ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— А что это такое, печать Соломона? — спросил Мишка.

— Редкий артефакт, перстень с магической формулой и рисунком, как правило, им запечатывают бутылки с томящимися в плену стариками хоттабычами…

— А попроще?

— Ну, думаю, можно нарисовать обычную красноармейскую звезду!

У нас над головами закружила парочка грифов, но я подумала, что это еще не повод писать завещание. Застенчиво улыбаясь стражникам, мы быстренько встали в конце очереди, циклопы поколебались, но вскоре отвлеклись на осмотр мешков одной джиннии в парандже.

— И эта звезда по-прежнему действует на джиннов? — на всякий случай уточнил Мишка у Акисы.

— Да, о интересующийся историей, это на редкость разумная мысль для Аглаи! Ведь сам Аллах Всемогущий дал Соломону власть над сонмищем джиннов. И даже изображение царя, начертанное где и чем угодно, имеет над нами большую власть. Слава Всевышнему, что истинная печать могущественного, благочестивого и мудрого нашего властелина Соломона давно утрачена… Хотя рисунок может сработать.

Если бы я вспомнила про чудесный перстень еврейского царя раньше, не позволила бы джиннии подшучивать и издеваться над собой все это время. Она бы у меня как шелковая ходила…

— Тогда сначала заговариваем стражникам зубы пророчествами и заклинаниями, после чего показываем им наши звезды. Вместе это будет еще убедительнее. Хорошо, что всегда ношу в кармане ручку.

Миша быстро нарисовал на левой ладони звезду. После чего изобразил то же самое на моей руке.

— К сожалению, не помню, как точно выглядит печать, — немного нервно заметила я, бросив взгляд на стражника-циклопа с кольцом в ухе, подозрительно уставившегося на нас — Но абсолютно точно уверена, что вокруг звезды не было написано «К юбилею российской милиции»!

— Это тайные магические руны, я их сам придумал, — проворчал Миша. — Наверняка они не умеют читать по-русски, а непонятное как раз может их напугать.

— И надеюсь, к нам не придерутся, что они не написаны собственной кровью или не вырезаны автогеном прямо по коже, — продолжала я.

— По-моему, это тебе лишь бы придраться, — раздраженно отвернулся Мишка. Ой, да ну и пожалуйста, какие мы нежные… Что я такого спросила-то?!

Оставшуюся очередь мы достояли молча, джиннии тоже не было слышно: или соблюдает конспирацию, или исчезла, но ведь у ворот чары все равно испарятся и она станет видимой. Я засмотрелась на узоры по бирюзовой майолике, что опоясывала круглую башню поблизости от нас, такие оборонительные сооружения шли через каждые тридцать метров стены. Веселенький узорчик, похожий на обои у нас на кухне…

— Ай, это правда твоя портрет? Эт ты так говорищ, но тут у тебя целых три головы, — зловредным тоном прогрохотал циклоп, держа между пальцев с длинными загнутыми когтями квадратную картонку и переводя прищуренный взгляд с нее на проходящее фейсконтроль существо.

— Это я до болезни, — обиженно моргая, пояснил Миленький джинн с двумя головами.

В очереди на нас косились, ядовито перешептываясь за спиной, но главное, не трогали и не приставали с расспросами. Какие они добрые, может, все-таки зря нас пугали Акиса с Симурхом, и к людям здесь относятся не так ужасно? Хотя потом оказалось, что все предвкушали тот момент, когда дело наконец дойдет до нас. Но Миша, как настоящий милиционер, затылком почуял угрозу и приступил к выполнению плана, так как мы уже были следующими.

— Жить хочешь, делай как я, — шепнул он мне и вдруг завыл, выкатив глаза:

— Дрожите все, ибо мы Зло, пришедшее из глубин джаханама!

— Ты с ума сошел?! — просипела я, покраснев от стыда. — Прекрати сейчас же!

— Какой позор, Ночной Дозо-ор! — окончательно добил он меня, причем очень убедительно изображая пляску святого Витта.

Я попыталась отодвинуться от своего сумасшедшего соседа и сделать вид, что мы незнакомы, но это не сработало, все с ужасом и любопытством смотрели и на меня тоже. Только тут я поняла, что это он выкидывает: мы же эти, как их, шаиры, бродячие заклинатели и юродивые. Но имели ли они в своих рядах женщин, вот вопрос…

Глава тридцать вторая, ПСИХИЧЕСКАЯ

— Ай-ай, щито там за шум подняли? — грозно выкрикнул один из привратников и, обогнув стоящего впереди и загораживающего нас джинна с квадратной спиной, сурово встал перед «возмутителем спокойствия».

— Зашем хулиганити? — требовательно вопросил он. Я бросила взгляд по сторонам в тщетной надежде на помощь. Разумеется, помогать никто не рвался… Акиса все еще не обрела телесную оболочку, ее было не видно и не слышно, зато рядом возникла явно пытающаяся пролезть без очереди какая-то сутулая наглая джинния в парандже. Я храбро оттолкнула ее, набрала побольше воздуха в грудь и тонко проверещала:

— Берегитесь, джинны, ибо грядет эра дракона!

— Да она вроде бы уже нагрянула, — пробормотал кто-то в черном клобуке, с синим лицом и горестным взглядом. Стоящие рядом подтверждающе закивали и воззрились на нас в тревожном ожидании. Не поняла, подействовало или не верят…

— Это не шутки, о проклятые грешники, кара небесная да падет на ваши головы! — угрожающе продолжил мой сосед. — Почему пропускная система растает в бюрократическом режиме?! Поцелуй меня везде, восемнадцать мне уже…

Мороз и солнце, день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный?
Пора, красавица, ПОДЪЕМ!!!
Открой сомкнуты негой взоры,
Навстречу северной Авроры,
МЕТНУЛАСЬ С МУСОРНЫМ ВЕДРОМ!!!

— в голос подхватила я. Это даже стало увлекательно. Но только мы разошлись, понемногу подвигаясь к воротам, как веселью пришел конец. Или, по-восточному, полный кирдык…

— У нас безнаказанно такое орать нельзя, именем его чешуйчатого величия Аджи-Дахаки-первого, шахиншаха джиннов и всех пустынных владений с нефтяными месторождениями! Вы заплатите за нарушение порядка и чтение преступных рубаи! — Откуда ни возьмись вырос начальник стражи, представительного вида, разнаряженный как новогодняя елка джинн с висящим на поясе огромным ятаганом. Брови он явно выщипывал и подкрашивал.

— О не ведающий, чьими когтистыми лапами творит сии непотребности, и сейчас я речь веду не о драконе, пропусти нас, истинных спасителей города! А коли не внемлешь моим речам, сгоришь дотла не позднее двух лун! — непонятно что завернула я.

— С чего это вдруг? — усмехнулся джинн, разглядывая маникюр.

— Дракон проведал о гнусностях твоих, о том, как лазил ты в его сокровищницу! То есть, образно говоря, не гнушаешься брать богатую дань и не делишься с начальством! — поправил меня опытный Миша. Видимо, он с первого взгляда определяет взяточников и жулье…

— Схватить проклятых клеветников! — воскликнул начальник стражи, сильно побледнев. Ха, значит, мы попали в цель…

— Это ты будешь проклят навек, если твои люди… э-э… джинны посмеют дотронуться до святых пророков своими нечестивыми руками! — разошелся Мишка, продолжая изображать священный полуприпадок.

— К тому же у нас проказа, — быстро добавила я, гордо улыбаясь и протягивая руки, чтобы продемонстрировать свежий рисуночек.

Стражник, который с явным нежеланием на азиатском лице собирался надеть кандалы мне на руки, отшатнулся, увидев звезду Соломона. Это нам и было нужно, ненавязчиво так дать понять, что с нами лучше обращаться поделикатнее.

— Гасподин нащальник, смотри, еще один грюбый нарушений закона! — С ужасом на лице джинн ткнул пальцем на мою ладонь…

— Щито там, э… тьфу, с кем поведешься… Я хотел сказать, что у нее там? — раздраженно спросил разнаряженный начальник, осторожно глянув через плечо.

— Неправильный татуировк могушиствинный Соломона! — с возмущением в голосе ответил джинн-подчиненный.

— Ага, вижу, вон, второй сбоку луч острей, чем надо, а верхний кривой. Знаете ли вы, что этот символ нельзя изображать с искажениями, это просто кощунственно, в наказание за которое наше мудрое законодательство, составленное великим визирем Крысаддином, предусматривает изощренные пытки до самой смерти!

41
{"b":"6105","o":1}