ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как написать бестселлер. Мастер-класс для писателей и сценаристов
Топ-менеджер: Как построить карьеру в международной корпорации
Роза и шип
17 потерянных
Тайны Лемборнского университета
Лифт настроения. Научитесь управлять своими чувствами и эмоциями
Под северным небом. Книга 1. Волк
Тайна красного шатра
Как химичит наш организм: принципы правильного питания
A
A

Затем московский мединститут, работа на кафедре, аспирантура. Потом товарищи из Комитета госбезопасности предложили Лене новую тему в лаборатории профессора Никифорова, и с тех пор ее судьба нераздельно связана с этой всемогущей организацией…

Бережная прекрасно понимала, что разговор в кабинете директора – всего лишь формальность и наверху давно уже все решено. Конечно, можно отказаться, но что она при этом выиграет? После уговоров «по-хорошему» ее начнут зажимать, урезать финансирование и в конце концов отыщут уйму причин для сокращения отдела.

«Эти ребята не привыкли получать отказ, и, судя по тому, как они меня торопят, дело серьезное. Они все равно не отстанут. Раз уж назвалась в свое время груздем – полезай в кузов. Интересно, что за новые темы они хотят всучить? Меня от старых-то уже тошнит».

Неожиданно для себя Елена вспомнила, как вскоре после гибели Никифорова ее перевели из лаборатории Саржева в лабораторию профессора Озерова, вспомнила и свои первые впечатления от встречи. Она была готова к предстоящей работе чисто теоретически, но на практике все оказалось намного ужаснее.

Они тогда остались вдвоем в лаборатории, и Озеров, видя подавленное состояние новой сотрудницы, стал объяснять ей всю необходимость их работы. Он все понимал и боялся за Елену по-отечески, оберегая ее от необдуманных поступков.

– Я, конечно, тебя понимаю, – сказал профессор. – Но, поверь, это скоро пройдет. То, что мы здесь делаем, необходимо нашей стране. Пока все спокойно, всегда найдутся моралисты, кричащие во все горло о правах человека. Если случится что-нибудь страшное, понадобятся наши знания, и если мы не сможем их дать – люди спросят именно с нас, потративших на исследования народные деньги. Никто тогда не вспомнит про мораль, а самые ярые моралисты возглавят возмущенную толпу.

Елена не могла согласиться с профессором.

Хотя он и приводил множество доводов в защиту исследований, но сам эти доводы принимал только умом. Сердце же восставало против варварства и жестокости, так как по натуре своей Озеров был против любого насилия, и если прибегал к нему, то лишь в исключительных случаях, когда ничего другого просто не оставалось. В душе он был полностью на стороне Бережной, но что он мог сделать? Озеров молчал, как молчали многие в этой стране, прекрасно понимая, что их голоса никто не услышит, кроме, пожалуй, всемогущего КГБ.

– Успокойся, дочка, – улыбнулся профессор. – Ты мне скажешь, что опыты над людьми запрещены и бесчеловечны, но у нас везде в той или иной степени они проводятся. Мы замечаем лишь единичные и лежащие на поверхности случаи, а как быть с менее заметными, когда задействованы десятки тысяч, миллионы людей? Почему их никто не замечает? Не потому ли, что они массовые? Учителя испытывают методики обучения на миллионах детей, калеча их души и будущее. Врачи испытывают и проверяют новые препараты на больных, лишь приблизительно представляя последствия. Ученые подкидывают идейки, от которых потом вымирают целые города или районы. Политики ввергают огромные страны и народы в такие ужасные испытания, по сравнению с которыми наша лаборатория – просто детская игрушка…

– Игорь Михайлович, не надо собственные грехи прикрывать чужими. Если все люди на Земле начнут творить зло, ссылаясь на то, что кто-то делает еще хуже, мы все погибнем, человечество погрязнет в жестокости, лжи, насилии, в собственной крови…

– Я с тобой совершенно согласен, но ты меня не правильно поняла. Я битый час пытаюсь объяснить тебе, что мы-то и являемся спасением человечества, ибо создаем противоядие от всей той заразы, что обрушилась на людей за последние сто лет.

– Да как вы не понимаете, – не унималась Елена, – что заботиться о человечестве надо созидая, а не уничтожая.

Профессор вскочил с кресла и заходил из угла в угол в сильном волнении.

– Это ты не можешь понять, что мы всего-навсего приводим справедливый приговор суда в исполнение и что наши подопытные – не простые люди, а страшные убийцы и насильники, которым и в аду места нет. Пускай хоть напоследок принесут пользу человечеству, раз уж принесли столько горя.

– Я вообще-то шла работать в институт, а не в камеру смертников.

– Человек рождается в муках, – продолжал Озеров, не обратив внимания на ее реплику. – Он всю жизнь несет этот крест, да и жизнь наша, как мне кажется, изначально запланирована на одни лишь испытания. Все мы – мученики и мучители – обречены вечно терзать друг друга физически или морально, и неизвестно еще, что лучше. Ты думаешь, такая лаборатория только у нас, а за бугром их нет? Да и у нас она не единственная. Есть еще несколько колоссальных по масштабу…

– Что вы имеете в виду?

Профессор не ответил. Лишь несколько лет спустя, бывая в командировках в Челябинске, на Новой Земле, в Семипалатинске, Лена поняла, о чем говорил Озеров. Она поняла, что это за колоссальные лаборатории, в тысячу раз большие по площади и количеству людей, вовлеченных в эти страшные опыты и виновных лишь в том, что испокон веков живут на земле, выбранной высокими дядями под испытательные полигоны.

Постепенно Елена осознала, что она лишь песчинка в этом бескрайнем океане насилия и жестокости, именуемом человеческой жизнью. Она смирилась с тем, что лаборатория нужна и своевременна. Ну а то, что в качестве подопытного материала использовались люди, так это не вина ученых.

Елена была продуктом советского воспитания, верила в незыблемость принципов коммунизма, в счастливое будущее, хотя и видела окружающую действительность. Но иногда она срывалась чисто по-женски, воспринимая все не умом, а сердцем, давая полную волю эмоциям. Тогда никакие уговоры, приказы, ласки не могли изменить ее решения. Часто она от этого страдала, но, оправившись, благодаря своему обаянию и сильному характеру снова брала верх над ситуацией.

И все-таки Система приручила ее, как приручила подавляющее большинство населения страны. Бережная твердо уяснила одну истину: плевать против ветра – себе дороже. Да и что она могла противопоставить холодному и беспощадному слову «НАДО» – любовь к ближнему, гуманизм и милосердие? Но почему-то об этих понятиях забывают, когда речь заходит о государственных интересах.

И лишь единственное, что хоть как-то успокаивало совесть Елены, – ее новая собственная тема, имеющая важное значение для практической медицины. Она знала, что материалы ее опытов помогают сохранить сотни человеческих жизней.

* * *

Елена сдала дела в лаборатории, и ее направили в пункт переподготовки. Там с ней проводили беседы об особенностях будущей работы, различными тестами проверяли психику, приверженность принципам коммунизма и общее состояние здоровья.

Кроме того, ей пришлось усиленно изучать Устав строевой службы ВС. Лене выдали форму лейтенанта связи, и когда, подшив ее по фигуре и донельзя укоротив юбку, она выходила на плац, офицеры штабелями падали к ее ногам. Мужественные сердца таяли от женского очарования, и сослуживцы долго еще вспоминали прелестные ножки и высокую грудь бравого лейтенанта.

2

Майор КГБ Дмитрий Николаевич Зотов вышел из столовой и неторопливо направился к штабу.

Было начало июня. Уже утром чувствовалось дыхание жаркого душного дня. Проклятые комары обнаглели вконец и ничего не боялись. Химическая война против них оказалась безуспешной, и спасала лишь обыкновенная марля. Все ходили потные, вялые, одуревшие от жары.

Работать не хотелось. Мысли майора были далеки от месячного отчета в Москву, воображение рисовало тихий пляж и симпатичную девушку. Но, вспомнив, какая гора макулатуры скопилась на рабочем столе, Зотов тихо чертыхнулся.

По натуре Дмитрий был человеком подвижным. Он ненавидел всю эту канцелярию и, откладывая ее на потом, огромным усилием воли заставлял себя сесть за стол. Но он не сетовал на судьбу и считал, что ему не так уж и не повезло в этой жизни. Бывает и хуже.

37
{"b":"6097","o":1}