ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А, гады! — закричала Женя, врываясь в круг клинеров. — Не ждали? Думали, все, с концами? А фигос вам под нос!

Женька походила на подвальную кошку: лохматая, исцарапанная. Лицо девочки раскраснелось от обиды, и конопушек на нем стало гораздо больше, чем обычно. Светлые глаза ее были полны отчаянных детских слез.

— Воспитатели хреновы! А я-то вам верила!.. Я за вас могла любого порвать, а вы!.. Меня на нары, а сами…

— Евгения, что случилось? — устало и серьезно спросила Диана, строго сдвинув брови. — Где ты была?! И почему ты так выглядишь?

— А то ты не знаешь, где я была! — огрызнулась Женька и зарыдала, — Эти два придурка… Они сдали меня в милицию… Они сказали, что я танцевала голая на Дворцовой площади перед иностранцами… Меня никто не стал даже слушать — сразу в камеру-у!..

— Как же ты ушла? — изумился Петр. — Сбежала?

— Мы же ничего не знали, Женечка, — ласково сказал Харитоныч, пытаясь пригладить и собрать ее огненные волосы. — Это не мы тебя упекли. Прости нас, мы просто забыли. Тут такое завертелось!..

— Врешь? — недоверчиво покосилась на него Женька. — А я притворилась, что поперхнулась яблоком. Менты всем отделением откачивали, чуть башку не оторвали. Во! — Она с гордостью показала тощую шею, покрытую синими отпечатками заботливых милицейских пальцев.

— Да-а… — покачала головой Диана. — Хороша! Будто маньяк-душитель тебя навестил…

— А че? Наедут — я так и скажу! Душили, били, принуждали к сожительству — вот я и сбежала!

— Страшно было? — уважительно спросила Наталья.

— Совсем немножко. Один дурак предложил горло разрезать, чтобы воздух проходил. Но пока он за ножом ходил, я и свалила. Ладно, хватит трепаться. У кого мои бабки?

Клинеры смущенно переглянулись.

— Видишь ли, Женечка… — начала Диана. — Денег нет.

— Чего-о?.. — протянула Женька. — Вы меня кидаете, да? Харитоныч! Тушка! Ну пусть Дианка, скобариха псковская, но вы… Вы же питерские… Наши! Куда же я теперь?

Диана, Петруша и Харитоныч, окружив ее, обнимали, тискали и наперебой убеждали, что никто ее не обманывает, что не стоит убиваться и сходить с ума из-за денег, что все деньги на свете не стоят ее одной слезинки…

Наталья хлопала по плечам то одного, то другого, безуспешно пытаясь привлечь к себе внимание. Наконец ее осенило. Она подобрала опорожненную Петром пивную бутылку и, пронзительно взвизгнув, грохнула ее об асфальт. Осколки стекла разлетелись по сторонам, как осколки гранаты. «Мой-додыры» оторопели,

— Ты что хулиганишь? — шепотом спросила Дина.

— Послушайте же наконец меня! — отчаянно заорала Наталка.

— Мы тебя слушаем, слушаем! — ласково сказал Харитоныч, делая знаки Петруше заходить сзади. — Ты, главное, не волнуйся…

— У нас есть деньги! У нас есть пятьсот тысяч долларов!

— Все, — обреченно вздохнула Диана. — Мы ее потеряли. Чокнулась.

— Вот моя сберкнижка! Комар перевел нам все обещанные деньги!

— Дай сюда! — недоверчиво сказала Диана и почти вырвала книжку из ее пальцев. — Срань господня!.. И ты до сих пор молчала?

— Вы же не хотели меня слушать! А потом… Меня отвлекли личные обстоятельства…

— Ексель-моксель! — воскликнул Петр. — Ты же сказала тогда, что ничего нет! Ну вы, бабы, и притворщицы!

Он попытался вытянуть книжку из рук Дианы, за что тут же пребольно получил по пальцам.

— Это Комар меня надоумил… — смущенно улыбнулась Наташа. — Когда написал, чтобы я не была дурой. Я только у кассы поняла, что он хотел этим сказать…

— Покажи! — сурово потребовал Харитоныч.

— И мне! И мне! — закричала Женька.

— Сначала взрослым! Деньги детям вредно!

— Не лапать! Только из моих рук! — рявкнула Диана; не выпуская книжку, и Харитоныч, поворчав, согласился.

Он придирчиво рассмотрел пропечатанные принтером цифры, сверил с записью операционистки, уточнил дату и время поступления вклада. Потом сосчитал нули и сурово спросил Наталью:

— А где остальные? Здесь должно быть пять миллионов!

— Харитоныч, — одернула его Диана, — ты становишься похожим на свой портрет! Это Диггер хотел пять миллионов.

— Портрет, портрет… Может, это и есть мое истинное лицо. Я хочу свои сто тысяч! Немедленно!

— И я! — запрыгала вокруг него Женька. — И я! И я!

— Фигос под нос! — сказала Диана словами Женьки и проворно сунула книжку за пазуху. — Петруша! Охраняй меня!

— А!.. — отчаянно вскричал Харитоныч. — Опять начинается! Я больше этого не вынесу!

— Харитоныч! — торжественно заявила Диана. — Ребята! Я вам обещаю! Через год каждый из вас получит свою долю, если захочет! У нас будет свое дело! Мы станем состоятельными людьми честным путем!

Словно в подтверждение ее слов с темного неба грянул громовой раскат такой силы, что в окнах домов задребезжали стекла.

— Не обманешь? — точно ребенок, спросил Харитоныч.

— Никогда! Не будем терять времени. Мы с Наталочкой поедем еще раз в банк и быстренько переведем деньги на счета фирмы «Мойдодыр». Петруша с Харитонычем отправятся на Волхонку, поэтому адресу, заберут из гаража наше оборудование. Это нам подарок от Гоши и его друзей. А Женька… Пусть шлепает к нам? После побега не стоит ей разгуливать по улицам.

— Да, Женюра! — подтвердил Петруша. — Скажи моей маманьке, чтобы накормила тебя и вымыла как следует. Я скоро буду! Ты все поняла?

— Да все, все… — сказала Женька и сморщилась. — Запарили воспитанием…

— Все, разбежались! — приказала Диана.

Харитоныч покорно побрел было за Петрушей, но вдруг остановился и ударил себя ладонью в лоб.

— Стойте! Стойте… Какой сегодня день?

— Суббота, кажется… — неуверенно ответила Диана.

— Барбидоша! Диночка! Дай мне пятьсот долларов, пожалуйста! Мне очень нужно для одного важного дела! Мой друг… Он по глупости может лишиться места! Я не вру, честное слово!

Диана подозрительно посмотрела в честные глаза эксперта, покачала укоризненно головой и отсчитала ему нужную сумму.

— Теперь все?

— Да! То есть, нет. Придумай, пожалуйста, как можно использовать десятка три пароварок. Это такие большие кастрюли… Ты их у меня видела. Теперь все.

— Будьте осторожнее! — крикнул Петр.

Они побежали к остановке, оглядываясь, и вскоре плотная стена дождя скрыла их из виду.

Диана и Наташа, отфыркиваясь, точно тюлени, проводили Женьку до подъезда дома Петруши. Едва они ушли, Женя пожала плечами, развернулась и тихонько направилась за ними, прячась в тени. Улицы были пусты. Люди прятались под навесами рынков и остановок. Вдоль дорог и тротуаров с журчанием неслись потоки воды. Машины медленно проплывали по проспекту, словно океанские лайнеры, оставляя за собой расходившиеся волны. Дождь хлестал вовсю, но в просвет между тучами вдруг выглянуло и засияло солнце.

— Давай тормознем частника, — предложила Диана, вытирая мокрое лицо. — Я уже промокла до трусов.

Девушки, выглядевшие голыми в мокрых футболках и шортах, остановились у обочины. Первая же машина мигнула подфарником и, рассекая лужи, свернула к поребрику.

— Черт! — выругалась Диана и хлопнула себя по бедру. — Опять армяшка! Ну, я ему покажу…

Она шагнула к серой «вольво», но выглянувший из окошка пухлый немолодой кавказец вдруг поморщился и отрицательно замотал головой, запрещая садиться в машину. Потом слащаво улыбнулся, сощурился и ласково поманил согнутым пальцем растерявшуюся Наташку.

— Не поняла… — растерялась Диана. — Это он тебя зовет. Слушай, со мной что-то не в порядке? Я плохо выгляжу?

Беспомощно оправляя волосы, разглаживая пальцами на груди мокрую футболку, Дина обернулась к витрине магазина и начала пристально разглядывать свое отражение. Наталья, торжествующе улыбнулась и поспешила утешать подругу.

Женя расхохоталась и тут же спряталась за угол дома, чтобы ее не заметили. Насмеявшись вдоволь, она осторожно выглянула, но Дины с Наташкой уже не было на обочине.

Дождь кончился. Засияло солнце. Женька отжала мокрые рыжие волосы, никого не стесняясь, выкрутила футболку и приспущенные шорты, размазала грязь по лицу и побежала вперед, прыгая через огромные лужи. Она была свободна, как ветер.

44
{"b":"6098","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Morbus Dei. Зарождение
Конец Смуты
Я вас люблю – терпите!
Земля лишних. Последний борт на Одессу
Поколение селфи. Кто такие миллениалы и как найти с ними общий язык
Роман с феей
Интимная гимнастика для женщин
Академия Грейс
Связанные судьбой