ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мы согласны, – опустив голову, тяжело вымолвил Ридден.

Стоявший с мечом наголо Эмиллио что-то проворчал сквозь зубы, но покорно опустил изящный эльфийский клинок. Виталис и остальные маги, последовав примеру мистика, склонили головы.

– Вы с ума сошли, учитель, – подал тихий голос молчаливый Эран. – Им нельзя верить.

Ридден бросил гневный взгляд на упрямого телохранителя.

– Пощади целителей, – негромко попросил мистик, обращаясь к главному магу. – Они не убивали твоих воинов, они не заслуживают смерти.

– Нет, – однозначно ответил дарн'варр.

На корму опустилось еще около трех дюжин чернокрылов, теперь уже простых ратников в лиловых доспехах. Они окружили нас кольцом, но нападать не спешили, принимая капитуляцию. И почему бы захватчикам просто не перебить весь экипаж? Зачем они снова начали переговоры?

– Где Сфера Апокалипсиса? – Последнее слово дарн'варра-мага потонуло в звучном раскате грома.

Небо и до того казалось серым, но теперь оно стало вовсе свинцовым, словно боги пролили над всем миром жидкий металл.

Я ощутил невыносимо давящую силу. Черная аура окутывала все судно, язычки мертвого пламени лизали скользкую от крови палубу, насыщаясь смертью и болью тех, кто не сумел пережить сегодняшний день. Безжизненный огонь жадно пил из чаши мук, насыщался, становясь все сильнее и сильнее. Он не обжигал, не калечил, он просто пил жизнь из тех, кто еще жил, и наслаждался смертью тех, кто уже умер.

Мое израненное плечо обожгла настолько острая боль, что я едва не упал. К счастью, Диана успела меня подхватить под руку, не дав позорно грохнуться в обморок.

Я хорошо, даже слишком хорошо помнил это чувство. Чувство всеобщей ничтожности, приближение неизбежного конца для всего сущего. Душа человека растворялась в потоке идеально черной силы, подобно тому, как крупицы снега растворяются в горячей воде. Мир становится глупым и непривлекательным, жизнь – ничтожной и бессмысленной. Ты не хочешь жить, но и смерть пугает до дрожи в коленях. Не остается ничего, лишь только полная пустота властвует в твоем сознании, и эта пустота медленно и неотвратимо убивает тебя, засасывая все эмоции, чувства, мысли. Ты становишься никем, просто жалким призраком, крохотным отголоском той сути, что некогда определяла хвое собственное, личное и непередаваемое «я». Теперь этого «я» не существует, оно ушло навеки; тьма поглотила все то, во что ты верил, она не дала тебе забвения, не дала покоя. Лишь полное безмолвие и всеобщее отрицание сущего царствует в том месте, где некогда жила твоя душа. Такова расплата. Такова вечность…

Наверное, я все же потерял сознание, ибо сейчас Диана безжалостно трясла меня и била по щекам. Я открыл глаза, наваждение сразу спало, лишь мертвенный голос вновь и вновь повторял одно и то же слово: «вечность», «вечность», «вечность»…

– Марк, что это?! – Девушка рывком поставила меня на ноги. И откуда у нее такая сила? – Что с тобой, Марк, ответь? – Ее голос дрожал, то и дело срываясь на стон.

– Все нормально, – небрежно ответил я. – Просто голова закружилась.

Диана открыла было рот, но запнулась, так же остро, как и я, ощущая древнюю черную мощь.

– Что это, Маркус? – простонала эльфийка, от испуга называя меня полным именем.

– Рил'дан'неорг, – безжалостно отчеканил я, покрепче прижимая к себе девушку.

Поднялся просто невыносимый ветер, очертания корабля поплыли. Все мы, да и дарн'варры тоже, разом попадали на залитую кровью палубу. Желтоватое защитное поле чернокрылых лопнуло, словно мыльный пузырь. Невероятная мощь Рил'дан'неорга играючи разрушила все чары и безжалостной волной всепоглощающей смерти накрыло перепуганных дарн'варров. Когда пламя спало, на полу остались лежать искалеченные обугленные трупы захватчиков. Скорпихорра дико взвыла, замахала могучими крыльями, но ее ждал тот же печальный конец, что и ее хозяев. От громадной сколопендры остался лишь хитиновый скелет.

Древняя сила ныне погибшего Ордена Хаоса исчезла, растворилась в воздухе, словно дым. В Эрденских Лесах мне уже приходилось сталкиваться с хаотичной энергией тьмы, но на этот раз все оказалось гораздо страшнее. Вот она, истинная и неприкрытая мощь Рил'дан'неорга. Я содрогнулся. Среди нас есть Вернувшийся-из-Тьмы! Мне упорно не хотелось верить в подобное, я тупо надеялся, что Наставник и Алессандро ошибались, полагая, будто сумеют заслать на судно одного из своих. Выходит, все же сумели. Теперь сомнений не оставалось. Один из магов Рил'дан'неорга где-то среди команды!

Шок прошел невероятно быстро; люди поднимались с пола, по-звериному метались и косились друг на друга. Мало кто понял, что же на самом деле убило дарн'варров и скорпихорру, но одно они осознавали точно: эта сила была безжалостной и смертоносной.

Дальнейшие события складывались в безумную какофонию шума, криков и стонов. Все носились, орали, звали на помощь, пытались помочь тем раненым, кто сумел пережить последствия нападения дарн'варров и всплеска магии Рил'дан'неорга.

Вместе с Рикком и Дианой мы зашли в самый конец кормы, где защитники соорудили некое подобие баррикад. Тут также лежали трупы, а багровая жидкость покрывала весь пол, каплями стекая вниз, на нижнюю палубу, где мы находились во время боя.

В дальнем углу, над распростертым тонким телом на коленях стоял Дэллу.

– Помогите же! – рявкнул орк, заметив наше появление. – Тиона ранена!

Девушка была еще жива, но острый стальной шип дарн'варров пробил ей грудь, войдя более чем наполовину. Неудачливая ученица Николоса стонала и хрипела, изо рта тянулась струйка крови. Похоже, задето легкое.

– Она умирает, помогите, – простонал Дэллу. Теперь он уже обращался к лекарям, спешащим на помощь тем, кто в ней еще нуждался.

Не говоря ни слова, я сорвался с места и бросился бежать с кормы на нос судна. Этим докторишкам я не доверял, хотел позвать настоящего целителя… вернее, целительницу.

Через минуту я уже стоял на носу корабля. Как оказалось, эту часть «Речного краба» Рил'дан'неорг не задел; выходит, Вернувшийся-из-Тьмы находился в задней секции. Но где именно? Не время гадать.

– Мать Миринья! – заорал я.

Айрен и еще двое медиков склонились над умирающим воином. Выглядел тот совсем паршиво: живот вспорот аж наполовину, вместо руки – кровавый обрубок.

– Мать Миринья, – уже более учтиво повторил я. – Идемте скорее… там много раненых…

Целительница продолжала ворожить, затем устало вздохнула и ответила, кивая на бессознательного страдальца:

– Жить будет, но вот руку не вернуть. – Она тяжело дышала, лицо казалось бледным, словно мел, а гордая осанка исчезла бесследно, не оставив даже намека на принадлежность к императорскому роду. Впрочем, другие лекари выглядели не лучше. Некоторые уже падали от усталости, но все же, превозмогая боль, продолжали колдовать над ранами или просто их перевязывать.

– Идемте. – Боясь услышать отказ, я схватил Айрен за запястье и бегом повел ее на поле главной битвы.

Мы прошли на верхнюю палубу, упорно игнорируя стоны и крики других несчастных. Тиона лежала без сознания. Врачи уже успели вытащить смертоносную иглу, но вот сделать что-либо еще они были не в силах.

– Мать Миринья, – один из лекарей печально опустил руки, – у девушки пробито легкое, мы не можем остановить внутреннее кровотечение. И, боюсь, шип был отравлен. Пациентка быстро умирает.

Настоятельница Ландеронского монастыря опустилась рядом с волшебницей и принялась ворожить. С ее рук посыпались синеватые искры: они касались раны и, казалось, впитывались внутрь, оставляя после себя желтое свечение. Так продолжалось довольно долго – видимо, яд успел распространиться по всему организму. Когда Айрен наконец закончила магическое лечение и поднялась, мы все умоляюще глядели на нее в ожидании тягостного ответа.

– Все в порядке, – устало произнесла монахиня. Она едва держалась на ногах, но все еще упорно противостояла желанию рухнуть на пол и заснуть крепким сном. – Тиона поправится, только надо бы отнести ее в лазарет. Здесь ей не место.

50
{"b":"6124","o":1}