ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Там, на улицах, — сказала она, — бродит куча недоумков, желающих прихватить у нас взаймы… Надо поддерживать порядок в обществе… Да, Кузин, определенно, лучше подойдет.

Глава 1

ЧИСТО НЕ ТАМ, ГДЕ НЕ СОРЯТ

А ТАМ, ГДЕ ПЛАТЯТ!

I

Как известно, рынок — место взаимного обогащения людей разных племен. Именно здесь представители племени покупателей освобождают себя от вечного вопроса «куда деть деньги?» и получают в безграничное пользование товары сомнительного качества. Представители другого племени — продавцов — совершенствуют свои артистические навыки, получая при этом сущий пустяк — навар, именуемый в высших сферах прибылью.

— Скремблер титановый! — восторженно вопил сухощавый мужичонка, держа на морщинистой, загорелой ладони посудный ершик. — Изготовлен по космической технологии! Счищает грязь, не повреждая покрытий! С его помощью чистят станцию снаружи от космического мусора!

Супружеская чета с сомнением косилась на ершик.

— Но это же обычный… — начал более здраво мыслящий супруг.

— Это скремблер! С ним вы идете в двадцать первый век!

— Но пятьдесят рублей…

— Сразу видно, что не вы моете дома посуду. Скремблер не повреждает даже тефлоновое покрытие! Его молекулы распознают грязевые полимеры и реагируют только на них!

— Берем! — решительно сказала низенькая, полная покупательница, вся в мелких кудряшках, щелкнув большим кошельком, непременным атрибутом своего племени. — Дайте два.

Продавец «скремблеров», наслаждаясь завистливыми взглядами конкурентов, небрежно сунул сотню в тощую «кису» на поясе. Пегая ушастая дворняга, свесив от жары язык, весело взглянула на него из-под прилавка умными карими глазами и завиляла крючковатым хвостом.

— Эх, Памела, — обратился он к ней. — Разве это мой масштаб? Какой талант пропадает!

Окинув оценивающим взглядом пустоватый рынок, пропадающий бизнес-талант покосолапил за самодельную витрину с товарами бытовой химии. Дворняга неохотно побрела следом.

Под провисшим синим тентом, внутри обширного пространства, образованного тылами прилавков, под красивой табличкой с аккуратно наклеенными деревянными буковками: «Самые Низкие Цены!»; сидели на пустых ящиках две девушки, пластиковыми совками черпали из бака стиральный порошок и сыпали его в зеленые упаковки фирмы «Ариэль». Пустые упаковки, сверху фирмово запечатанные, были аккуратно распороты по нижнему шву.

— Харитоныч, — спросила рыженькая, худая, с острыми, сбитыми локтями и коленками, почти ребенок, — на фига взвешивать? Давай на глаз сыпать! Быстрее будет.

— Обвешивать, Женечка, нельзя, — строго ответил Харитоныч, аккуратно заваривая шов готового пакета с помощью двух деревянных брусков и зажигалки. — Надо уважать покупателей.

— Клево! Подмешивать всякое дерьмо можно, а обвешивать нельзя!

— Не дерьмо, а обыкновенный порошок. Его от моей последней химчистки много осталось…

— Наташка! Ты поменяешь два кило обыкновенного порошка на один грамм необыкновенного?!

Девушка лет двадцати пяти, которую за томную, купеческую полноту близкие знакомые, любя, иногда звали Тушкой, посмотрела на Женю близорукими серыми глазами, вздохнула, но ничего не ответила. Оправив синий топик так, чтобы еще больше обнажились белые плечи и грудь, она продолжила сыпать порошок тонкой струйкой, высоко поднимая совок и задумчиво созерцая движение голубых крупинок.

Женя неделю назад с радостью бросила «лицей номер семь», где училась на штукатура. Наташу по весне исключили с четвертого курса политехнического, с отделения экологии, куда она попала «по недоразумению». Женя отчаянно недовешивала, а в один из пакетов сунула записку «Привет лохам!». Ее напарница сыпала адскую смесь полной мерой, под завязку.

Копошившийся по соседству у мангала маленький, насквозь прокопченный кореец Чан то и дело украдкой поглядывал на девушек, побаиваясь своей крикливой и драчливой хозяйки Зинаиды.

Пегая Памела рухнула у ног Наташи, в тени навеса, высунув подрагивавший язык и жадно втягивая сухим носом аромат шашлыка. Питерский полдень был жарким и душным. В такую погоду хорошо двигать бизнес из прохладного кабинета с окном во всю стену или из салона мощного «мерса» с кондиционером. Увы! Пехота рынка, оскалившись в доброжелательной улыбке, металась в самом пекле. Охота, как говорится, пуще неволи…

Под навес, тяжело отдуваясь, ввалилась рослая темноволосая девушка спортивного телосложения, в короткой белой юбке, белой майке в облипку, потемневшей от пота, с сотовым телефоном и босая. Белые босоножки она держала в руках.

Женя вскочила ей навстречу:

— Дианка! Ура! Что с твоим туфлем?

Вошедшая бессильно рухнула на освободившийся ящик, закинула ногу на ногу и жестом показала, чтобы ей дали воды.

— Я сломала каблук, — хриплым от жары голосом сказала она. — Вот!

— Можешь выбрасывать, — поцокав языком, вынес вердикт Харитоныч. — Дорогие?

— Ты упала? — сочувственно спросила подругу Наташа.

— Я сломала его о капот «порша». Черт возьми! Крепкая тачка! Вот пойдут дела, обязательно куплю такую. Собака, отстань!

Диана, которую друзья чаще называли Диной, поставила пластиковую бутылку, утерла красивые капризные губы и отмахнулась от ластившейся Памелы.

— А зачем ты шла по капоту? — поинтересовался Харитоныч. — Ты попала в пробку, или этот тип ехал по тротуару, как в прошлый раз?

Дина помотала головой:

— Меня опять приняли за проститутку. Айзерам неймется даже в такую жару! И что во мне такого… Путанского?

Все трое окинули ее оценивающими взглядами, и Дина, смутившись, сняла ногу с ноги.

— М-м… Да, — резюмировал Харитоныч. — Ты правда не понимаешь?

— У тебя груди путанские, — сказала Женя. — Я тоже такие хочу.

— Ты же еще маленькая, — пристыдила ее Наталья. — Что ты болтаешь?

— А ты бы помолчала! У тебя трусы из штанов торчат!

— Это не трусы. Это бермуды…

— Потому что у Наташки там бермудский треугольник! — хихикнул Харитоныч. — Кто попадет — назад не выберется.

— Хватит! — прикрикнула на них Дина. — Лучше

думайте, что делать будем! Все рушится!

— Потому что ты сломала каблук? — робко спросила Наташа.

— Потому что мы разорены! Где этот придурок, Петр? Я из его слоновьей шкуры наделаю перчаток для мытья сортиров!

— А что случилось?

— Вот! — Дина вынула из сумочки смятую квитанцию. — Это штраф на тридцать тысяч рублей. Клининговой[1] фирме «Мойдодыр» — то есть нам. За свалку мусора в неположенном месте. Я же говорила этому идиоту, чтобы вывез мусор на помойку! Ну где, где я найду штуку баксов?! Черт, надо бросить вас на фиг и пробиваться наверх одной!

— Диночка, что ты говоришь! Как же мы без тебя!..

Пока девчонки причитали, Харитоныч взял бумажку, посмотрел на свет и даже попробовал на зуб.

— Настоящая, — с сожалением заключил он. — Это мое третье разорение. В первый раз…

— Заткнись! — гаркнула Дина. — Сто раз слышали, как ты спалил персидский ковер самому Абрамовичу! Со мной так не будет, понял? У нас есть еще неделя, и мы достанем эти деньги! Даже если придется продать Петьку в зоопарк. На корм белым медведям.

Она решительно встала, отошла в сторону и начала быстро нажимать кнопки мобильника. Сотрудники тонущей клининговой компании с надеждой следили за своим боссом. Беседа оказалась короткой и закончилась тем, что Дина нецензурно выругалась и отключила телефон.

— Думайте! — скомандовала она «мойдодырам». — Думай, Геннадий Харитонович! Ты же у нас эксперт. Надбавку получаешь. А то будешь всю жизнь свои «скремблеры» втюхивать.

— А о чем думать, Диночка? — спросила Наташа.

— Как привлечь клиентов. Нам нужно много клиентов. Или кто-то хочет остаться здесь навсегда? Кстати, наш вчерашний клиент пожаловался, что у него пропал фарфоровый слоник с каминной полки. Женька, твоя работа?

вернуться

1

Клининговые компании специализируются на уборочных работах.

2
{"b":"6098","o":1}