ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Оставалось только ждать. Ждать просто так было скучно. Серега взял любимого Маяковского и стал наслаждаться самой взрывной поэзией русской литературы. В квартире выше этажом плакала женщина, слышались звук бьющейся посуды, мат, глухие звуки ударов по телу и звонкие — по лицу. Кирилл Самсонов, здоровенный портовый грузчик, «учил» жизни свою жену Тамару.

Раньше Серега только посмеивался. Боевые семейные будни. Но сегодня ему вдруг стало жалко Тамарку. Она и так не знает, как одеться, чтобы скрыть синяки и ссадины. Убьет же когда-нибудь! В последнее время Серега на многие вещи стал смотреть иначе.

Он сел на кровати. Погоди, Самсон! Будет тебе фонтан — Большой каскад!

Из подручных средств и пищевых продуктов Се-рега за пару часов составил взрывпакет, не очень компактный, но для этого борова сойдет. На работу он уходит первым, Тамарка после него…

Ровно в шесть часов утра весь дом был разбужен громким взрывом. Соседи, повыскакивавшие из своих квартир, увидели на четвертом этаже в клубах дыма огромную окаменевшую фигуру Самсонова. Портовый грузчик напоминал новогоднюю елку-палку. Одежда с него облетела, только какие-то цветастые лоскутки и ленточки свисали с его головы. Округлая, мясистая физиономия была перепачкана в копоти и еще в чем-то красном. Соседка Серафима Павловна всем потом говорила, что это был кетчуп «Буль Тимор» с укропом.

К лестничным перилам проволокой была прикручена картонка, на которой были намалеваны следующие слова: «Жирний сабака! Будешь бить жэнщина, будешь разрываться! Комитет защиты террористок-смертниц от насилия».

Самсонов стоял, боясь шевелиться, широко расставив ноги, и только повторял: «Чего это, а?.. Чего это?..» Вниз по ступенькам бежал веселый теплый ручеек. У каждого человека есть такая маленькая противопожарная система. Собака с милицией приезжала, обнюхала все углы, слизала остатки кетчупа и отбыла обратно. Кирилла показали в вечерних новостях, после чего Самсонов стал на редкость задумчив и тих. Хватило одного китайского предупреждения, побои прекратились.

Прошло четыре дня после теракта, учиненного в квартире соседей.

Серега гулял по городу, сидел дома перед телевизором, изредка читал, в общем — бездельничал от всей души. В конце концов, это ожидание начало действовать ему на нервы.

Наконец, вечером четвертого дня, когда он с бутылкой «Пепси» (невиданное дело!) смотрел по телевизору «Вспомнить все» со Шварценеггером, лежавшая на столе трубка вдруг запикала. Серега вскочил с дивана и, немного волнуясь, сказал:

— Але!

— Здравствуйте, Сергей, — прозвучал в трубке голос Тимура.

— Здравствуйте, — ответил Серега. — А я думал, вы меня будете Джокером называть.

— Джокером?! Ясно теперь, что вы там такое изобразили. А у нас на складе голову ломали, что у вас последним пунктом в списке значится. Думали. Может, вам кукла какая нужна, Буратино что ли? А это, что-то вроде, вашей подписи.

— Вы же сами дали мне кличку Джокер.

— Ладно, Сергей, чем вы сейчас занимаетесь?

— Кино смотрю, Маяковского читаю…

— Кого? Маяковского? А вы случайно не….

— Нет, я завязал, то есть ни-ни. Как обещал. Просто люблю Маяковского.

— Хорошо. Маяковский — это наш поэт. Но дочитывать будете потом. Настало время «Ч»…

— И час «Д», — брякнул Серега.

— Перестаньте меня сбивать, в конце концов. Итак, все необходимое уже на базе. Так что собирайтесь, сейчас за вами заедет Михаил.

— Хорошо, — ответил Серега, — а что брать-то?

— Зубной щетки будет достаточно. Будьте на мосту через полчаса.

— Есть, — ответил Серега, отключил трубку и остался доволен собой.

Он понял, что некоторое время он будет находиться неизвестно где, и быстренько покидал в старый портфель некоторое количество трусов и носков, две футболки, мыло, полотенце, зубную щетку и дорогую пасту «Бленд-а-мед», купленную им под влиянием телевизионной рекламы. Когда он подходил к мосту через Смородинку, рядом с ним остановился «Жигуль», открылась правая передняя дверь, и Серега увидел сидевшего за рулем и улыбавшегося, как всегда, Михаила.

— Привет! — сказал тот и похлопал рукой по сиденью.

— Привет! — ответил Серега, садясь в машину и захлопывая дверь.

Портфельчик он закинул на заднее сиденье.

— Наденьте, пожалуйста, эти очки, — сказал Михаил и протянул Сереге какие-то крутые темные очки, напоминающие очки сварщика.

Очки оказались абсолютно непрозрачными. Мало того, они идеально облегали виски, и по бокам тоже не было видно совершенно ничего.

— Зачем так сложно? — сказал он.

Михаил засмеялся и сказал:

— Посудите сами, что скажут люди, если вы будете ехать с завязанными глазами.

— Или в маске сварщика, — поддакнул Серега, — понимаю: конспирация — мать…

Чего мать — Серега так и не придумал. Конспирация так и осталась просто матерью.

— Меньше знаешь — крепче спишь. Знаний меньше — морда шире. Так? — спросил Серега.

— Совершенно верно, — ответил Михаил.

Серега кивнул и вытащил сигареты.

— Давай я прикурю, — заботливо произнес Михаил, забрал у Серега пачку и через несколько секунд вернул зажженную сигарету. Можно сказать, побратались как индейцы. Михаил даже рассказал ему анекдот времен перестройки про свое ведомство:

— В комитете госбезопасности идет партсобрание. Секретарь парткома выступает с речью о том, что надо более активно и критически выносить на обсуждение острые вопросы. Вдохновленный речью, с места поднялся молодой лейтенант:

— Товарищи! Наболело уже, не могу молчать! До каких пор жена и теща генерала будут использовать служебную машину для поездок по магазинам?!

На следующий день лейтенанта вызвал генерал:

— Мне очень понравилось ваше выступление вчера на собрании. Я вижу, что вы — бескомпромиссный человек, честная натура. Вы заслужили повышение по службе. Мы решили послать вас в Уругвайскую пустыню нашим резидентом.

— Но у меня здесь молодая жена, — возразил офицер, — в конце концов, я не знаю тамошнего языка. — Кстати, о языке, товарищ лейтенант… По легенде вы будете глухонемым, поэтому язык мы вам вырежем еще здесь.

Машина ехала неизвестно куда, но Серега не беспокоился. Надо — значит надо. Он думал об этих веселых, аккуратных и благополучных ребятах, занимающихся такими важными и интересными делами. Он немного завидовал им, но теперь понимал, что и его приняли в эту игру как своего.

Ну, положим, еще не совсем как своего, но Серега докажет им, что такие, как он, им нужны и просто так на улице не валяются. И тут же вспомнил, как неоднократно валялся на улице, не в силах дойти до дома из «В Два Щёта». Но это было уже в далеком и невозвратном прошлом. И это была чья-то чужая жизнь.

Они ехали около часа, и, когда, наконец, под колесами почувствовалась грунтовка, Михаил разрешил снять очки.

Серега тут же сильно зажмурился. После часа темноты синее вечернее небо и красное солнце, опустившееся к самому горизонту, слепили его. Машина, покачиваясь, неторопливо катилась по извилистой загородной дороге. Стекла были опущены, и Серега с удовольствием вдыхал чистый воздух хвойного леса; с другой стороны почти до горизонта уходило поле, на котором росло непонятно что.

— Ну что, — сказал Михаил, — спорим, что не угадаете, где мы находимся?

Серега посмотрел вокруг и ответил:

— Могу сказать точно, что не Чечня и не Афган.

— Почти приехали, — сообщил Михаил, сворачивая на малозаметную дорогу, уходящую в лес.

Минут пять машина, раскачиваясь и переваливая через пересекающие дорогу толстые корни растущих вдоль нее сосен и елей, ехала по лесу. Наконец Серега увидел сплошную бетонную стену вышиной метров пять. На стене черной краской было написано: «Осторожно, могильник сибирской язвы!»

Дорога упиралась в глухие железные ворота, над которыми торчала телекамера.

Ворота раскрылись, и «Жигуль» въехал на территорию спецбазы.

Машина, проехав метров сто, остановилась у светлого ангара, построенного из современных материалов.

18
{"b":"6099","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Призрак
Эхо прошлого. Книга 1. Новые испытания
Бессмертники
Благодарный позвоночник. Как навсегда избавить его от боли. Домашняя кинезиология
Тень горы
Венец демона
Битва полчищ
Аромат невинности. Дыхание жизни
Ждите неожиданного