ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Однако существует и технический фактор: начальная скорость ударной, а вместе с ней — и звуковой волны во многом определяется типом примененной взрывчатки. Сравнительно маломощные вещества, находящиеся на вооружении обычных частей, имеют скорость внутренней детонации всего около семи тысяч метров в секунду. Но этого вполне достаточно для того, чтобы сжать окружающий воздух до почти осязаемого состояния, фронт ударной волны движется подобно стальной стене, сметая все на своем пути. И, согласно физическим законам, мощность его ослабевает пропорционально кубу расстояния.

Владислава спасло то, что в момент взрыва он сидел на корточках и вал ударной волны разбился о толстые стволы деревьев, окружавших поляну. Тем не менее через 12 сотых секунды после ослепительной вспышки его швырнуло навзничь и вдавило в весеннюю траву. По груди и голове прошелся безжалостный молот, грохот оглушил его на несколько минут.

Несчастному фонарику пришел конец — падая, Влад раскинул руки, и нежная японская машинка от удара о камень разлетелась вдребезги.

Но эта неприятность была ничто по сравнению с остальным.

Влад уперся руками в землю и сел. Перед глазами плавали радужные круги, зрение никак не желало фокусироваться, в голове безостановочно гудел чугунный набат. Болела вся верхняя половина тела, а ниже разлилось онемение, и Рокотов вдруг испугался, что ему оторвало ноги. Он осторожно провел рукой и с облегчением нащупал целые конечности. Теперь оставалось определить, есть ли переломы или другие серьезные повреждения.

Мозг требовал немедленно произвести проверку всех жизненно важных систем организма, а тело оттягивало этот момент из страха перед болью.

Наконец сознание возобладало над первобытным страхом, и Владислав, дрожа от напряжения, ощупал себя сантиметр за сантиметром. Крови не было, переломов — тоже. Хотя назавтра тело должно представлять собой один сплошной синяк. Но то — завтра, а сейчас он жив. Ощущение радости захлестнуло его, но спустя секунду пришло и осознание происшедшего...

Намеренность взрыва сомнений не вызывала. Некто, полагавший, что хозяин сидит в своей палатке, хладнокровно расстрелял ее из гранатомета. Влада окатила волна холодного ужаса. На четвереньках со всей возможной скоростью он отполз в ближайшие кусты и забился в густые заросли. Сел, сжался в комок и осторожно вгляделся в темноту. Сквозь ветви практически ничего не было видно, но Влад надеялся, что неизвестный враг выдаст себя хрустом сломанной под ногой ветки или еще каким нибудь звуком. Тогда у него появится шанс напасть первым или хотя бы подороже продать свою жизнь.

Сдаваться Владислав не собирался.

Его еще никто и никогда не пытался убить. Подростковые уличные драки не в счет, там если и убивают, то по чистой случайности. Здесь же он впервые ощутил себя на мушке. И некто вознамерился оборвать именно его жизнь. Врать самому себе, что произошла нелепая ошибка, не стоило — в радиусе двадцати километров никого, ни с кем его перепутать не могли. Да какая путаница?! «На всякий случай» из гранатомета не стреляют. Убивали именно его, и не считаясь с последствиями.

То, что палатка была пуста в момент взрыва, ни о чем не говорило — конечно, есть вероятность, что враг не заметил, как он выбрался наружу и отправился на поиски пенала. Но запросто мог и демонстративно ликвидировать его жилище, чтобы потом погнать испуганного и одинокого человека по лесу, как гонят дичь на засаду охотников.

Картинка вырисовывалась совсем неприглядная: некто не пожалел усилий, чтобы гарантированно уничтожить Рокотова. Однако, учитывая личность несостоявшейся жертвы, затраты по ликвидации объекта представлялись явно несоразмерными результату. Достаточно было бы одной пули в затылок, когда Владислав шел по тропинке. Или автоматной очереди по палатке.

Логичного объяснения происшедшему не находилось.

Через пять минут Влад наконец взял себя в руки. Он по пластунски пролез под широкими, разлапистыми ветвями и выглянул из за кустов. На полянке догорали остатки палатки и снаряжения, по центру зияла здоровенная воронка, не меньше трех метров в диаметре. Судя по всему, заряд был мощным, около килограмма тротила — Владислав одно лето провел в экспедиции вместе с геологами, пробивавшими шурфы в поисках какой то руды, и прикинул, сколько взрывчатки сработало в середине поляны.

Еще через пятнадцать минут Рокотов понял, что нападавший или нападавшие, скорее всего, ушли и не стали проверять качество своей «работы». Вокруг стояла тишина, прерываемая лишь посвистом невидимой ночной птицы: нигде не хрустнул сучок, и никто не выходил на открытое пространство. Видимо, подрыв палатки вместе с ее обитателем и являлся задачей неизвестных. Они были уверены, что биолог находится внутри, и не стали проверять. Ба бах из гранатомета — и все.

Да и, если здраво рассудить, после взрыва килограмма тротила сложновато найти мало мальски вразумительные останки. В таких случаях не всегда справляется даже оснащенная специальным оборудованием следственно криминалистическая бригада. Человеческое тело, на 95 процентов состоящее из воды, разлетается на сотни мелких бесформенных кусков, при этом вода почти мгновенно испаряется под воздействием высокой температуры, и в результате человек превращается в сгустки белка вперемешку с землей и остатками одежды.

А на следующее утро и от комочков протоплазмы не останется следа, все подъедят прожорливые лесные обитатели.

Влад не уповал на благосклонность судьбы и не пускался в абстрактные рассуждения — в конце концов, все происшедшее касалось его лично, и он не желал рисковать, опрометчиво выбравшись на открытое простреливаемое пространство. Так и просидел до рассвета в зарослях, неслышно дыша и осторожно меняя позу, когда тело затекало и когда начинал замерзать от предутреннего холода.

* * *

Наиболее насыщенный метеоритный пояс в Солнечной системе расположен между Марсом и Сатурном, примерно в двух с половиной световых часах от центральной звезды. Но и вне его пространство пересекают сотни миллионов сравнительно небольших небесных тел, расходясь и сталкиваясь в причудливом космическом танце.

Меньше чем в десятке световых минут от Солнца и в 121 секунде от Земли медно никелевый астероид объемом всего 77 с половиной кубических сантиметров и весом 310 граммов нагнал и ударил в бок двухтонную ледяную глыбу, летящую со скоростью 32560 метров в секунду.

Медно никелевый малыш двигался быстрее, и разница скоростей оказалась более семи километров в секунду. В полном соответствии с законами физики сила удара составила 81 миллион 179 тысяч ньютонов, и ледяной астероид мгновенно потерял половину своего объема. Часть льда тут же испарилась, а несколько мелких кусочков разлетелись в стороны. Согласно небесной механике, дальнейший их путь лежал к центральному светилу, пересекая орбиты планет.

Самый крупный осколок весил девятнадцать граммов. Этот неправильной формы маленький астероид должен был пройти в полутора миллионах километров от Земли и испариться сразу после пересечения орбиты Меркурия. Ближе к Солнцу ледяные метеориты не подлетают.

* * *

Доклад министра иностранных дел Президенту России содержал массу полезной информации, но большую часть Первое Лицо пропустило — невеселые мысли одолевали его.

«Друзья» из числа лидеров западных держав в очередной раз продемонстрировали, что крепкие рукопожатия на различного рода саммитах и уверения в соблюдении взаимных договоренностей не стоят и ломаного гроша. Когда речь зашла о стратегических интересах «партнеров», России вновь выставили условие — или она не вмешивается, ограничиваясь любыми «осуждающими агрессию» заявлениями, или в полном объеме ощутит на себе удар экономических санкций. В первую очередь — по обещанным кредитам.

Однако даже не кредиты беспокоили Президента.

В конце концов, он не был напрямую замешан в их разворовывании, как и никакой другой руководитель государства, за исключением наиболее глупых.

9
{"b":"6081","o":1}