ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Время и параллельные миры: Я, Я, Я И ДИНОЗАВРЫ – ВСЕ ОНИ МОИ СОСЕДИ

"Мы закрываем двери, чтобы не вошло суеверие, но как же тогда войдет истина?"

индийский поэт Робендронат ТАГОР.

"Это просто здорово – скользить между мирами"…

киносериал "Скользящие".

Однажды, кажется осенью 1995 года я случайно повстречал в коридоре МАИ своего хорошего знакомого и, разумеется, поздоровался с ним в достаточно простой форме (типа "Привет, старик!"). Я готов был продолжить свой путь, но меня остановило странное выражение лица у своего друга. Он стоял пораженный и очевидно ошарашенный чем-то, что очевидно знал только он сам. Разговор не получился, но продолжился спустя примерно полмесяца…

То, что рассказал мне друг, не имело определения в физике, зато вполне определенным образом трактовалось в психиатрии. Он это прекрасно понимал, поэтому свой рассказ предварил длинными предисловиями, целью которых было убедить меня в том, что он действительно был где-то в загадочном месте. Рассказ своего друга А. (не буду пока называть его, надеясь, что когда-нибудь он сам осмелеет настолько, что опишет свое приключение от первого лица) я привожу в коротком изложении.

Оказывается, он какое-то время был… в мире, где все такое-же, как у нас, но были некоторые резкие отличия, среди которых он успел заметить: 1) Его подруга, невеста Света почему-то жутко его не любит; 2) Его друзья – я и Д. работаем в другом отделе института, причем с ним не знакомы; 3) Мы занимаемся примерно тем-же самым (проектированием перспективных летательных аппаратов в виде летающих тарелок), но достигли значительно больших успехов и, в частности, построили большую, просто какую-то огромную установку, возможно – машину времени (в последнем он не уверен)…

Причин столь разительных перемен в институте и в друзьях, которые его знать не знали, А. не понял, решил, что просто пропустил что-то значительное (он действительно болел перед этим какое-то время), поэтому вскоре он постарался отвлечься от мрачных мыслей и втянулся в институтскую жизнь…

Второй шок он испытал через 2 недели, когда однажды прийдя в МАИ стал опять замечать, что "что-то не так". Тогда-то он повстречал в институте сначала невесту, с которой он повел себя именно как со своей бывшей невестой (чем, разумеется, ее оскорбил), затем увидел Д., (которого в упор не заметил и тем самым также обидел), потом в коридоре наткнулся на меня и удивился моему приветствию (в "той жизни" я его не знал, поэтому с ним не здоровался).

Все опять встало на свои места, но в том-то и дело, что за 2 недели он успел пообвыкнуться, притереться к новой действительности и основательно забыть старую! Чтобы прийти в себя и не перессориться, не испортить отношения со всеми и просто, чтобы не казаться сумасшедшим, он вновь взял больничный лист. Через несколько недель вынужденного тайм-аута ничего не изменилось, мир по-прежнему казался незыблемым, поэтому, чтобы хоть как-то спасти свою психику, он нашел единственно верный выход – стал считать все увиденное и пережитое им "там" просто сном. Однако, чтобы разобраться окончательно, где он был на протяжении 2 недель, ему требовалось рассказать все кому-то, кто не поднимет его на смех. Учитывая, что среди его ближайших друзей (в этом мире) только я занимался схожими проблемами (он решил, что это если не из области снов, то из области перемещения во Времени), поэтому он и пришел излить душу ко мне в лабораторию 61.

То, что услышанное не розыгрыш (а то мало ли кто захочет поиздеваться над моими "ненаучными увлечениями"), я понял быстро – достаточно было видеть А. Но что это на самом деле? Стал вспоминать. Действительно, в указанные 2 недели, когда А., по его словам, был "там", я его видел в несколько странном виде. Но он БЫЛ ЗДЕСЬ! По поводу его невесты (А. это интересовало особенно) я не смог удовлетворить его любопытство, я не знал, что она делала и были ли у них двоих какие-то встречи и разговоры в те указанные 2 недели. Вообще, я не смог ответить не ему, ни даже себе на многие его вопросы.

Случай был, прямо скажем, не самый рядовой. Через пару дней размышлений я стал склоняться к версии, что А. каким-то непостижимым образом попал на время в Будущее, действительно, вскоре должны были состояться некоторые события, появиться аналогии с описанным (например, обещалось долгожданное финансирование работ), но когда это не состоялось… Нет, речь могла идти только о параллельной реальности. Теперь, по прошествии лет, я могу точно сказать, что описанное А. действительно могло быть в реальности, но только тогда, в 1995 году, ни годом позже, ни раньше, но…это не произошло. И уже не произойдет, по крайней мере – в том виде (если бы финансирование появилось позже, то установка была бы, как мне кажется, несколько другой). Это я не в порядке обиды, это я – в качестве довода в пользу того, что место, где был А. скорее можно назвать парамиром.

Какие у меня доказательства? 1) Когда-нибудь, когда А. станет писать мемуары (а он далеко пойдет), и расскажет все подробнее. 2) Косвенные доказательства в виде подобных же рассказов (см. ниже), а также теории, допускающей существование парамиров. 3) Надежда, что когда-нибудь путешествия по параллельным мирам станут нам подвластны. 4) Пока – больше ничего… Не считая жгучего желания, подобно героям фантастического сериала "Скользящие", отправиться в путешествие по парамирам. Встретиться с самим собой? Но где и как нам дождаться хоть какой весточки от наших копий? Неужели так никогда и не увидимся, живя практически бок-о-бок, но в разных измерениях Пространства-Времени?! Оптимизм вселяет лишь то, что изредка кому-то удается, разумеется, пока случайно пробить эту блокаду и побывать в ином мире!

ЛЮДИ В ПАРАЛЛЕЛЬНЫХ ЖИЗНЯХ.

Достоверно утверждать сам факт путешествия в парамиры трудно, но попробуйте из данных ниже описанных случаев составить свое мнение сами:

В 1939-1941 годах известный писатель Евгений ПЕТРОВ (соавтор Ильфа; его настоящая фамилия КАТАЕВ Евгений Петрович) попал в более, чем странную ситуацию, когда полностью совпала судьбы и имена его и кого-то другого неизвестного ему человека Е.П.Катаева, а также имена "случайно" придуманного им человека и реального друга Петрова-2, некого реального новозеландца. Началось все так: Е.Петров имел странное и редкое хобби, он всю жизнь коллекционировал конверты от своих же писем. Делал это так – отправлял письмо в какую-нибудь страну, все, кроме названия государства, он выдумывал: и город, и улицу, и номер дома, и имя адресата, поэтому через месяц-полтора конверт возвращался, уже украшенный разноцветными иностранными штемпелями, главным из которых был: "Адресат неверен". Но вот в апреле 1939 он отправил письмо, которое повлекло за собой целый ряд шокирующих событий.

Петров решил потревожить почтовое ведомство Новой Зеландии. Он придумал город под названием "Хайдбердвилл", и улицу "Ратбич", и дом "7", и адресата "Мерилла Оджина Уэйзли". В самом письме он написал по-английски: "Дорогая Мерилл! Прими искренние соболезнования в связи с кончиной дяди Пита. Крепись, старина. Прости, что долго не писал. Надеюсь, что с Ингрид, все в порядке. Целуй дочку от меня. Она, наверное, уже совсем большая. Твой Евгений". Все это он положил в конверт, на котором написал обратный адрес, на Главпочтамте оформил письмо как заказное и срочное. Прошло более двух месяцев, но письмо с соответствующей пометкой не возвращалось. Решив, что оно затерялось, Евгений Петров начал забывать о нем. Но наступил август, и он дождался… ответного письма. Поначалу Петров решил, что кто-то над ним подшутил в его же духе. Но когда он прочитал обратный адрес, ему стало не до шуток. На конверте было написано: "Новая Зеландия, Хайдбердвилл, Райтбич, 7, Мерилл Оджин Уэйзли". И все это подтверждалось синим штемпелем "Новая Зеландия, почта Хайдредвилл". Текст письма гласил: "Дорогой Евгений! Спасибо за соболезнования. Нелепая смерть дяди Пита выбила нас из колеи на полгода. Надеюсь, ты простишь за задержку письма. Мы с Ингрид часто вспоминаем те два дня, что ты был с нами. Глория совсем большая и осенью пойдет во 2-й класс. Она до сих пор хранит мишку, которого ты ей привез из России. Твой друг". Петров никогда не ездил в Новую Зеландию, и поэтому он был тем более поражен, увидев на фотографии крепкого сложения мужчину, который обнимал самого Петрова (т.е. его самого!). На обратной стороне было написано: "9 октября 1938 года". Тут писателю чуть плохо не сделалось – ведь именно в тот день он попал в больницу в бессознательном состоянии с тяжелейшим воспалением легких. Тогда в течение нескольких дней врачи боролись за его жизнь, не скрывая от родных, что шансов выжить у него почти нет.

166
{"b":"6119","o":1}