ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вы видите, видите? – радовался Холмс. – Мой человек вышел на след пропажи! Надо немедленно ехать в клуб, чтобы разоблачить злодея.

– Андрюха, может, я ни хрена не смыслю в английском, но про собаку тут нет ни слова, – засомневался Дукалис.

– И правильно! – возрадовался великий сыщик, даже без перевода уловив сомнения гостя. – Ведь мой агент не мог написать открыто. Тут, главное – завуалировать суть, чтобы его не разоблачили. А по смыслу очень даже подходит: «Кто первым встретит – пусть сразу сообщит другому». Вот мне и сообщили.

Логика Холмса казалась железной, и оперативники отправились в «Клуб поэтов», чтобы найти там злополучную Рашен-Ярд.

* * *

– Колюня, а зна-аешь, кто такие вертоле-еты?

– Не-ет, Петя…

– Это чиста-а души поги-ибших та-анков…

– Да-а-а?

Два дошедших до крайней степени истощения наркомана и потому не оказавших никакого сопротивления патрульным при своем плененнии в результате облавы на местном рынке, вот уже полчаса доставали Чердынцева своими тупыми базарами.

– Вы заткнетесь или нет?! – Майор так врезал кулаком по решетке «обезьянника», что на столе, вынесенном из закутка дежурного и стоящем рядом с помещением для задержанных, подпрыгнул телефонный аппарат ядовито-зеленого цвета с нарисованным на диске набора номера голым пупсом, физиономически напоминающим начальника ГУВД генерал-лейтенанта Курицына.

Торчки[35] умолкли и погрустнели.

- Ну?! – Чердынцев повернулся к столяру из ДЭЗа, выковыривающему из рамы застрявшие там куски стекла. – Как думаешь, получится?

Работяга колупнул стамеской деревянную реечку, посмотрел на прислоненное к стене мутноватое стекло, десять минут назад экспроприированное у ларечника-абхазца с соседней улицы, и кивнул:

– Получится. Как не получиться? Что один человек поломал, второй завсегда исправить сможет…

Начальник дежурной части облегченно вздохнул и вернулся к заполнению журнала регистрации происшествий.

Хлопнула входная дверь, и пред очами Чердынцева возникли Соловец с Казанцевым.

– Как сходили? – Майор занес ручку над графой в гроссбухе, в которую было вписано сообщение старухи. – Что писать?

– Голяк, – спокойно отреагировал начальник «убойного» отдела. – Пацаны баловались…

– Ага, – Чердынцев аккуратно написал напротив сообщения коронную фразу всех начальников дежурных частей управлений и отделов милиции на всей территории необъятной российской земли: «Сообщение не подтвердилось». – Отлично…

– Наши еще не вернулись? – поинтересовался Казанцев, имея в виду Ларина, Дукалиса и Рогова, и опять сглотнул.

– Нет, – майор посмотрел на часы. – Хм, три часа прошло. Что-то они долгонько.

– Явятся – получат по полной программе, – пообещал Соловец, много лет назад поставивший себе задачу бороться за дисциплину во вверенном ему коллективе и постоянно с выполнением этой самой задачи не справлявшийся.

– Вас там Плахов дожидается, – сообщил Чердынцев, которого меньше всего заботили взаимоотношения Соловца и его подчиненных. – У него дело какое-то срочное…

– Пошли? – Казанова мотнул головой в сторону лестницы.

– Пошли, – согласился начальник «убойщиков».

* * *

«Клуб поэтов» располагался в симпатичном домике в ближайшем пригороде Лондона и скорее напоминал замок: высокий кирпичный забор, кованые ворота, башенки по углам, витражи в окнах…

При поддержке нескольких полицейских, объяснивших свой визит поисками беглого каторжника, который, якобы, мог скрываться поблизости, сыщикам удалось быстро проникнуть в помещение клуба. Там они увидели трех джентльменов, расположившихся за столом из красного дерева, посреди которого стояла початая бутылка виски.

– А бумага от королевского прокурора у вас имеется? – поинтересовался один из обитателей дома-замка. – Вот вызову своего адвоката, он устроит кое-кому неприятности…

– Правильно, сэр Максвелл, – поддержал говорившего один из его собутыльников, на руке у которого синела татуировка «Николсон». – Думаю, что кое у кого завтра с плеч полетят эполеты. Верно, сэр Джеймс?

– О чем разговор! – живо отозвался третий. – Здесь частный дом, «Клуб поэтов» заседает… ха-ха! А вы с «дон`т андестендом»[36] каким-то…

Ларин чувствовал себя не очень уютно: с одной стороны, нельзя ударить в грязь лицом перед английским сыщиком, а с другой, его отнюдь не радовала перспектива официального разбирательства, которой грозил сэр Максвелл. А тут еще Холмс шепнул на ухо, что не знает агента в лицо.

«Тоже мне, резидент хренов, кто так с собственной агентурой работает!» – зло подумал Ларин.

И тут Андрея осенила идея.

– Я детектив Ларин, – по привычке представился он, махнув перед носами джентльменов брелоком от ключей в виде круглой открывашки для бутылок. – «Клуб поэтов», говорите? Про заек пишете? А где же стихи? Или эта бутылка со стаканами, – он кивнул на стол, – единственные инструменты для творчества?

– Вы, мистер Ларин, видимо, перегрелись в тропических странах, – возразил сэр Джеймс. – При чем тут зайки? Мы о жизни пишем. Про конкретных молодых джентльменов.

– Ага, – встрял в разговор сэр Николсон. – И про бобби[37] тоже. И про копов американских.

- Гы-гы-гы! – захохотал сэр Максвелл, которому явно понравилась шутка приятеля. – Про бобби, это мы обязательно.

Хозяева явно издевались над Лариным, но тот как ни в чем не бывало предложил:

– It`s good[38]. Если вы тут все такие поэты – напишите по короткому стишку. Ну хотя бы на тему нашего визита. Получится, тогда, пожалуй, поверю на слово, а нет – вам придется оставить стол в покое и продолжить общение в Скотланд-Ярде.

Это предложение явно повергло господ Максвелла, Николсона и Джеймса в уныние. Еще больше загрустили они, когда оперативник протянул каждому по листку бумаги и напутствовал их словом: «Творите». Но, поразмыслив, вся троица начала что-то писать.

Первым закончил работу сэр Максвелл:

Я, в натуре, не понял,
Это что за прикол?
Бобби, вроде, в законе,
Так при чем же здесь стол?
Если виски желаешь –
Попроси – я налью.
Но, блин, понимаешь,
С бобби вместе не пью[39].

Ларин медленно читал этот шедевр и терпеливо дожидался, пока закончат творить остальные двое. Следующее произведение подал сэр Джеймс:

Душу поэта
Вам не понять
– Свободы и света
Век не видать!
Что за приколы –
Врываться в дома?
Жизнь – это школа,
Но школа – тюрьма!

Оперативник усмехнулся и взял листок со стихами сэра Николсона. Ему тоже было далеко до Шекспира:

Только остается
Руки заковать –
Уголовка рвется
Посадить опять.
Воли век не видеть
После их утех.
Опера до гроба
Доведут нас всех.
Вроде честный парень,
А сажать спешит.
Люди вы едва ли,
Если без души!

– Ну вот, – сэр Николсон облегченно вздохнул, – теперь вы убедились, что мы настоящие поэты? Разговор окончен, я думаю?

вернуться

35

Наркоманы (жарг.).

вернуться

36

От английского don`t understand – не понимаю. По смыслу автор мог бы в данном контексте перевести названное выражение на современный новорусский язык: «А вы с непонятками какими-то» (прим. ред.).

вернуться

37

«Бобби» – прозвище англ. полицейских, «коп» – американских. Соответств. русскому «мент».

вернуться

38

Это хорошо (англ.).

вернуться

39

Здесь и далее стихи в переводе автора, А. Воробьева.

14
{"b":"6095","o":1}