ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Окаянный
Михайловская дева
Метро 2033: Нас больше нет
Как учиться на отлично? Уникальная методика Рона Фрая
Силиконовая надежда
Сверхъестественный разум. Как обычные люди делают невозможное с помощью силы подсознания
Ненависть. Хроники русофобии
Тайна Голубиной книги
Креативный вид. Как стремление к творчеству меняет мир

— Тебе виднее, — подыграл ему Сергей.

Они распрощались. Кострецов зашагал домой, чтобы надеть для следующего рабочего визита свой лучший костюм.

* * *

Жил опер в Архангельском переулке, бывшем Телеграфном, выходящем на Чистые пруды церковью, известной в народе как Меншикова башня. Обитал Кострецов на дальнем его конце в старинном доме, где отстоял у «нового русского» хозяина их былой громадной коммуналки комнату с кухонькой, туалетом и ванной.

Вынужден был теперь Кострецов забираться к себе через бывший черный ход, по которому обычные жильцы не ходили. Но это капитану было, скорее, на руку.

Сергей зашел к себе, открыл шкаф, чтобы одеться для похода в Союз театральных деятелей. Собственно, костюм на шикарные случаи был у Кострецова один, зато не пожалел он на него ни скудной своей зарплаты, ни премиальных. Приобрел двойку парижского пошива, со всеми приметами высшего класса, вплоть до элегантных крылышек от пота на подкладке в районе подмышек. Имелась к костюму и парочка карденовских сорочек, а также носки по немыслимой цене. Были и породистые ботинки, с которых по большей части приходилось капитану лишь обдувать пыль.

Над галстуками, собственно, Сергею тоже не приходилось долго ломать голову. Их было три, все шелковые, в тон костюму. После недолгого раздумия остановился на том, что дольше других не повязывал.

Кострецов подумал, что к такому костюму ему б иномарка не помешала, чтоб подкатить на ней небрежно. Можно было б напрокат и ее раздобыть. Да ладно.

Столько пыли в глаза, и вдруг да попусту? Проведем сначала разведку, а уже потом…

Ловить зазевавшихся в СТД капитан собирался на самый закаленный крючок — финансовый.

* * *

Кострецов подъехал к парадной здания СТД на Страстном бульваре в такси. Зашел в него и направился по коридорам, посматривая на таблички кабинетов.

Ага, вот то что надо: «Главный бухгалтер С. В. Быловский». Можно начинать и отсюда.

Сергей без стука отворил дверь, уверенно зашел в комнату и поглядел на хозяина. Мужчина лет пятидесяти, с густыми неседыми волосами, лихо подкрученными усами, поднял на него внимательные глаза.

— Добрый день, — сказал капитан, присаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу. — Сукнин Иван Афанасьевич у вас был?

— Нет, — ответил главбух. — А кто это такой?

— Сукнин — мой хозяин. Он собирался побеседовать с кем-нибудь из финансистов вашей организации.

— Не был. А что у него за дело?

— Сукнин — крупный самарский предприниматель. Хочет Иван Афанасьич спонсорские деньги вложить в какой-нибудь московский театр.

Любезно светя карими глазами с полной физиономии, главбух представился:

— Семен Викторович Быловский.

— А меня можно просто — Сергей. Я у Сукнина вроде секретаря.

Быловский словно учуял настоящую профессию Кострецова и уточнил:

— Охраняете?

— Телохранитель у него другой. А я на подхвате по менеджерской части. И билеты на самолет беру, и в гостинице шефа обустраиваю, да масса дел… Сегодня с Иваном Афанасьичем разминулись, а собирался он к вам. Извините. — Сергей поднялся, делая вид, что собирается уходить.

— Сидите, сидите! — воскликнул Быловский. — Может, ваш шеф через несколько минут и появится. А почему, интересно, он решил московскому театру помочь?! В Самаре же свои театральные учреждения есть.

Кострецов уселся поудобнее.

— Имеются. Но подай Афанасьичу столичный театр… Мы в Москве на несколько дней, потом на бархатный сезон летим отдохнуть в Ниццу. Любо шефу здесь в театре благодетелем побыть. Вокруг артистки и все такое.

Быловский качнул пиками ухоженных усов, ласково улыбнулся.

— К такому спонсору в любом театре уважение. Ивану Афанасьевичу сколько лет?

— Да, наверное, ровесник вам.

— О-о, — протянул многозначительно главбух, — самый возраст, чтобы хорошо понимать прим сцены, и особенно молодых, многообещающих во всех отношениях.

Кострецов с возбуждением проговорил:

— Мы, волжские, все по-старинному стараемся. Вот Островский в пьесах купечество описывал. Загляденье! Должны и современные богатые люди меценатами русскому искусству быть.

— А не чувствуется у вас, Сергей, волжского акцента, — произнес въедливый главбух.

— Обтесался, — скромно ответил капитан. — Учился в московском вузе, даже женат на москвичке был. Но не прижился у вас, потом Сукнин позвал.

— А где учились? — очень вежливо продолжил Быловский.

Кострецов мрачно взглянул.

— Господин Быловский, вы не очень много вопросов задаете? Дальше, возможно, поинтересуетесь, как Сукнин свои капиталы заработал?

Быловский даже привскочил, дернул обеими щеками.

— Сергей, да что вы?! Только для поддержки хорошего разговора. Пиво холодное будете?

Не слушая ответа, Семен Викторович выхватил из небольшого холодильника у стола пивную банку и протянул Кострецову. Тот открыл и стал пить. Достал главбух и себе.

Быловский, прихлебывая, наблюдал за Сергеем. Вдруг озарился широкой улыбкой, отчего стрелы усов поползли едва ли не к ушам, и призвал:

— Давайте на «ты»!

— Для брудершафта коньяк надо пить, — солидно бросил Кострецов.

Семен Викторович моментально водрузил на стол французский коньяк, две рюмки, блюдечко с мгновенно порезанными дольками лимона. Разлил.

Они подняли рюмки, зацепились руками, выпили и поцеловались.

— Так-то оно попроще, Сергей, — произнес Быловский, со вкусом набивая за щеки лимон. — Давай еще по одной.

Снова выпили.

— Сеня, — блестя глазами, сказал Кострецов, — давно я в Москве не был. А жизнь, гляжу, у вас все круче и круче. Ночные клубы, казино одно на другом.

— Любишь эти заведения?

— А как ты думал?! Когда нищим студентом тут скитался, а потом бедным родственником, только слюнки текли. Но нынче с Афанасьичем оттянемся здесь как надо. Да куда ж он запропастился? — Сергей посмотрел на часы.

— Посиди, выпей, не торопись, — проговорил главбух и снова налил.

Капитан оглянулся на дверь.

— Ничего, что в рабочее время мы тут закладываем?

— Ничего-о, люди кругом театральные, к этому хорошо привычные. Да и как мне такого парня не угостить?! Зайдет твой шеф, и ему поднесем.

— Да уж вряд ли сегодня он здесь появится. В Москве дел по горло. Время-то уж к концу дня. А я не зря сюда зашел. Доложу Афанасьичу, в следующий раз с ним прямо к тебе.

Главбух подправил усы, пристально поглядел на капитана.

— Что ж, так и пойдешь?

— Как? — с провинциальным недоумением осведомился Сергей.

— Да несолоно хлебавши. Это не по-старинному, не по-московски, раз ты Островского уважаешь. Надо нам теперь как следует выпить и закусить. Я приглашаю.

Сергей поерзал в кресле.

— С Афанасьичем надо бы связаться. Может, я ему требуюсь. Хотя… Мы с ним сегодня так и так запланировали вечер на развлечения. В таком деле обойдется и без меня.

— Ну! Это и по-волжски, и по-московски. Гуляем.

Быловский поднялся, простер руку в сторону загорающегося вечерними огнями Страстного бульвара.

— Вперед!

Тертому финансисту уже виделся кейс с приличной суммой денег, которые с пользой для СТД можно будет употребить, да и себе отщипнуть малую толику.

* * *

Они вышли на улицу к машине Быловского. Сеня сел за руль, развернулся по бульвару и поехал вниз по Петровке.

— Уважаю ресторан «Серебряный век», — объяснял он. — Это на территории бывших Центральных бань, напротив «Метрополя». Его и литераторы облюбовали, премию «Антибукер» там празднуют. Есть там и хорошее казино.

Он вывел машину на Охотный ряд и вскоре завернул во двор старинных зданий, который начинался с подъездов «Серебряного века».

Когда выходили из машины, Сеня глянул на припаркованные авто и воскликнул:

— Вахтанг уже здесь! Зачастил сюда, как на работу.

Он указал на красный «пежо». Кострецов смотрел на «пежо» и не верил своим глазам. Точно такая иномарка была угнана от «Современника»! Он вгляделся: почти наверняка она, — вмятина на правом крыле, чуть треснуто лобовое стекло… Капитан хорошо запомнил описание того «пежо», потому что машина фигурировала первой в списке угнанных, и еще оттого, что была красного цвета. Обычно «пежо» красят в более спокойные, темные тона.

5
{"b":"6101","o":1}