1
2
3
...
28
29
30
...
37

— Они это так не оставят. — сказал Гриценко. — Ждём.

На этот раз ждать пришлось долго, видно собеседники отключили мобилу и резко сменили своё местонахождение. Геку удалось немного поспать.

— Триста. — громко объявил Никита и Гек проснулся.

— Что? — подошёл к дисплею Гриценко.

— Они говорят — триста, но при встрече.

Гриценко поднял одну бровь.

— Пиши: «разговор окончен».

Гек решил что можно спать дальше и закрыл глаза. Сказывались бессонные ночи. По ощущениям спал он очень долго. В подвале информатория не было окон, но необъяснимо чувствовалось, что на улице стемнело. «В банк так и не приехал и не позвонил…», — вяло подумал Гек. Гриценко потряс его за рукав. Никиты и техников уже не было, компьютер был выключен.

— Готов слушать информацию?

— Так точно. — машинально ответил Гек.

— Они настаивают на личной встрече. Обещают четыреста тысяч долларов. Мы договорились что встреча будет в аэропорту «Шереметьево».

— А почему не за городом? — удивился Гек.

— Ты умный-умный, а дурак. — вздохнул Гриценко, — Вот ты охранник банка, ты хочешь спихнуть детонатор, получить гору денег и свалить. Ты будешь устраивать стрелку за городом? После всех этих гранатомётов у тебя есть шансы уйти оттуда живым когда отдашь детонатор?

— Виноват, не совсем проснулся. — сказал Гек.

— Поэтому ты покупаешь билет в Мексику и назначаешь стрелку в аэропорту «Шереметьево». Где такой гарнизон, что из гранатомёта никто стрелять не решится.

— А почему в Мексику? — спросил Гек.

— Просыпайся быстрее. — нахмурился Гриценко, — Естественно ты им не сказал что вообще куда-то летишь. Это они сами догадаются. Но им проще будет отдать тебе деньги в обмен на детонатор, чем убивать тебя.

— Они согласились?

— Да. Приготовься. У вас встреча в полночь.

— Почему так поздно?

— Они настаивали. Я предлагал раньше.

— А сейчас сколько?

— Девять вечера.

— Ого! — удивился Гек и спохватился, — А как там…

— Нюка? Вернулась домой. За это время дверь поставили обратно, она ещё ничего не знает.

— Кстати, откуда вы про неё вообще знаете? — спросил Гек подозрительно.

— Никита рассказал. А что?

— Ничего. — Гек кивнул, — Так какой план?

— План простой. Ты берёшь на плечо спортивную сумку со шмотками, тебе уже выписан билет в Мехико.

— Я лечу в Мехико? — удивился Гек.

— Ты никуда не летишь. Но мы не знаем кто эти люди. Если они стреляют из гранатомётов и следят за мобильниками, то они могут проверять и базы «Шереметьево». Поэтому билет мы тебе взяли.

— Логично. — кивнул Гек.

— Ты войдёшь в зал, заполнишь таможенную декларацию. К тебе подойдут с чемоданчиком. Ты отойдёшь в угол, откроешь, проверишь. Отдашь им футляр с детонатором.

— Настоящим?

— Да конечно муляж! — Гриценко с омерзением покрутил головой, — У тебя совсем с головой плохо.

— Виноват. — сказал Гек, — А дальше?

— Проходишь регистрацию. Выходишь на посадку. Там тебя задерживает таможня. Она пока не в курсе.

— Почему она меня задерживает?

— Потому, что у тебя автомат будет в сумке.

— Зачем?

— Чтобы тебя задержала таможня. — Гриценко вздохнул, — Чтобы со стороны всё выглядело естественно. За тобой могут следить. Или ты хочешь в Мехико?

— Очень естественно пытаться сесть в самолёт с автоматом. — вздохнул Гек.

— Они его не будут вынимать. Отведут в отделение, а там мы разберёмся.

— А с теми, кто получит детонатор?

— С ними мы тем более разберёмся! Это уникальный шанс отследить всю группировку, и я его не упущу. Всё понятно? Вопросы есть?

— Есть один вопрос. Давно хотел задать.

— Задавай. — кивнул Гриценко.

— При чём тут евреи?

Гриценко шумно и с остервенением вздохнул.

— А как делают бомбу из детонатора тебя не интересует? — спросил он.

— Очень интересует. — кивнул Гек.

— Но мы же не в детском саду? — Гриценко прищурил один глаз. — Мы же занимаемся серьёзной, ответственной работой? Мы же выполняем свой долг? Так?

— Так точно. — сказал Гек.

— Значит мы понимаем, что если информация закрыта, значит есть причины?

— Потому что бомбу сделать слишком просто?

— Ну или так… — туманно ответил Гриценко.

— А евреи? — спросил Гек.

— Боец, придумай себе версию сам, хорошо? — жёстко и тихо сказал Гриценко.

— Я думаю что бомбу хотят сделать арабские террористы. — предположил Гек. — И использовать против Израиля.

— Молодец. — сказал Гриценко, — Теперь ты полностью удовлетворён, можешь работать и не забивать себе голову этими вопросами?

— Я прав? — Гек настойчиво посмотрел Гриценко в глаза.

Гриценко выдержал взгляд. Глаза у него всегда были стальные.

— Готовься к операции. — сказал он и вышел.

Гек умылся, сходил в буфет и позвонил домой Нюке. Долго никто не брал трубку.

— Такой — сон — испортил. — наконец раздался осипший голос. — Кто — это?

— Это Гек. — сказал Гек.

— Привет! — голос потеплел, — Знаешь — что — мне — снилось? А — чего — у — тебя — мобильник — выключен?

— Потерял я мобильник. Не звони туда, ладно?

— Слушай — что — мне — снилось! Мне — снилось — море. Но — не — обычное. Не — из — воды. Из — калипсола. И — пляж. И — вот — люди — входят — со — шприцами — в — воду. То — есть — не — в — воду. Набирают — набирают. А — затем — выходят, — ложатся — на — песок…

— Прекрати. — не выдержал Гек, — Идиотка. Наркоманка.

Трубка помолчала.

— Это — ж — был — сон, — дуро. Что — ты — такой — бешеный? Случилось — что-то?

— Извини. Случилось. — сказал Гек.

— Расскажешь?

— Расскажу. Когда приеду.

— Когда — приедешь?

— Не знаю. — сказал Гек. — Может быть я улечу в другую страну.

— Зачем?

— Ненадолго. Я позвоню. Извини. Спокойной ночи.

— Не — пропадай! — сказала Нюка, — Скоммутируемся!

— Обязательно скоммутируемся! — сказал Гек, повесил трубку и ещё некоторое время постоял возле старого чёрного аппарата с выщербленным металлическим диском и безнадёжными барашками на шнуре.

* * *

Гек прибыл в аэропорт без четверти двенадцать и мерял шагами тихий и чистый зал. Здесь было малолюдно и торжественно. На плече у Гека висела новенькая спортивная сумка, набитая всякой ерундой. В глубине лежал автомат. Он был заряжен. Так прошло пятнадцать минут. Затем ещё полчаса. Гек внимательно осматривал окружающих, но не заметил никого подозрительного. Если здесь и были подозрительные люди, то только братья Казаревичи, которые сначала изображали таксистов, затем поимели шумный разговор с местными таксистами и куда-то ушли вместе с ними разбираться.

Часы показали час ночи. Гек сдал свой билет в Мехико. Его самолёт улетел. У него мелькнула мысль, что, наверно, именно этого и добивались люди из группировки, но всё равно это было слишком странно. Гек начал вести себя испуганно и подозрительно. Так, как если бы у него действительно сорвались все планы. Он сел в угол, закрылся бесплатной газетой и время от времени затравленно косил взглядом по сторонам. К нему никто не подходил. Периодически объявляли посадки на экзотические рейсы. Из-за малой популярности этих рейсов самолёты в редкие страны летали ночью, чтобы разгрузить дневные взлётные полосы. Гек смотрел как шла регистрация на Аддис-Абебу. Пассажиры представляли собой разношёрстную смесь из эфиопов, возвращающихся на родину, россиян и россиянок, летящих в Африку по делам бизнеса или семьи, а основную массу составляли туристы-иностранцы, которые летели транзитом через Москву. Гек заметил четырёх молодых французов, пожилую пару, говорящую по-английски с канадским акцентом, румяного американца, колоритного араба с густыми чёрными бровями и двух молодых индусок в национальных нарядах с красными точками посреди лба.

Когда наступила половина четвёртого, Гек уже по-настоящему занервничал и прошёл ещё раз взад-вперёд по залу. К нему один за другим подошли трое таксистов: «такси не нужно?». Третьим был один из Казаревичей. Гек не обратил на них внимания, сделав каменное лицо, как и полагалось в разговоре с навязчивыми таксистами. Он прошёл к телефонному узлу и позвонил в кабинет Гриценко. Ответила секретарша.

29
{"b":"609","o":1}