ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но после того как конфликт принял открытый характер и перерос весной 1642 г. в гражданскую войну между королем и парламентом, снова потребовались услуги секретной службы, причем в равной мере обеим враждующим сторонам: и кавалерам – сторонникам Карла, и их противникам – «круглоголовым». Ход тайной войны отражал в общем соотношение сил, которое складывалось в войне явной, а оно зависело во многом от внутренней борьбы в парламентском лагере между пресвитерианами, стремившимися к компромиссу с королем, и индепендентами, требовавшими ведения военных действий, вплоть до полной победы над Карлом I. Когда преобладание перешло к индепендентам, возглавляемым Оливером Кромвелем, когда его армия стала одерживать успех за успехом, заметно улучшилась и разведка «круглоголовых».

Главой военной разведки парламента в 1643 г. был назначен один из членов палаты общин – Сэмюэль Льюк. По словам современников, Льюк столь усердно наблюдал за врагами, что «они не могли ни есть, ни спать, ни пить, ни шептаться без того, чтобы он не представил отчета об их самых тайных деяниях». Помощники Льюка (майор Фрэнсис Роу, майор Леонард Уотсон, Джеймс Питсон) ведали разведкой в различных графствах, где разворачивались действия парламентских армий. Льюк снабдил Оливера Кромвеля информацией, которая серьезно способствовала его решающей победе в июне 1645 г. над Карлом I в битве при Несби.

Напротив, руководители роялистской военной разведки – сэр Блант и Рьюс тщетно пытались изменить ход событий в пользу кавалеров, а после того как король попал в руки неприятеля, помочь ему вырваться из плена. В ноябре и декабре 1647 г. Карл I содержался под стражей во дворце Хемптон-Корт. Режим заключения не был строгим, и кавалерам удалось увезти короля на остров Уайт, но там его снова взяли под арест. Содержание шифрованных писем, которые направлял Карл своим сторонникам, без труда раскрывалось парламентской секретной службой. Поэтому все попытки кавалеров снова организовать бегство Карла окончились провалом.

В 1649 г. король Карл I был казнен. Англия стала республикой. Однако победившие классы – буржуазия и обуржуазившаяся часть дворянства – боялись народных масс, при помощи которых они одержали победу над королем. Они мечтали о твердой власти, способной гарантировать их завоевания от опасности как слева – со стороны трудящихся масс, так и справа – со стороны побежденных, но мечтавших вернуть утерянное роялистов (кавалеры сплотились вокруг находившегося в эмиграции Карла II, сына казненного короля).

В стране была установлена диктатура генерала Оливера Кромвеля, объявившего себя лордом-протектором Англии. Кромвель должен был бороться с деятельным роялистским подпольем. Кавалеры пытались поднимать одно за другим восстания, вести переговоры со всеми группировками, недовольными режимом протектората, готовили покушения на Кромвеля. В борьбе против кавалеров не меньшее значение, чем армия – знаменитые «железнобокие», имела разведка. Кромвель лично разработал некоторые принципы построения своей разведывательной службы, например ввел правило, что ни один агент не должен знать ничего сверх того, что ему необходимо для его действий, и в особенности не быть посвященным без крайней необходимости в работу других агентов. Лорд-протектор любил порой приглашать к себе за стол друзей и лиц, казавшихся ему подозрительными, чтобы изумлять первых и ужасать вторых степенью своей осведомленности о каждом из них.

Еще в 1649 г. руководство разведкой было возложено на Томаса Скотта – одного из «цареубийц», голосовавших за вынесение смертного приговора королю Карлу I. Роялист Клемент Уокер, вспоминая, по тогдашнему обычаю, библейский миф о египетском пленении, жаловался, что агентами Скотта «вся Англия кишела, как Египет кишел вшами и лягушками». Скотт использовал не только шпионов, но и провокаторов, инспирировавших плохо организованные выступления кавалеров.

Энергичным помощником Скотта вскоре стал капитан Джордж Бишоп, занявшийся целиком организацией шпионажа внутри страны. Другим сотрудником начальника кромвелевской разведки был профессор геометрии в Оксфордском университете Джон Уоллис, достойный наследник Фелиппеса, утверждавший, что является основателем новой науки – криптографии. Уоллис расшифровал многие коды роялистов. Утверждали, что не было шифра, который ему не удавалось бы раскрыть. При этом, в отличие от Бишопа, ярого сторонника Кромвеля, Уоллис изображал человека не от мира сего, ученого, готового лишь в интересах науки разгадывать передаваемые ему шифры. Гайд – канцлер жившего в эмиграции Карла II – долгое время не мог поверить, что Уоллис раскрывает роялистские шифры. Гайд считал, что ключи к шифрам были выданы кем-то из кавалеров. Лишь после Реставрации, получив в свои руки образцы работы Уоллиса, Гайд должен был сознаться, что недооценивал талантов оксфордского геометра.

Роялисты скоро почувствовали эффективность системы, созданной Скотом. Приближенный короля маркиз Ньюкастл признал это в разговоре с одним из кавалеров, который, между прочим, тоже был агентом Бишопа. Тот писал своим начальникам: «Они думают, что Вы в сговоре с дьяволом. Стоит им только подумать о чем-нибудь, как Вы уже узнаете об этом».

В 1653 г. общее управление разведкой перешло от Скотта и Бишопа к государственному секретарю Джону Терло, хотя оба прежних руководителя продолжали свою деятельность. Кстати, после смерти Кромвеля Скотт на некоторое время опять стал во главе разведывательного ведомства.

Терло создал специальный «разведывательный департамент». Как директор почт, он ведал цензурой и перлюстрацией корреспонденции.

Терло был, несомненно, самым способным руководителем секретной службы, которого Англия имела со времен Уолсингема. Среди агентов Терло были роялисты, готовые перебежать в лагерь Кромвеля, и экзальтированные проповедники наступления царства Божьего на земле, мужчины и женщины, старики и молодежь. Глава тайной службы спасал от виселицы приговоренных к смерти при условии, что они станут шпионами лорда-протектора.

Секретная служба Терло обеспечила одну из наиболее крупных побед английского флота под командой адмирала Блейка – захват испанской эскадры, которая везла драгоценные металлы из колоний в Новом Свете. Терло получил от своего агента на Ямайке известие о подготовке эскадры задолго до того, как она вышла в море. Блейк в течение полугода терпеливо ждал свою добычу, которая в конце концов попала в его руки.

Английские путешественники, даже симпатизировавшие роялистам, боялись встречаться с находившимся в Париже в 1654 г. Карлом II, так как об этих посещениях немедленно узнавали в Лондоне. Один аристократ, державший в годы войны сторону парламента, попросил у Кромвеля разрешения съездить за границу. Лорд-протектор дал согласие при условии не видеться с Карлом, в это время переехавшим в Кельн. После возвращения этот дворянин был вызван к Кромвелю.

– Точно ли вы соблюдали мой приказ?

– Да.

– Это верно, – заметил, усмехнувшись, протектор, – вы не видели Карла Стюарта, чтобы сдержать обещание, данное мне. Вы встретились с ним в темноте, для этого из комнаты были вынесены свечи.

И Кромвель точно изложил остолбеневшему от изумления и страха собеседнику содержание его переговоров с Карлом II.

Терло имел своих людей в ближайшем окружении Карла II: новый государственный секретарь любил получать секретные новости из первоисточников. Впрочем, немало полезного сообщали Терло и его агенты, не принадлежавшие к числу доверенных лиц короля, но вращавшиеся среди кавалеров, часто не умевших держать язык за зубами. В числе шпионов Терло был Джозеф Бэмфилд, которому роялисты поручали выполнение многих секретных миссий (в апреле 1648 г. Бэмфилд организовал бегство из-под стражи младшего сына Карла I 14-летнего герцога Йоркского, будущего короля Якова II). Агенты шефа кромвелевской разведки известили его обо всех подробностях подготовки роялистского мятежа весной 1655 г. Это было одной из причин, почему действительно начавшееся в марте восстание было без труда подавлено «железнобокими».

46
{"b":"6127","o":1}