ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Конечно, в хитроумии и изобретательности обычному гражданину не сравниться с сотрудниками милиции, ведь у них на вооружении разнообразный и проверенный временем арсенал приемов насилия над людьми, но противостоять как-то надо.

Однако, даже при наличии зарегистрированных травм (в специализированном медицинском учреждении), привлечь к ответственности сотрудника Системы очень и очень сложно. Прокуратура, в чьи обязанности входит разбираться с подобными случаями, мгновенно принимает «показушно-законную» позу и начинает абсолютно «беспристрастно» разбираться в происшедшем. Особый упор «независимые» прокуроры делают на «отсутствие свидетелей деяния». Естественно, незаинтересованных свидетелей или свидетелей вообще Вы предоставить не в состоянии, не будет же следователь с оперативниками приглашать понятых для того, чтобы они «засвидетельствовали количество и силу» ударов, а то вдруг Вы что напутаете! Но прокуратура будет упорно твердить именно об отсутствии «объективных данных и свидетельств».

Только Ваше заявление и заявление Ваших родственников с приложением заключения врачей из травматологического пункта может сдвинуть ситуацию с мертвой точки. По Закону подозреваемый с момента задержания уже имеет право на свидание с родственниками, поэтому Вы должны этим правом воспользоваться.

Установления повреждений Вы требуете сами через дежурного по СИЗО (естественно, находясь на свободе, идете своими ножками). Сразу объясните сотрудникам СИЗО, что к ним претензий нет (можете даже расписку дать) и Вы только хотите зафиксировать травмы, полученные во время допроса у следователя. Вас либо отвезут к врачу, либо врач приедет сам.

На осмотре не поддавайтесь на провокации врача (они почему-то не любят жертв милицейского произвола, видно, сами мало получали), который будет говорить, что «не может» зарегистрировать травмы, как нанесенные Сотрудниками Органов (а вопрос, где Вы их получили, обязательно встанет), и ему «кажется», что характер травм соответствует бытовым. Ответьте врачу, что его задача — дать медицинское заключение о количестве и характере травм, а не заниматься собственным «расследованием». Все! Его домыслы и опасения Вас не интересуют. Отказать в выдаче справки врач не может, написать, что «травм нет» — тоже. Он прекрасно понимает, что найти другого врача и добиться еще одной проверки — проблем нет, а «возраст» травмы устанавливается элементарно. За такие «шуточки» врач вылетит с работы, и ему это известно (если «забыл», напомните).

Получив справку. Вы пишете заявление на имя прокурора района, прокурора города и Генерального прокурора РФ, сразу в три места. Ваши родственники, которые видели Вас непосредственно перед или в момент задержания пишут свои заявления по тем же адресам.

ОБРАЗЕЦ 1:

Прокурору

г. Санта-Глупска

г. Пепсодентову В. В.

от гр. Холифилдова

Эвандера Эвандеровича,

прож.: Боксерский тупик,

дом 1, кв. 500

ЗАЯВЛЕНИЕ

01.01.1996 года я был задержан следователем 20 отделения милиции Тошнотиковым Д. Д. по подозрению в совершении кражи.

01.01.1996 г., около 17 часов, я был доставлен в кабинет следователя Тошнотикова Д. Д., где тот совместно с оперуполномоченным Тайсоновым М. А. в течение двух часов с помощью физического насилия пытались «выбить» из меня «признание» в совершении преступления и какой-то серии квартирных краж.

Следователь Тошнотиков Д. Д. душил меня руками, а оперуполномоченный Тайсонов держал меня сзади за руки, стянутые наручниками (На подозреваемых обожают надевать «браслеты», это такая милицейская «пугашка». Постарайтесь «поелозить» в них кистями рук — следы от наручников очень хорошо заметны, особенно это здорово, если следователь будет утверждать, что он не надевал их на Вас. А травмы от «железок» очень впечатляют. — Прим. Автора.).

Оперуполномоченный Тайсонов несколько раз ударил меня коленом и кулаком в область правой лопатки так, что я упал со стула.

Все время допроса от меня требовали «признательных показаний». Когда я сказал, что не понимаю, о чем идет речь, следователь Тошнотиков Д. Д. ответил, что мне и «понимать ничего не нужно» и он готов сам дать мне «весь расклад» и «список подельников», которых я должен буду «опознать». Документы следователь Тошнотиков показывал мне только издали (пусть еще следователь пообъясняет своему начальству, какие-такие «документы» у него были и что это за «серия». — Прим. Автора).

Мне заявили, что у меня есть сутки «на раздумье», а потом избиения продолжатся. Оперуполномоченный Тайсонов М. А. пригрозил мне, что если я не соглашусь на их условия, то он откусит мне ухо (использовать литературные образы типа «хищно дышал в затылок и плотоядно щелкал зубами» не стоит. — Прим. Автора).

Я считаю действия указанных сотрудников милиции преступными.

На основании вышеизложенного я требую возбудить против Тошнотикова и Тайсонова уголовные дела и отстранить Тошнотикова от расследования. Медицинское заключение прилагается.

(Число, подпись).

Статья 302 УК РФ: Принуждение к даче показаний

1. Принуждение подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к даче показаний либо эксперта к даче заключения путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороныследователя или лица, производящего дознание, —

наказывается лишением свободы на срок до трех лет.

2. То же деяние, соединенное с применением насилия, издевательств или пытки, —

наказывается лишением свободы на срок от двух до восьми лет.

Подобная конкретная форма заявления есть прямое сообщение о факте совершенного преступления и отмахнуться от него, как от кляузы, невозможно. Разбирательство неизбежно, и следователя поменяют.

ОБРАЗЕЦ 2 (от жены и родственников):

Ген. Прокурору Федеративной России

г. Малютову Скурату Скуратовичу

от гр. Холифилдовой Сарры Исааковны, прож.:197000, СГп., Боксерский тупик, дом 1, кв. 500

ЗАЯВЛЕНИЕ

01.01.1996 года мой муж, Холифилдов Э. Э., был за-держан по подозрению в якобы совершенной краже из квартиры некоего гражданина М. Али и помещен в СИЗО Б-ского р-на г. Санта-Глупска.

02.01.1996 г. я обратилась к следователю Тошнотико-ву, ведущему это дело, с вопросом, что происходит {кто-то из родственников должен обязательно (!) побывать у следователя. — Прим. Автора). На мои вопросы следо-ватель Тошнотиков заявил, что мой муж «пока упорствует», но у них есть «методы, чтобы развязать ему язык». Когда я попросила его объяснить, что он имеет в виду, следователь мне прямо сказал, что если мой муж «не признается», то я «получу его инвалидом».

Я была поражена подобным откровенным беззаконием и словами сотрудника милиции. Следователь Тошнотиков также заметил, что мы «ничего не докажем», даже если обратимся с заявлением в прокуратуру, так как районный прокурор «не даст ход делу» (этим Вы обеспечиваете звоночек из Генеральной или городской Прокуратуры районному прокурору с вопросом: «Твой Мегрэ что, совсем страх потерял?» — Прим. Автора) и начал мне угрожать, что «если я не успокоюсь», то и на меня он состряпает дело.

03.01.1996 г. я была на свидании с мужем и увидела, что он избит. До момента задержания у моего мужа никаких телесных повреждений не было! Муж сообщил мне, что это — результат «допроса» по методу следователя Тошнотикова.

Я настоятельно требую немедленной проверки изложенного, прошу принять меры прокурорского реагирования и считать это заявление сообщением о совершенном преступлении.

Медицинское освидетельствование гр. Холифилдов Э. Э. прошел 02.01.1996 г. в травмпункте № 2.

(Число, подпись).

55
{"b":"6084","o":1}