ЛитМир - Электронная Библиотека

— Детский лепет, блин... — раздраженно пробормотал Димон. — Изнутри загнули и думают, что так надежно.

— Ты закончил?

— Угу... Заходим.

Проскользнув в узкую щель, взломщики остановились.

— И что дальше?

Лучи фонариков осветили штабеля ящиков аж до самого потолка.

— Как и в предыдущем случае, — Влад провел световое пятно вдоль стены, — ищем подходящий по размеру контейнер.

— А чо его искать? Вот он, — Димон указал на стоящий слева куб с гранями в три метра.

— Ломай запоры, а я обегу склад, — решил Рокотов, — проверю остальную площадь. Без меня внутрь не лезь. И проверь дозиметром.

— Лады, — здоровяк двинулся к контейнеру.

Биолог быстро прошел по узким проходам между штабелями до дальней стены и так же быстро вернулся.

Остальные ящики по размерам никак не могли содержать в себе боеголовку. Был еще один контейнер, но открытый и наполовину забитый коробками с бельгийской тушенкой. Влад вытащил из его нутра пару упаковок и убедился, что под ними ничего не скрывается.

У железного куба стоял озадаченный Чернов.

— Tсc! — Журналист приложил палец к губам. — Там кто то есть...

— В каком смысле? — шепнул Рокотов.

— Шуршит...

— Может, крыса?

— Нет. Что то немаленькое.

— Твои предложения?

— Встань сюда и возьми дверь на мушку. Я срываю замок и ухожу в сторону.

— Понял. — Биолог поднял автомат.

Гоблин поднатужился, выбил стопор, дернул на себя дверь и откатился назад, тут же направив свой АКСУ в проем.

В контейнере что то зашевелилось и замычало.

Что то продолговатое, перевязанное веревкой и небрежно брошенное на упаковочную стружку.

— Блин, человек! — Чернов метнулся к распахнутой двери и посветил фонариком.

На полу контейнера ворочался толстячок в рваном костюме тройке, рот у него был заклеен скотчем. Полоса липкой ленты несколько раз обвивала голову.

— Шизанись! — Влад оттолкнул Димона и склонился над пленником. — Спокойно, мужик... Главное — не ори. Мы тебе ничего плохого не сделаем.

Толстяк бешено завращал выпученными слезящимися глазами.

— Барыга, — Чернов чмокнул губами, — в заложниках дня три. Пытать еще не начали. — Пленник попытался сесть.

— Похитители — идиоты, — констатировал Рокотов, достав из нагрудного кармана скальпель в кожаном футляре. — С пластырем на роже человека можно держать не больше шести часов. Иначе есть опасность, что сдохнет. А этого оставили на ночь. — Несчастный бизнесмен застонал. Димон отметил для себя полезную информацию о правилах содержания заложников. Жизнь — штука непредсказуемая. И братанам будет невредно узнать, как беречь здоровьe пленников. А то действуют на глазок, без учета научных данных.

Он с уважением посмотрел на Влада. Биолог осторожно взрезал скотч и освободил губы толстячка.

— Не дергайся... И молчи. Сейчас я попробую снять изоленту сзади. — Рокотов покопался в аптечке и извлек пробирку.

Заложник разлепил губы и вдохнул полной грудью.

Тут же ему под нос был поднесен огромный кулак.

— Ты слышал, чо тебе сказали? — зловещим шепотом спросил Димон. — Вякнешь — задавлю.

Толстячок быстро закивал.

— Хорош башкой трясти! — разозлился Владислав. — Сиди смирно!

— Я только хотел поблагодарить... — захрипел пленник, горло которого сжала здоровенная пятерня.

— Тебе сказали — молчи! — Бизнесмен замер.

Рокотов полил скотч растворителем и быстрым движением сорвал ленту. Заложник зашипел от боли. Димон посветил ему в лицо.

— На Гильбовича похож, — сказал он. — Такая же жирная свинья...

— Знакомая фамилия. — Влад разрезал веревки и помассировал руки толстяка. — Не вставай еще минут пять. Растирай ноги и жди, пока лодыжкам не станет тепло... Гильбович — это журналист?

— Мудак он, а не журналист. — Чернов прислонился плечом к стенке контейнера. — Его главная идея — проложить по России автостраду на двадцать полос, а для ее охраны вокруг поставить войска НАТО.

Бывший пленник недоуменно перевел взгляд с одного своего освободителя на другого.

— Действительно не умно. — Рокотов спрятал скальпель. — А зачем вообще трасса?

— Торговый путь из Азии в Европу. Вроде Великого Шелкового...

— Морду за такие предложения бить надо.

— Уже...

Толстяк попытался встать, сморщился и принялся снова растирать ноги.

— Тихо! — Влад повернул голову и прищурился.

С улицы раздались голоса.

Много голосов.

И все они говорили не по русски.

— Туда! — Биолог вскочил на ноги. — Хватай этого — и за ящики!

Гоблин не стал ждать, пока заложник придет в себя, рывком поднял его за шиворот и перебросил тело через плечо. Толстячок затрепыхался.

— Бегом!

Димон в несколько прыжков преодолел открытое пространство и нырнул за ящики.

Рокотов попятился, направив ствол на дверь ангара.

У ворот раздался вопль, и створка поехала в сторону...

В семь тридцать утра Секретарь Совета Безопасности России переступил порог кабинета Верховного Главнокомандующего.

О необходимости встречи он сообщил Главе президентской Администрации вечером предыдущего дня и подчеркнул, что рандеву является срочным, чем ввел бородатого чиновника и состояние легкой паники.

Срочности Глава Администрации не любил.

Точнее сказать — боялся.

Ибо за каждой встречей Президента с приближенными чиновниками, которые по соображениям безопасности происходили в отсутствие Главы Администрации, вороватый профессор математики подозревал интригу в целях смешения его с хлебного и доходного поста.

Но отказать Секретарю Совбеза не посмел.

Невысокий полковник запаса был Главе Администрации не по зубам.

Чиновник, в отличие от подавляющего числа граждан России, прекрасно знал, что скрывается за внешне мягкими манерами Секретаря и какими делами тот занимался, будучи на должности начальника клуба офицеров в Западной Группе Войск.

Концерты, стенгазеты, митинги, собрания личного состава, духовой оркестр и прочее были камуфляжем. Нынешний полковник запаса, а тогда — просто майор, курировал вербовку западногерманских офицеров и некоторые «острые акции». Причем иногда самолично принимал в них участие, не передоверяя исполнение подчиненным.

Подробности, как и положено, Главе Администрации были неизвестны.

Но их и не надо знать, чтобы испытывать страх.

Даже наоборот.

Чем меньше знаешь — тем страшнее.

Потому просьба полковника о безотлагательной встрече была доведена до Президента моментально.

Верховный Главнокомандующий тяжело поднялся с кресла, сделал пару шагов и пожал ладонь Секретарю Совбеза, одновременно похлопав того свободной рукой по плечу, что являлось признаком доброго расположения к собеседнику.

— Присаживайтесь...

«Штази» устроился за маленьким квадратным столиком напротив Президента.

В чиновничьем мире важен каждый нюанс. Кто как посмотрел, что сказал при встрече, куда посадили, куда сел Сам, предупредили ли об ограниченности времени рандеву, что именно подали из напитков. По мельчайшим деталям опытные бюрократы сразу определяют статус встречи и даже с точностью до нескольких дней предсказывают, сколько тому или иному должностному лицу осталось занимать свое кресло.

Совсем недавно Президент пересадил вице премьера поближе к себе, сделав суровый публичный выговор Председателю правительства — и вот уже одного нет, а второй занял освободившийся пост.

Секретарь Совета Безопасности прочистил горло.

Верховный Главнокомандующий строго посмотрел на своего секретаря и двух телохранителей и повелительным жестом приказал им удалиться.

Естественно, разговор останется на звуковом носителе. Это неизбежно. Все без исключения слова Президента пишутся на тончайшую проволоку спецтехники отдела контроля.

Таковы правила.

И ни один Глава Государства не может их изменить. Даже отдать приказ об уничтожении записи. В случае поступления такого распоряжения начальник спецотдела обязан сохранить копии и доложить об этом следующему Президенту, представив тому для прослушивания именно те разговоры, которые его предшественник пытался скрыть.

49
{"b":"6078","o":1}