ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Гридень. Из варяг в греки
Всемирная история высокомерия, спеси и снобизма
Монстролог. Дневники смерти (сборник)
Линкольн в бардо
Роберт Капа. Кровь и вино: вся правда о жизни классика фоторепортажа…
Колыбельная звезд
Ветер на пороге
48 причин, чтобы взять тебя на работу
Хроники одной любви
Содержание  
A
A

— Вот, мой нетерпеливый друг, — с удовлетворением в чересчур громко прозвучавшем среди наступившей тишины голосе возвестил драпск. — Ведьма-рам'ад. Владелица — нет, королева — этого места.

Сада, Сарк застыл как зачарованный при виде фигуры, медленно-медленно выкристаллизовавшейся из дымного воздуха и превратившейся в живую, из плоти и крови женщину, восседающую на черном троне. Но во всеобщей тишине невольно вырвавшийся у клановца вскрик изумления привлек к нему излишнее внимание — несколько ближайших соседей обернулись в его сторону. Барэк взял себя в руки, по-прежнему не сводя глаз со стройной фигуры, облаченной в струящиеся белые одежды.

По мановению изящной руки вновь ярко вспыхнул свет, и шум опять стал оглушительным — клиенты отнеслись к эффектному появлению хозяйки заведения с привычной непринужденностью. Взгляд широко расставленных знающих серых глаз женщины на троне в желтом дыму и всеобщей веселой сумятице встретился с его взглядом.

Происходящее не осталось незамеченным, и посетители расступились, давая ему дорогу. Клановец двинулся вперед, а доброжелатели со всех сторон нашептывали ему на ухо советы — он непременно дал бы достойную отповедь непрошеным советчикам, если бы сама атмосфера этого места не служила чудовищным подтверждением их словам. Поэтому когда садд Сарк очутился у подножия ступеней, ведущих к черному трону, на котором восседала женщина, он почувствовал, что не в силах больше смотреть ей в лицо, и опустил глаза на варварски роскошные драгоценные камни, едва прикрывавшие белоснежную грудь, на сверкающие браслеты, оковывавшие изящные запястья и щиколотки.

Из всех возможных судеб, какие он мог вообразить для своей кузины, из всех мест, где он стал бы искать ее, — мысль о том, что благородная и измученная Сийра может докатиться до игорного притона в провинциальном мирке, где продавалось и покупалось все что угодно без исключений, если только какой-нибудь ловкач не умудрялся стащить это из-под носа у изумленного продавца и покупателя, — такая возможность даже в голову не могла прийти Барэку садд Сарку.

ГЛАВА 1

— Принеси-ка нам чего-нибудь горяченького, Капла. Сомбея, пожалуй, и добавь той пряности, что обычно использует Мерагг… — Я отдавала приказания оживленным тоном, пытаясь собственной деловитой говорливостью компенсировать безмолвную неподвижность моего гостя. Кого-кого, а уж его я здесь увидеть не ожидала.

Служанка сорвалась с места, даже не оглянувшись. Я же не могла отвести глаз от опущенной головы Барэка. Его густые черные волосы были уложены, как всегда, безупречно, несмотря на бушевавшую снаружи непогоду.

Внешне мой кузен ничуть не изменился. Если он посчитал, что потертый плащ и сгорбленные плечи смогут скрыть врожденную надменность клановца, то жестоко ошибся. Его изысканный шарм, подумалось мне, еще сильнее бросается в глаза в таком обрамлении. Странно, что ни один грабитель до сих пор не посягнул на содержимое его карманов. Хотя, возможно, такой нашелся — и извлек урок, что не стоит иногда доверять внешнему впечатлению. Может быть, по клановским стандартам Барэк садд Сарк и был не из самых сильных, но беззащитным его не мог бы назвать никто.

Но что привело его сюда? И именно сейчас? Вопросы, которые я не решалась задать в столь людном месте, роились в моем мозгу.

Я была бы рада видеть своего кузена, если бы не вихрь подозрений, мгновенно поднявшийся в душе. Неужели Совет снова пытается вмешаться в мои планы? Неужели все начнется сначала?

Появились напитки — Капла ловко пронесла их сквозь толпу и поставила на маленький черный поднос, прикрепленный к подлокотнику моего трона.

— Стул для моего гостя, Капла, — велела я. — А потом оставь нас.

Глаза Барэка вскинулись на меня, в них пылал огонь бездны — но он церемонно поднялся на возвышение и уселся рядом со мной на принесенный ему табурет. Ему было явно не по себе, но мой кузен упорно делал вид, будто приятно проводит время, — меня восхитило, как он принял дымящуюся чашку и начал демонстративно разглядывать толкущийся вокруг народ. Я пригубила из своей чашки, совершенно не ощущая вкуса напитка.

— Добро пожаловать, кузен, — произнесла я спокойно — по крайней мере, мне хотелось бы так думать. — Какими судьбами?

Барэк упорно избегал смотреть мне в глаза.

— А ты сама какими судьбами здесь, Сийра? — спросил он странно страдальческим шепотом. — Ты-то что здесь делаешь? Знаешь, как они тебя называют? Что о тебе болтают?

Я рассмеялась, не смогла сдержаться — да и не пыталась. Лупоглазый крупье за ближайшим столиком на миг отвлекся и уставился на меня — и мигом лишился половины сложенных перед ним стопочкой кредитов, которые ловко прикарманила стоявшая рядом с ним дамочка, тут же испарившаяся со своего места.

— Прошу прощения, кузен, — извинилась я, с радостью ухватившись за возможность отвлечься от потрясения, которое вызвало у меня появление Барэка. — Дела.

На миг забыв про клановца, я принялась вглядываться в толпу в поисках той, которую искала. Ага. Легкодоступный разум. Я быстро пригвоздила украдкой пробиравшуюся к выходу злоумышленницу к земле и послала ментальный призыв к тем охранникам, кто находился ближе к ней. Волны понимания начали расходиться от того места, где с безумным видом стояла парализованная моей волей преступница — человек, женщина. Окружавшие ее существа всевозможных рас и видов расступились, и воровка оказалась одна в перекрестье осуждающих глаз. Я с нарочитой неторопливостью встала. Мой охранник тяжело поднялся, держа наготове шок-хлыст. Завсегдатаи «Приюта» выжидающе притихли, а толстощекое лицо крупье буквально источало удовлетворение — фовиане были работники хоть куда, вот только эта их склонность, радуясь, выделять блестящую зеленую слизь… Я была не единственной, кто недовольно поморщился, когда крупье поспешно вытер лицевые железы рукавом. Судя по его заскорузлой одежде, заведение сегодня было в устойчивом выигрыше. Однако его столик, как, собственно, и почти всегда, не пользовался особым вниманием посетителей.

— Можешь обыгрывать меня, если сумеешь, человек, — сказала я в наступившей тишине. — Но воровать у меня не позволено никому. — Я возвратила женщине управление ее телом, и она пошатнулась — но тут же вновь обрела равновесие.

Воровка невозмутимо запустила руку в один из широких рукавов и извлекла оттуда несколько металлических дисков — больше, чем я в тот момент заметила.

— В «Приюте» я встретила достойную соперницу, — произнесла женщина негромким приятным голосом, лишь слегка склонив передо мной голову. Гордости ей было не занимать. Без сомнения — профессиональная воровка, в этом мире таких пруд пруди. — Нельзя обокрасть тех, кого защищает магия.

Я постаралась скрыть улыбку.

— Но дурака обокрасть под силу кому угодно, — возразила я.

При этих словах толпа одобрительно зашумела, а треугольный рот обманутого крупье с тревогой приоткрылся. Я театрально взмахнула рукой, демонстрируя зрителям свой самый знаменитый «магический» трюк. Фигура крупье со свистом испарилась.

— Можешь оставить выигрыш себе, — продолжила я как ни в чем не бывало.

Драпски в другом конце зала радостно загудели. Уличенная воровка подхватила свою добычу и растворилась в толпе. Через минуту в зале вновь стоял ровный гул, как будто ничего и не произошло.

— Куда ты отправила фовианина? — спросил Барэк своим обычным голосом, в котором слышался лишь вежливый интерес и почти ничего больше.

«Так-то лучше», — подумала я.

— На улицу, под дождь, — сообщила я ему еле слышно, не желая, чтобы мои слова достигли еще чьих-либо ушей. — Подобные фокусы идут на пользу бизнесу и не дают крупье мошенничать.

— И развлекают тебя. Именно это держит тебя здесь, кузина? Развлечения?

Пожалуй, я чересчур поспешно заключила, что мой кузен уже взял себя в руки. В его глазах светилось то же непонимание, что и у парализованной воровки.

— Барэк садд Сарк, — проговорила я негромко, добавив к этим простым словам жест приветствия собрата по духу. — Если ты явился сюда исключительно для того, чтобы повидаться со мной, похоже, увиденное не слишком тебя обрадовало.

3
{"b":"6112","o":1}