ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Морган поспешил следом за быстро удаляющейся фигурой своего проводника по узенькой лесной тропке, поглощенный подсчетами, сколько трюфелей в этом сезоне понадобится, чтобы покрыть портовые издержки.

— Ч-шш! — вернуло его на землю раздраженное шипение Премика.

Охотник, вероятно, заметил впереди достойную дичь, а шумные неосторожные шаги Моргана спугнули ее. Джейсон внял предупреждению и перешел на особую походку, которой выучился на другой планете, когда у его дичи были вполне соображающие мозги и оружие, ничуть не уступавшее его собственному.

Шагая за покьюлианином, который временами превращался в мелькающую желто-коричневую тень, не исчезавшую полностью лишь для того, чтобы его спутник не потерялся совсем, Морган снова пустился в размышления. На этот раз они были не о «Лисе» и не о его финансовых проблемах — он вернулся к своим делам, к той игре, что началась почти год назад.

Премик, раса которого была наделена слабенькими ментальными способностями — собственно, именно его дар и заставил покьюлианина выбрать из всех охотников Моргана, — отреагировал на раздумья спутника, покорно пожав плечами и закатив глаза. Человек знал, когда пора сложить с себя излишнее бремя сосредоточенности. А его бесшумные грациозные движения для иномирца были не так уж и плохи.

Игра. Первым делом Морган погрузился в глубину собственного разума в поисках той золотистой теплоты, того неуловимого присутствия, которое было частью его самого, но принадлежало не только ему. Вот оно. Первое ощущение от возобновления контакта было чем-то сродни шоку. Затем пришло узнавание силы, ментальных способностей, простиравшихся далеко за пределы того, что он раньше не мог даже вообразить. Но то была сила, обузданная лишь частично, — что, собственно, и было Целью игры. Игры, в которую его без спросу и без его ведома втянула могущественная дочь ди Сарка. Она называла эту игру выживанием.

Морган почти не обращал внимания на внешнее окружение, полагаясь на Премика, который должен был предупредить его в том случае, если от него потребуется нечто большее, чем просто бесшумно следовать за проводником. Иногда, вот так преследуя добычу, они часами кружили по темным мшистым тропам. Иногда жертва ускользала от них, хотя ни разу из-за того, что покьюлианин потерял след. Так что у Джейсона было время вернуться к игре.

Мгновенной вспышки силы, посланной по знакомому коридору в том странном месте, в м'хире, должно было хватить. Морган помедлил — он сосредоточен, барьеры на месте, сигнал послан.

Но пришедший почти мгновенно отзыв не был тем мучительным для его разума испытанием, которого он ожидал. Вместо этого в мозгу у него медленно всплыли слова: «Привет, Джейсон. Я ждала тебя».

Он не слышал этого мысленного голоса вот уже несколько недель, но безупречное равновесие ментальной силы Сийры было знакомо ему так же хорошо, как и его собственное. Сквозь символические барьеры — единственное, чем она от него закрывалась, — просочились эмоции. Беспокойство и пугающая нерешительность.

Ответ Моргана не заставил себя ждать. Игра и живущий собственной опасной жизнью лес вокруг него отошли на второй план.

«Что случилось, Сийра? У тебя все в порядке?»

Теплота, внезапная и нечастая, нахлынула на него — и столь же быстро улетучилась. Морган подавил искушение ответить тем же; он научился уважать ту дистанцию, которую Сийра поддерживала между ними, — пусть даже это нисколько его и не радовало.

«У нас гости, Джейсон. Один старый друг. Пожалуйста, возвращайся».

Морган замер, потом кивнул, хотя она не могла видеть этого движения. Сийра не стала бы вызывать его из джунглей, если бы не случилось что-то действительно серьезное, что бы она ни поведала ему сейчас. Он открыл глаза и сам удивился, когда это он успел их закрыть, и обнаружил Премика, сидящего перед ним на земле, — мясистые отростки второй пары колен на уровне ушей, обведенные желтой каймой немигающие глаза терпеливо устремлены на него.

— Меня позвали. Я должен уйти, — сказал Джейсон просто.

Покьюлианин кивнул, потом продолжил с неуверенным любопытством в голосе, как будто ему неудобно было затрагивать тему, которую они всегда обходили стороной:

— Ты служишь странной госпоже, друг Морган. Она вызывает тебя домой в самый разгар удачной охоты.

Необыкновенные синие глаза Джейсона еще хранили огонь его силы. Премик не был уверен, не показалась ли ему странная вспышка в этих глазах, от которой его охватил озноб. Но голос Моргана прозвучал, как всегда, добродушно.

— Ты жалуешься на мою ведьму, охотник? — сказал человек, перекинув мешок с трюфелями на другое плечо. — А как же твои собственные сестрицы? Не из-за них ли ты предпочитаешь мое общество и охотишься за беднягой насаром?

Они одновременно расхохотались — в этом смехе прозвучало сожаление и извинение — и двинулись обратно к лагерю, где жили вот уже два сезона, растворившись среди деревьев так же незаметно, как и их дичь, которая теперь еще некоторое время могла чувствовать себя в безопасности.

ГЛАВА 2

Резкий голос был непререкаемым и неумолимым.

— Ты соединишься с тем, кого мы избрали для тебя.

Меня со всех сторон окружала тьма, и я настолько утратила связь с реальностью, что не могла даже понять, стою или парю в воздухе. Однако, несмотря на овладевший мной ужас, закричала:

— Я сделала свой Выбор!

Послышался другой голос, столь же безликий, как и первый, но мягкий и грустный:

— Для тебя нет Выбора. Никогда не было — и никогда не будет. Ты — самая могущественная Избирающая, порожденная Кланом. Откуда взяться кандидату для тебя? Ты хочешь погубить его? Погубить его? Погубить?

Это я начала кружиться или головокружение вызвало бесконечно повторяющееся эхо?

— Я не убью его. Я не…

Еще один голос возник из потрескивания костра:

— Это в высшей степени противоестественный самоконтроль — что ты станешь делать, когда не совладаешь с Силой-Выбора и он погибнет от твоего прикосновения? Что ты станешь делать, когда убьешь его?

Каким-то образом я закрыла глаза и обратилась внутрь себя, к той вязкой, почти осязаемой тьме в моей душе, ища опору, которая помогла бы мне вырваться из этого застарелого, давно знакомого кошмара. В тот же момент я почувствовала, что лежу под одеялом, и поняла, что проснулась.

Теперь мне уже не заснуть. Так было каждый раз, и я раскрыла глаза, глядя на приглушенные в свете городских огней звезды в потолочных иллюминаторах. Это были самые сложные мои часы, когда все задачи, которые я поставила перед собой, казались тщетными и невыполнимыми, а собственная жизнь виделась столь же безгласной, как эти далекие звезды. То была часть моей новой личности с тех пор, как ко мне вернулась память, — это самосомнение, одолевавшее меня всякий раз, когда я оказывалась в темноте и одиночестве. Для Сийры ди Сарк, которая ни на секунду не задумалась, прежде чем рискнуть жизнью человека ради спасения собственной расы, жизнь была простой и ясной. Такой же была она и для Сийры Морган, личности, в которую я превратилась, когда меня лишили всех воспоминаний и силы, взамен дав возможность научиться любить.

А теперь? Теперь я застряла где-то посередине между этими двумя ипостасями, точно кусок мяса, завязший в зубах. А мою жизнь и любовь можно было назвать какими угодно, но только не простыми и ясными.

Я нетерпеливо потянулась к выключателю, но свет вспыхнул за миг до того, как мои пальцы коснулись тумблера. Я заморгала, глядя на фигуру, уютно устроившуюся в кресле в центре крута света.

«Я страшно рада тебя видеть», — искренняя мысль выскользнула из-под моего контроля, прежде чем я успела ее перехватить.

Морган потянулся — так хорошо знакомым мне ленивым движением, в котором сквозило что-то неуловимо кошачье. Его комбинезон еще хранил следы пребывания в джунглях, а синие глаза потускнели от усталости.

— Ты звала меня, — сказал он вслух. — Ты знала, что я приду. — И тут же добавил, мысленно и без тени упрека: «Я пришел бы еще раньше».

6
{"b":"6112","o":1}