ЛитМир - Электронная Библиотека

Встреть его бывшие кореша после операции, они б его не признали, могла выдать только манера говорить. Витя Указов, он же Челнок, страдал словесным поносом, употребляя только феню, смешанную с матерщиной, взвизгивая своим тонким голосом при возбуждении. Маэстро и здесь переучивался — говорил теперь глухо, стараясь, когда требуется, употреблять правильную речь. Завершающей деталью его перевоплощения стали длинные волосы, спускающиеся едва ли не до плеч.

Чтобы прощупать последние настроения Нодара, Маэстро позвонил ему и начал с расстановкой:

— Здоровенько, Нодар. Как жизнь крутится?!

— Здорово. Да, вроде, пока жистянка радует, — притворялся неунывающим Нодар.

— Нет ли вестей от земляков?! — уточнял о грузинской автопартии Маэстро.

— Пока нет, но скоро будут.

— Лады. Что-то давно не слышно о Вахтанге да Соне, — небрежно сказал Маэстро, хитря.

— А тебе зачем? — дружелюбно откликнулся не менее хитрый грузин. — Сам туда не ездишь, вообще людям на глаза не показываешься.

Последнее замечание Маэстро будто бы не расслышал, а на вопрос вынужден был среагировать:

— Вадик мой много крутого об их хате рассказывал. Молодой. Но и он чего-то в последнее время в дела ушел, не до телок.

Нодар будто бы не обратил внимания на упоминание о Вадике, ответил рассеянно:

— Да я толком о Вахтанге и не знаю, сам у него не бываю. У каждого свой бизнес.

— Ну да. Рад был тебя слышать, Нодар. Хорошо, когда нет проблем, — все-таки цеплял, провоцируя его, Маэстро.

Грузин не поддался.

— Ага. Будь здоров, дорогой.

Маэстро положил трубку и усмехнулся. Неизменным на его лице остался только рыскающий взгляд странных, будто бы пестрых, глаз. Он зорко втыкал зрачки в пространство, представляя себе тигриный прищур Нодара, которого знал еще в бытность свою Челноком.

Взмахом головы Маэстро откинул назад длинные подсыхающие волосы, еще раз усмехнулся. Потом вспомнил, что после тренировки полезно выпить стаканчик молока, и пошел за ним к холодильнику на кухне.

* * *

Нодар, насторожившись после звонка Маэстро, решил подвести итог своих переговоров с Сонькой Медью и набрал номер телефона секс-хаты. Взявшему трубку Вахтангу сказал приветливо:

— Здравствуй, кацо.

— Добрый день, батоно Нодар, — ответствовал Вах.

— Слушай меня внимательно, земляк. Сонька права качать приходила, хочет на вашей хате верх взять. Я навел туману, что подумаю, мол, по этому вопросу. А ты тем временем делай так, чтобы без Соньки обходиться.

— Что ты имеешь в виду, Нодар?

— То же, что эта дэвушка в отношении тебя задумала. Она хочет, чтобы я тебя убрал, а сама полной хозяйкой хаты быть. А я хочу Соньку выгнать, но справишься ли ты один?!

Он имел в виду поставку живого товара.

Вахтанг задумчиво проговорил:

— Справлюсь, конечно, если Нюську подвяжу. Сонька ленивой стала, в последнее время телок Нюська больше уговаривала.

— Тем более, кацо. Зачем тебе эта рыжая лярва? Она под Маэстро давно подставляется. Надо порядок наводить. Но и ты не борзей. Я знаю, что неугодных телок мочишь. Этого ни в коем случае больше быть не должно.

Вахтанг воскликнул:

— Извини, Нодар. Немножко перебарщивал.

— Вот-вот. Зачем такие дела в заведении, куда люди отдыхать приходят?! И «пежо» почему ты от Маэстро взял?

— Да Сонька сговорила — для укрепления контакта по поставке клиентов.

— Видишь, а мне по-другому она это объяснила. Слишком крутой стала, прошмандовка. Ты давай, решай с Нюськой.

— Да что решать, Нодар? Уже решил. А если Нюська откажется без маханши работать, других помощников найду.

— А это еще лучше бы было, Вахтанг. Зачем и мне, и тебе вонючий дух таких мокрохвостых?! Подумай, перестрой организацию своего бизнеса. Все это теперь будут только твои проблемы. А я со своей стороны, когда надо, Соньке свое последнее слово скажу. Но пока круто концы рубить не будем. Мне с Маэстро требуется дотянуть одно дело, а потом я и его на место ставить буду.

— Спасибо за все, батоно Нодар, — с глубоким почтением попрощался Вах.

Соньки дома не было, а в спальне валялась на кровати в халате Нюська. Вахтанг вошел к ней, присел в кресло и начал издалека:

— Где Соня шатается? Мы сейчас пустые, надо новый набор продумывать. Есть какие-то планы? Нюська привстала, облокотившись спиной о высокие подушки.

— Ничего она не говорила. Да и стремной мать стала, как ты ее побил. Разговаривать о делах не хочет.

Вахтанг насупил кусты бровей.

— Погорячился я немножко. Это у любого мужчины бывает. Соня последнее время меня в грош не ставила… Но дело-то надо делать. У тебя, Нюся, наколки есть?

Нюська бойко взмахнула веерами ресниц.

— На дело надо идти, наколки и появятся. Я всегда готовая, ждала, чтоб мать успокоилась.

Длинно посмотрел на нее Вах и отечески произнес:

— Что тебе мать?! Ты уже взрослая, деловая, пора подумать о своей судьбе, Нюся.

Та иронически зыркнула синью глаз.

— Да куда мне?! Вы с ней обо всем думаете.

Вахтанг сокрушенно произнес:

— Расходятся наши дороги с Соней. Она моих побоев не забудет, а мне надоело, как она все время Маэстро подмахивает. Придется тебе, Нюся, самостоятельно решать, на чью сторону встать.

Нюська, хотя постоянно ругалась с Сонькой и высмеивала ее, была неспособна на измену матери. Она, внешне совершенно распущенная, по сути оставалась недоразвитой девочкой, психика и душа которой замерли в развитии в те тринадцать лет, когда Вахтанг растлил ее.

По эмоциональной тупости, бесчувственности девушка была подобием Вадика, но в одинокие ночи она думала иногда о матери не как о Соньке Меди. И тогда плакала, задыхаясь от гнусных запахов, въевшихся в ее постель. Поэтому, мгновенно поняв, что Вах решил отделаться от Соньки, она лишь притворилась его союзницей, озабоченно сказав:

— На чью сторону? А какая у матери сторона? Она всем недовольна. С ней дело делать уже давно невозможно. Наверно, считает: так заработалась, что пора лишь бабки за чужие труды снимать.

— Вот именно, клянусь могилой мамы! — горячо поддакнул Вах. — Я ж в курсе, что в основном ты телок бомбишь, а Сонька лишь хвост распускает. А здесь я больше кручусь: шоу-программа и все такое. Соньке-то что осталось? Лишь передок иногда подставлять? Так на это любая уличная способна. Ну и зачем нам Сонька? Без нее обойдемся. Пускай отдыхает, а ты сама на набор телок встанешь. Что скажешь?

Нюська покрутила глазами, для видимости ответила неуверенно:

— Одной-то непривычно. Все ж-таки мать всегда прикрывала.

— Да бери себе в помощницы кого хочешь! Нужен парень, парня бери. У тебя что, выбрать не из кого?

Вахтанг имел в виду круг ее всевозможных знакомых из московских молодежных тусовок, где Нюська, выдавая себя за юную киноартистку, была одной из заводил.

— Надо подумать, присмотреться, — хитрила Нюська, чтобы оттянуть время расправы Ваха с матерью, которая, она не сомневалась, наверняка что-то придумает в «обратку», когда узнает о замыслах грузина.

— А я тебя, Нюся, не тороплю. Подбери команду, покажи мне нужных тебе людей. Но Соньке о нашем разговоре ни слова. Сильно я на тебя обижусь, если сдашь.

Вахтанг сжал свои короткопалые мохнатые кулаки, которыми он недавно бил Соньку в живот, а ногами — по почкам, чтобы не изуродовать ее лицо, необходимое для постельных работ.

Потом он расслабил руки, приподнялся и прилег рядом с Нюськой. Приспустил брюки, чтобы она в роли робкой школьницы разожгла у него между ног.

Нюська скинула халат и изощренно прошлась там касаниями тонких пальцев и легкими поцелуями. Лежа, Вах посадил ее бедрами себе на член. Любуясь на разлет девичьих грудей, танцующих над ним от Нюськиных насаживаний, он ждал сладостной остроты подступающего оргазма.

Когда это почувствовал, сдвинул Нюську на постель. Она с пониманием встала на локти и колени, выгнув вверх ягодицы. Вахтанг достал из тумбочки вазелин, встал, взявшись за Нюськины бедра. Смазал вазелином ее задний проход и горячо воткнулся туда.

47
{"b":"6101","o":1}