ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Взгляд внутрь болезни. Все секреты хронических и таинственных заболеваний и эффективные способы их полного исцеления
Повелитель мух
Манюня
Не обещай себя другим
Жизнь в моей голове: 31 реальная история из жизни популярных авторов
Исцеление от травмы. Авторская программа, которая вернет здоровье вашему организму
Киберспорт
Школьники «ленивой мамы»
Создавая бестселлер. Шаг за шагом к захватывающему сюжету, сильной сцене и цельной композиции
A
A

— С кем из бизнесменов он связан?

— С Абрамсоном и Фридмановичем. Со вторым больше, чем с первым…

— Когда, как вы считаете, он войдет в силу?

— Через полгода-год, — прикинул руководитель спецотдела. — Думаю, к лету двухтысячного года мы сможем перейти к активной фазе его деятельности.

— Что ж, это неплохо, — Мадлен Олбрайт пожевала нижнюю губу. — Перейдем теперь к ситуации внутри белорусского правительства… Меня волнует положение премьера Снегиря. Что у вас есть по данному вопросу?…

* * *

Террорист негромко бормотал себе под нос, на ходу копаясь в кармане своей куртки.

Влад откинул в сторону плащ, сделал шаг вперед и со всего маху засадил посохом по спине противника, перетянув того стальной трубой чуть пониже лопаток. От удара террориста переломило назад, что-то хрустнуло, и тело с глухим стуком упало навзничь. Изо рта упавшего вырвался легкий сип.

Рокотов знал, как и куда бить, чтобы человек отключился с гарантией. Удар в район надпочечников приводит к болевому шоку, выбросу воздуха из легких и спазму гортани. Даже остающийся в сознании человек минуту не сможет дышать. Соответственно — позвать на помощь. А при вложенной в удар достаточной силе заодно перебивается и незащищенный позвоночник.

Так и произошло.

Полый стальной посох раздробил два позвонка, разорвал тонкий слой мышц, и динамический удар порвал сосуды внутренних органов. Началось ураганное внутреннее кровотечение.

Владислав прислушался.

Ни звука.

Товарищи оглушенного террориста были слишком далеко, чтобы расслышать какой то шум.

«Пока все в норме. — Биолог ощупал спину лежащего. — Хана… Отсвистался, голубок. Тело придется прятать. Хотя зачем? Все равно не поверят, что он незаметно сбежал. Труп надо как-то использовать… Пугануть остальных, например. А что, это мысль! Наворотим побольше бреда, сей метод всегда хорошо действует. Та-ак, что у нас с оружием? Ага, два „узи“ с глушаками… Даже не просто „узи“, а „мини-узи“. Подсумок с магазинами, — пальцы быстро пробежали по торчащим крышкам обойм, — шесть штук. Плюс два в стволах. Рожки длинные, на тридцать два патрона. Нож… Он нам не нужен. Вот и славно…»

Рокотов подхватил плащ, перекинул через плечо безвольное тело и потащил его к ведущему на следующий этаж пологому пандусу.

* * *

Людмила Маслюкова положила телефонную трубку и повернулась к сидящему в кресле Герменчуку.

— Что Йозеф говорит?

— Завтра ждет нас к двенадцати тридцати. На Вальку опять злится…

— Натворил чего? — Илья поднял брови.

— Опоздал на встречу с доктором.

— Да, с ним это бывает.

Маслюкова открыла дверцу высокого плоского буфета и достала два хрустальных фужера.

— Где у тебя штопор? — поинтересовался Герменчук, сдирая пластик с горлышка бутылки «токайского».

Людмила на несколько секунд задумалась.

— Штопора нет…

— Тогда хотя бы шило, — Илья встряхнул бутылку, — не хочется пробку крошить. Иначе крошки выдавливать придется. Или через сито процеживать.

— Сейчас принесу…

Маслюкова прошла в туалет, покопалась на верхней полке стеллажа и достала толстое, немного изогнутое портняжное шило с потемневшей от старости рукояткой. Заодно она потянула за свисающий из под потолка шнур и наполовину приоткрыла небольшое окошечко. В квартире стояла жара и вентиляция мест общего пользования была не лишней.

— Держи.

Герменчук сноровисто подцепил пробку и разлил по бокалам янтарную жидкость.

— Курбалевича надо как-то дисциплинировать, — Людмила взяла свой бокал и расслабленно откинулась на спинку дивана.

— Он всегда таким был, — Илья недовольно скривился. — Я Йозефа честно предупреждал, когда о Валентине разговор зашел.

— В принципе, Кроллю виднее, — Маслюкова пожала излишне широкими для женщины ее роста плечами. — Расхлябанность Вальки ни на что серьезное не влияет.

— Это пока, — заявил Герменчук.

— Да и дальше тоже. На финальном этапе, я думаю, Йозеф оставит его стеречь аппаратуру… Да, кстати, я Вальку вчера на улице встретила. Только из парадной вышла, смотрю — он идет.

— А что ему здесь надо было?

— К приятелю какому-то заходил. Сапеге что-то потребовалось, а Валькин дружок, тот, что компьютерную фирму держит, недалеко отсюда обитает.

— Ах да! — кивнул Илья. — Знаю… Петруха живет в трех домах от тебя.

— Тоже твой приятель?

— Ну, не так, чтобы близкий. С ним в основном Валентин общается. Но дома у Петрухи я бывал, — Герменчук потянулся и помассировал правое плечо.

— Валька не проболтается?

— Что ты! — усмехнулся Илья. — Валентин — нормальный парень. Ну, чуток безалаберный. Но во всем остальном на него положиться можно. Могила…

Маслюкова отпила вино и поставила бокал на столик.

— Ты есть не хочешь?

— Разве что нибудь легкое, типа бутерброда…

— Сейчас принесу, — Людмила встала и тяжелой «гренадерской» походкой отправилась на кухню.

Герменчук зевнул.

* * *

Сигизмунд Габонис снял трубку полевого телефона.

— Мне долго еще Опанаса ждать? Передай ему, что его смена началась полчаса назад.

Находящийся в пятистах метрах от литовца Василий Шлындиков удивленно крякнул.

— Так он давно к тебе пошел!

— Как давно? — поинтересовался педантичный Габонис.

— Да минут сорок уже…

— И где он?

— Н не знаю, — Шлындиков внезапно ощутил смутную тревогу. — Пошел прямо к тебе.

— Так, — литовец поднял глаза на стоящих возле него бойцов, — быстро прочесать тоннель от кухни до второго блока. Включая все боковые коридоры.

— Понял, — недовольно отреагировал старший патрульной смены, мысленно обматерив Габониса, шарахающегося от каждого шороха и подозревающего измену в любом боевике. Особенно если боевик славянин.

С Тытько все понятно. Перепил горилки и заснул где-нибудь в укромном уголке. Придется набить ему морду и пару раз поставить на дополнительные дежурства.

— Пошли, — старший махнул рукой, и отстоявшая двенадцать часов смена вместо отдыха отправилась на поиски загулявшего Опанаса.

* * *

— От сувенира к сувениру… — шепотом пропел Владислав, отматывая от катушки тонкого кабеля десяток метров.

Связанное по рукам и ногам тело убитого террориста лежало рядом у круглого колодца, уходящего вертикально вниз и заканчивающегося в потолке основного тоннеля.

На лбу трупа светло-зеленым фосфоресцирующим маркером была крупно выведена надпись: «Welcome to hell!»[15]. У Рокотова с собой было три маркера — зеленый, красный и желтый. По идее их предполагалось использовать для пометок на стенах коридоров. Но пока в этом не было необходимости.

Буквы на лбу убитого впечатляли.

Влад немного подумал и поставил подпись — «Capt. Connor»[16].

Пущай голову поломают, откуда тут взялись американцы или англичане под предводительством безумного капитана и что им здесь нужно.

Затянув на шее трупа петлю, биолог примотал другой конец кабеля к скобе возле люка, наклонился в черный колодец и обратился в слух.

Ждать пришлось недолго.

Снизу послышались голоса, и в тоннеле мелькнул луч фонарика.

Рокотов усадил труп на край колодца, в последний раз поправил тому петлю, проверил, надежно ли связаны его руки и ноги, и, когда голоса раздались уже непосредственно под отверстием, столкнул тело вниз.

Убитый «солдатиком» скользнул в колодец, пролетел положенное расстояние и остановился, когда шнур выбрал свободный ход. От резкого рывка порвались шейные мышцы, позвоночник выдернуло из основания черепа и тело зависло на растянутой коже.

Террористы отреагировали мгновенно.

вернуться

15

Добро пожаловать в ад! (англ.)

вернуться

16

Капитан Коннор (англ.).

24
{"b":"6086","o":1}