ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Именно вино я и сочла причиной своего кошмара. Да еще и напряжение последних дней, видимо, давало о себе знать, так что ничего удивительного, что я металась и стонала, вместо того чтобы спокойно почивать.

Во сне я сидела в похожем на трон кресле, не в силах шевельнуть даже пальцем. У моих ног сгрудились какие-то существа — с провалами вместо лиц, сливающиеся в одну темную массу силуэты. Я различала только их руки, тянущиеся ко мне, силящиеся схватить. Я пыталась отстраниться, но не могла, и каждое прикосновение болезненно сотрясало мои мысли. Зажмурившись, я закрыла свое сознание, чтобы не пустить их к себе.

Вдруг все утихло. Я открыла глаза. Окружавшие меня существа исчезли. Я была одна во мраке, и лишь мерцание моей кожи не давало мне утратить ориентацию во тьме. Это едва ли было лучше тех тянущихся ко мне рук. Я отчаянно попыталась проснуться — изо всех сил боролась, силясь выбраться из этого вязкого сна, и вдруг ощутила в мозгу мысль, принадлежавшую не мне, а кому-то другому. Я попыталась отделаться от ее назойливого шепота — тщетно. Я чувствовала себя испуганной и беспомощной и не могла облечь свой страх в слова. Я…

… проснулась. Разжав руки, намертво вцепившиеся в скомканные простыни, я поморгала, чтобы прогнать остатки сна. Сейчас меня больше беспокоила головная боль, которая, казалось, вознамерилась просверлить дыру в моем черепе над правым глазом. Пошарив у кровати в поисках выключателя, я мрачно подумала, что не стоило столько пить.

Поверх груды одежды, которую натащил из шкафчиков в жилом отсеке все тот же предприимчивый Гвидо, обнаружился халат. Я накинула его на плечи со вздохом, который тут же перешел в зевок. Надо найти что-нибудь от головной боли, а потом можно будет попытаться снова заснуть.

Логичнее всего было начать поиски с кухонного отсека. Я принялась обшаривать шкафчики. Передо мной простирались ряды пустых столиков и скамей. А ведь среди погибших на Плексис наверняка были и некоторые из тех, кто когда-то сидел здесь, болтал с соседями и передавал им тарелки. Я потерла глаза, жалея, что не вольна выбирать, какие воспоминания оставить, а от каких избавиться.

— Не спится? — негромко окликнул меня Морган. Я обернулась, ничуть не удивившись. Он подошел ко мне, причем вид у него был до омерзения жизнерадостный.

— Скажем так, ты предупреждал меня, чем может закончиться попытка потягаться с Гвидо во вместимости. — Отыскав то, за чем я сюда пришла, я поставила флакончик на стол, следя за ним уголком глаза. — Ну ладно, я мучаюсь заслуженным похмельем, а ты-то почему не спишь?

— Почувствовал что-то нехорошее, — ответил Джейсон с неожиданной серьезностью. Я недоуменно взглянула ему в лицо. — Мне показалось, что я могу тебе понадобиться, — объяснил он. — Что тебя разбудило?

Занятая мыслями о средстве против мигрени, я не обратила внимания на его тревогу.

— Мне снова снился кошмар. — Я немного удивилась, что Морган не почувствовал этого. — Уже забыла, что именно. Я не привыкла столько пить.

Джейсон нахмурился, испытующе глядя мне в лицо.

— Я почувствовал нечто большее. Ты звала меня.

Я вдруг сообразила, к чему он ведет, и мне стало не по себе.

— Я не…

— И даже не попыталась, — мягко упрекнул он.

Мне не понадобилось предостережения, всплывшего в моем смятенном мозгу, чтобы понять, что эту тему обсуждать мне совсем не хочется, в особенности сейчас, когда я была совершенно не в состоянии состязаться со своим собеседником в остроумии.

Он сказал, еще более мягко:

— Сийра, я понимаю, почему ты хочешь забыть все, что произошло.

Что-то в моем мозгу прорвалось, и меня вдруг охватила неудержимая злость, хотя я и не могла сказать, на кого именно.

— Неужели, капитан Морган? — осведомилась я желчно. — Вы понимаете, что я чувствую, когда с каждым днем все больше и больше превращаюсь в кого-то совершенно мне незнакомого? Узнаю, что меня продают и покупают пираты? А теперь вы хотите, чтобы я смирилась с тем, что слышу всякие голоса?

— Голоса? — переспросил Джейсон с внезапной тревогой в голосе. Лоб его прорезала озабоченная морщинка. — Кого еще ты слышала?

Я запнулась, не в силах подобрать слов, и беспомощно зажестикулировала.

— Не понимаю, почему я так сказала… Это был просто кошмар.

Морган шагнул вперед и проворно поймал меня за руки. Наши глаза встретились, и я ощутила, как меня затягивает в бездонную прозрачную синеву. Никаких чувств не было, только бесконечная усталость и бессилие. Потом он отпустил меня. Его глаза перестали быть синими водоворотами, но бледное лицо еще хранило следы напряжения. Освободившись от наваждения, я шарахнулась от него.

— Как ты смеешь…

— Сядь! — приказал он почти грубо. Я с изумлением повиновалась. Джейсон подошел к переговорнику в стене и велел Гвидо присоединиться к нам в капитанской рубке.

— Что случилось?

Выражение лица Моргана было ужасным, и он оставил мой вопрос без ответа, молча сделав знак идти за ним. Я пробуравила его спину взглядом, потом поспешила следом. Затем спохватилась и сунула флакончик с болеутоляющим в карман халата.

Мы завернули за последний поворот, и Джейсон остановился в двух шагах от двери в рубку, преградив мне дорогу рукой. Я уже увидела, что насторожило его. По полу тянулась ровная цепочка округлых темно-красных пятен. Следы вели в открытую дверь.

В эту минуту с противоположной стороны показался Гвидо, бурча и дребезжа, точно расстроенный сервомеханизм. Вот тебе и застали врасплох, подумала я, хотя кого или что мы должны были застать врасплох, я сказать затруднялась. При виде нас с Морганом каресианин остановился.

— Что случилось?

Джейсон ничего не ответив, бросился в рубку. Я рванулась за ним, хотя сама не знала зачем. Гвидо топотал следом за нами.

Наше эффектное появление пропало втуне: нарушительница спокойствия продолжала деловито копаться в панели управления — вернее, в том, что от нее осталось. Морган выругался и оттащил, похоже, ничего не слышащую Гистрис от обломков. Она не сопротивлялась, а стояла совершенно спокойно. Кровь сочилась из порезов у нее на руках, из ран и из порванных трубок, которые она, должно быть, выдрала с мясом, когда выбиралась из медкокона. Гель покрывал кожу и волосы, отчего она казалась статуей из серого мрамора с кроваво-красными прожилками.

Предоставив Джейсону разбираться с подручной пирата, каресианин отыскал огнетушитель и принялся заливать пеной загоревшуюся проводку и изоляцию. Пожарная сигнализация молчала, но вентиляционная система уже начала очищать воздух от дыма.

— Нужно отвести ее обратно в постель, — очнулась от оцепенения я. Положив руку на локоть Моргана, я была поражена ее неподатливостью — она была как стальная. Биение его сердца было отражением моего собственного. Но Гистрис и не пыталась вырваться.

Не пыталась. Я встретилась с ней взглядом и едва удержалась, чтобы не закричать. Это были не глаза моей бывшей надзирательницы. В ее глазах был кто-то другой, кто смотрел на меня, кто меня знал. Йихтор. И лишь в самой их глубине отчаянно билась Гистрис Сан, его маленькая, жалкая пленница.

А Джейсон сражался за нее. Я чувствовала эту борьбу в своих пальцах, сжимавших его руку. Он сражался, но незнакомец в глазах Гистрис только глумился над его попытками.

Мгновенно, сама не понимая, что и как делаю, я поддержала Моргана, сквозь наши соприкасающиеся руки влила в него свою силу. Тело Гистрис в руках Джейсона вдруг обмякло.

Он осторожно отпустил ее, придерживая плечом. Я склонилась над женщиной, убрала с лица слипшиеся от геля волосы. Под серым веществом кожа оказалась мертвенно-бледной — должно быть, почти вся ее кровь была на полу. И мои руки тоже были перепачканы в ней. Я вся подобралась, когда веки моей бывшей надзирательницы дрогнули и приоткрылись. Но на этот раз глаза, смотревшие на меня, были совершенно человеческими и полными боли.

— Спасибо, — прошептала Гистрис. Ее голова, которую поддерживали руки Моргана, качнулась, чтобы повернуться к нему. — Пора, капитан. Космос свободен.

56
{"b":"6113","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Любовь колдуна
Стеклянная магия
Персональный демон
Клинок из черной стали
Фатальное колесо. Третий не лишний
Камни для царевны
Темная страсть
Она ему не пара
Под знаменем Рая. Шокирующая история жестокой веры мормонов