Яичко похолодел.

Рокотов чуть чуть ослабил давление ладони на горло дознавателя.

— Говоришь тихо, быстро и по существу. Понял?

— Да, гражданин Борбикю, — выдохнул милиционер, не делая попыток сопротивляться.

Своя шкура дороже. Задержанный наглядно продемонстрировал, что он умеет. Яичко очень хотел жить. И жить полноценно, а не на больничной койке со сломанным позвоночником.

В голову дознавателя лезли всякие дурацкие мысли. Что это проверка Управления Собственной Безопасности ГУВД. Что задержанный — сотрудник спецподразделения Службы Охраны Президента, что все происходящее — отмщение Господне за издевательства, которым капитан подвергал десятки невиновных людей...

Влад повернул голову Яичко вправо, чтобы тот уперся взглядом в стену.

— Кто сообщил об убийстве?

— Позвонили в дежурную часть, — прохрипел дознаватель.

— Когда?

— В журнале есть запись. Я точно не знаю...

— Сколько времени обычно требуется патрульным, чтоб доехать?

— Минут пять...

— Почему арестовали именно меня?

— Вы там были...

— Ну и что? Там было еще три десятка человек.

— Бармен указал на вас.

— Ага! Это уже лучше... Что за глупости со складом ты тут мел?

— Это бумажка с места происшествия. Была в кулаке у убитого.

— Сколько человек внизу?

— Два или три...

«Достаточно. Больше он всё равно ничего не знает...»

Рокотов перехватил Яичко за шею и сжал. Секунду дознаватель подергался и потерял сознание.

Влад проверил у остальных двоих пульс и убедился, что милиционеры остались живы. Это радовало. Биолог не был настроен убивать стражей порядка, даже несмотря на то, что они были готовы его покалечить при выбивании признательных показаний. Хотя, если бы кто нибудь из них случайно скончался, Рокотов не стал бы расстраиваться. Ну, не повезло. На войне как на войне. Не он ее начал, и не ему печалиться о погибших. Стражи порядка сами поставили себя вне всякого закона, избивая задержанных, вымогая деньги и фальсифицируя уголовные дела. И ничем не отличались от «обслуживаемого контингента» из числа «отморозков», даже были хуже, ибо прикрывали свои грехи словами о «служении интересам государства» и действовали от имени этого самого государства.

Владислав засунул в карман брюк пластиковый мешочек с обрывком бумажки, нацепил валявшиеся на столе у Яичко кожаные перчатки и протер смоченной в одеколоне тряпкой все места, которых мог коснуться пальцами. Отпечатки у него пока не брали. Их снимают при помещении человека в районный ИВС[44], местные же отделения не обладают ни дактилоскопическими картами, ни краской.

вернуться

42

«Бони» — Банк оф Нью Йорк

вернуться

43

Юбер Ведрин — министр иностранных дел Франции, занимающий проамериканскую и социалистически правозащитную позиции. По неподтвержденным данным, н начале восьмидесятых годов был завербован резидентом Великобритании и передан на контакт американцам согласно договору о взаимопомощи между ЦРУ и Ми 6. Основа вербовки — финансовые нарушения и сокрытие доходов

вернуться

44

ИВС — изолятор временного содержания, где задержанный может находиться не более трех суток (в исключительных случаях — до 10 суток). По истечении срока подозреваемому обязаны предъявить обвинение и вынести одно из трех решении: арестовать и отправить в СИЗО (следственный изолятор); взять подписку о невыезде; освободить без предъявления обвинения. ИВС обычно располагается в здании РУВД

35
{"b":"6078","o":1}