ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вообще-то цифра «четыре» очень коварна и опасна. Все мы привыкли считать до трех, не обращая внимания на четверку, но именно она наносит предательский удар в спину, когда мы поворачиваемся лицом к единице, чтобы начать отсчет сначала.

– Ты всегда был философом. – Валентин хлопнул друга по плечу. – Но мы отвлеклись от главного. Так вот, наша группа входит в спецподразделение, подчиняющееся только Орлову и Андропову. Наша задача – раскрыть каналы связи советской партийно-государственной верхушки с правящими кругами и спецслужбами потенциального противника. Наш с тобой канал – афганский. Андропов решил перетрясти всех этих зажиревших на государственной службе баранов из ЦК, МИДа, МВД, МО, ВПК и даже нашего родного КГБ.

– Давно пора. Стой! – спохватился Дмитрий. – Надо включить аппаратуру.

– Не волнуйся, она работает в постоянном режиме. Чуть позже я покажу тебе, где стоит оборудование. Кстати, я принес небольшой подарочек. – Корнеев вытащил из дипломата прибор, похожий на маленький транзисторный приемник: – С помощью него можешь определить, в каком месте находится подслушивающая аппаратура. Тебе надо только нажать вот на эту кнопку, вытащить вот эту антенну и смотреть на вот этот индикатор, показывающий расстояние в метрах. Кроме того, если нажать вот на эту кнопку, то по мере приближения к жучкам звуковой сигнал усилится. Уверенно берет до ста метров.

Зотов взял прибор и начал рассматривать.

– Немецкая вещичка?

– Ага. Наши тоже делают, но раз в десять слабее и в пять больше по размерам и по весу. Да и зачем нам корячиться, когда удобнее купить у проклятых капиталистов.

– Тоже верно. Ну так что там насчет Афгана?

– Это один из каналов. Он возник вскоре после начала войны, когда через действующую армию, а также через советские учреждения и организации в Афганистане развернулась весьма активная торговля с душманами, а затем с Пакистаном и Ираном советским оружием, техникой, боеприпасами, продовольствием, медикаментами и другим товаром – кто чем мог. Рассчитывались с нами валютой, бытовой электроникой. В дальнейшем с нашей стороны по этому «южному коридору» стали уходить из страны драгоценные металлы: золото, платина, а также драгоценные и полудрагоценные камни. С той стороны к нам хлынули опий, гашиш и прочие слабые наркотики, в основном в сигаретах. Ты же знаешь, что наркота в нашей Средней Азии производилась всегда, но с 80-го года она пошла из стран «Золотого полумесяца» через Афган в таких количествах и по такой низкой цене, что сбыт ее резко расширился, а доходы наркомафии фантастически возросли. Потребление наркотиков в Союзе увеличилось не только из-за общего ухудшения социальной ситуации, но и, в частности, из-за того, что многие воины-афганцы за время службы пристрастились к наркоте[19]. Понимаешь, старик, в этой взаимовыгодной торговле с душманами и Пакистаном участвуют многие генералы и старшие офицеры из командования 40-й армии, руководство компартий Узбекистана, Таджикистана и отчасти Туркмении, многие советские учреждения в Афгане, Госкомитет по экономическим связям, а также КГБ и МИД.

– Так какого же черта мы ждем, если все знаем? – проворчал Зотов.

– Сейчас 83-й, а не 37-й. Нужны веские доказательства, а большинство из них пока только косвенные. И вот нашей-то группе и предстоит собрать прямые улики и соединить их в единую цепочку, чтобы наконец взяться за них всерьез. Истина, что война выгодна лишь генералам, справедлива не только у проклятых капиталистов. В результате темных игр в Афганистане фактически возник договор между враждующими сторонами «не убивать друг друга насмерть», поскольку бесконечное затягивание войны означает колоссальные доходы как для нашей верхушки, так и для пакистанских генералов и душманских лидеров. То, что такое соглашение есть, подтверждают многие факты. Смотри, что получается. За всю войну мы не провели ни одной крупной операции против баз противника на пакистанской или иранской территории. Ничем не помогли внутренней оппозиции в этих странах, в том числе пуштунским племенам, которые в 81-м начали свою войну против пакистанского правительства и особенно душманских лагерей на территории северо-западной пограничной провинции Пакистана. То же с повстанцам Белуджистана в 80-81-м. Наконец, сейчас, когда идут массовые выступления Движения за восстановление демократии в Пакистане и режим Зия-уль-Хака еле держится, малейшее вмешательство с нашей стороны могло бы переломить ситуацию. В Афганистане же фактически установлено перемирие, которое, безусловно, поможет властям Пакистана решить свои внутренние проблемы.

Валентин налил еще рюмку ликера и, смочив пересохшее горло, продолжил:

– Не оказано никакой помощи Индии, хотя крупные военные поставки ей могли бы привести в 81-м к войне с Пакистаном, что означало бы скорый разгром оппозиции в Афганистане. Кроме того, во многом благодаря позиции советского командования произошло разложение афганской армии и сорвалась ее военная реформа. А ведь радикально настроенная часть афганского офицерства и примыкающие к нему круги в НДПА смогли бы выиграть войну собственными силами вне зависимости от позиции нашей стороны.

Дмитрий внимательно слушал. То, что говорил Валентин, в корне отличалось от того, что ему доводилось слышать прежде на политзанятиях, не говоря уже о средствах массовой информации.

– Одно из направлений политики Андропова, – продолжал Корнеев, – это курс на решительное подавление советской наркомафии, а также вскрытие коррупции в наших учреждениях в Афганистане, быстрое завершение войны путем нескольких мощных ударов по душманам с последующим выводом войск и предоставление чести добить оппозицию самой афганской армии. Именно с расследованием «афганского канала» связаны были визит Андропова в Ташкент в конце прошлого года и последовавшая за ним «скоропостижная смерть» Первого секретаря ЦККП Узбекистана Рашидова, а также отправка этой весной в Узбекистан следственной группы Гдляна – Иванова. Сам понимаешь, что такое развитие событий не может устроить ни нашу партократию, ни пакистанскую верхушку, ни, наконец, внешнеполитические ведомства США, поскольку это лишило бы американцев множества политических, не говоря уже о чисто карьерных, выгод от продолжения войны. Поэтому нам нужно быть чрезвычайно осторожными. Не делать скоропалительных выводов, сотни раз все взвешивать, прежде чем докладывать начальству, ибо при неправильном раскладе сил наш удар может рикошетом вернуться к нам, не задев противника. Понимаешь, о чем я? Зотов кивнул.

– Как я уже сказал, – снова заговорил Валентин, – наше подразделение состоит из нескольких групп, ведущих параллельное расследование по нескольким направлениям, но, как мне кажется, да и не только мне, наши пути в скором времени пересекутся, сходясь на одних и тех же людях в верхних эшелонах власти. Ими могут оказаться кто угодно, даже те, кому ты раньше полностью доверял. Из этого, конечно, не следует, что мы должны подозревать всех и вся, но осторожность должна стать нормой. Извини, что я тебе тут все разжевываю, как ребенку, но это приказ Орлова.

– Ничего-ничего, – улыбнулся Дмитрий, – это полезно.

Он разлил по рюмкам остатки ликера и протянул одну Корнееву:

– Как Катюша?

– Нормально. Она у меня отличная бабенка. Я иногда спрашиваю себя: за какие такие заслуги Господь сделал мне удивительный подарок?

– И что отвечаешь?

– Что я, наверное, сам хороший.

Они рассмеялись.

– И вот еще что. – Валентин полез в дипломат. – Это удостоверение на твою фамилию, подписанное лично Андроповым и дающее тебе чрезвычайные права и широкие полномочия. Практически оно дает тебе право распоряжаться всеми, кроме твоих непосредственных начальников. Но пользоваться ты им должен в крайнем случае. Если станешь тыкать на каждом углу, то моментально засветишься и выйдешь из игры. Не исключено, что уже мертвым.

– Все ясно.

– Ну, тогда вперед!..

4

В небольшом холле тихо играла музыка. На столе стояли выпивка и обильная закуска. Две обнаженные девицы сидели на тахте, о чем-то переговаривались и посмеивались, глядя на дверь в сауну. Когда она с шумом раскрылась, девицы как по команде вспорхнули с тахты, уступив место вывалившемуся в холл потному, довольному, в меру упитанному и лысоватому мужчине.

вернуться

19

Впоследствии, с 85-го года, на рост потребления наркотиков повлияла и борьба за трезвость, подсказанная Горбачеву определенными структурами, удачно воспользовавшимися письмом ученых из Новосибирска.

64
{"b":"6097","o":1}