ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Бумаги Терло были спрятаны и найдены совершенно случайно в конце XVII столетия на тщательно замаскированном чердаке в комнате, которую некогда занимал глава кромвелевской секретной службы. Еще через полвека они поступили в Бодлеану – библиотеку Оксфордского университета и были частично опубликованы.

Около 1664 г. Карл II приказал испытать на почтамте изобретенные Морлендом приспособления для вскрытия конвертов без следов того, что они были вскрыты. После успехов этого опыта четыре «разведывательные машины» – как их именовал Морленд – подверглись дальнейшему усовершенствованию. Одна из них позволяла вскрывать конверты, не ломая сургучных или восковых печатей, с помощью другой можно было изготовить копию любой печати, третьей – подражать искусно любому почерку, четвертой – снимать за минуту копии с любого письма, даже если оно написано на обеих сторонах листа бумаги. Эти машины сгорели во время великого пожара. Через четверть века, в 1689 г., Морленд и его партнер доктор Роберт Гордж предложили продать секрет изготовления этих машин правительству Венеции, а много позднее через министра Шрюсбери предложили эти изобретения королю Вильгельму III. Король ответил, что, по его мнению, лучше, если эти секреты Морленда останутся не известными никому, слишком уж они опасны. Тем не менее главный почтмейстер – а это был уже известный нам Джон Уалдмен – купил эти машины и широко их использовал. Когда, однако, Уалдмен ушел со своего поста, он присвоил их и настолько испортил, что они стали непригодны для употребления…

Во время Реставрации разведка пришла в упадок. Недаром министр Моррис жаловался, что ему дают ежегодно на разведку только 700 ф. ст., а Кромвель тратил в 100 раз больше и держал у себя в кармане секреты всех монархов Европы. Однако и после этих жалоб скупая кавалерская палата общин увеличила ассигнования по графе «секретная служба»… на 50 ф. ст. Моррис, впрочем, прибеднялся. Фактически в 1666 и 1668 гг. расходы на секретную службу превысили 24 тыс. ф. ст.

…В 1968 г. на аукционе в Лондоне было продано значительное число неизвестных документов, характеризовавших секретную службу в годы правления Карла II. Выяснилось – это уже подозревали и современники, – что часть денег, ассигновавшихся на разведку, король попросту тратил на своих фавориток.

К тому же во время Реставрации секретная служба перестала быть централизованной, как при Кромвеле, разделилась на различные ветви, нередко соперничавшие друг с другом. Так что в правление Карла трудно вообще говорить об английской разведке как о чем-то едином. Политические партии, придворные клики, отдельные честолюбивые министры и послы обзаводились собственной секретной службой. Из них политическое значение приобрела, в частности, разведка английского посла в Гааге сэра Уильяма Темпла. Это был осмотрительный оппортунист, автор довольно прозорливых политических трактатов, больше всего заботившийся о собственном спокойствии и благополучии и неизменно удалявшийся в свое имение, как только надо было сделать небезопасный шаг. Так Темпл поступал во время острых политических кризисов в последнее десятилетие правления Стюартов. Еще остался в памяти потомков осторожный и ученый сэр Уильям благодаря тому, что при нем служил секретарем молчаливый, мрачноватый юноша по имени Джонатан Свифт. Но это было потом, много позднее, а в 1667 г. Темпл был инициативным дипломатом, энергично делавшим карьеру и благодаря почти идолопоклоннической лести сумевшим добиться благосклонности влиятельного министра Арлингтона и должности посла в Гааге. Понимая, насколько непопулярно прислужничество перед Людовиком XIV, Темпл активно содействовал временной переориентации политики Карла II на союз с Голландией. Секретная служба Темпла при этом работала против его шефа Арлингтона и шпионов этого министра. Темплу удалось использовать опытных людей, ранее служивших разным партиям. Среди них наиболее важными были Томас Корни и бывший активный участник секретной службы кавалеров в годы революции Николас Аударт, который, впрочем, скоро принял сторону Арлингтона.

А в числе противников секретной службы Темпла оказался глава разведки в годы гражданской войны и протектората Томас Скотт. «Цареубийца» пошел теперь на службу к Арлингтону. Тот принял и ряд других агентов, ранее работавших на Кромвеля, в частности Уиль яма Левинга. В борьбе разведок соперничавших клик не приходилось брезговать никакими средствами. Так, Левинг попал в тюрьму стараниями другого шпиона – Фосета. Основательную шпионскую организацию, наблюдавшую за разведкой Арлингтона, создал и другой министр – Эшли, получивший к тому времени титул графа Шефтсбери. Эшли получал от своих агентов подробные сведения о секретных французских субсидиях, доставлявшихся Карлу II. В тайную войну включились, наконец, иезуиты, которым покровительствовал младший брат короля Яков, герцог Йоркский, принявший католичество.

Среди немногих способных разведчиков времен Реставрации был Джордж Даунинг – бывший тайный агент Терло в Голландии. Даунинг был весьма колоритной фигурой в летописях тайной войны XVII в. Выходец из пуританской фамилии, которая эмигрировала за океан из-за репрессий во время правления Карла I, Даунинг в годы революции служил под началом уже известного нам главы военной разведки Льюка. В 1651 г. по поручению Терло он занялся ловлей роялистских шпионов в Англии, а потом отправился на континент наблюдать за действиями эмигрантов. После Реставрации Даунинг стал выполнять аналогичные функции слежки – на этот раз за бежавшими из Англии республиканцами, в числе которых были и его прежние сослуживцы и друзья. Возведенный за свои заслуги в рыцарское достоинство, Даунинг был отправлен послом в Голландию, где создал эффективную разведывательную сеть. В 1668 г. он хвастал, что его агенты регулярно вытаскивали ключи из камзола де Вита, правителя Голландской республики, когда тот спал, снимали копии с извлеченных из-под замка секретных документов и возвращали их вместе с ключами на прежнее место. Впрочем, от активности агентуры Даунинга было мало толку – посылавшиеся им тайные донесения оставались нередко попросту непрочитанными ленивыми придворными Карла II, занимавшими министерские посты. Большего успеха (история умалчивает, каким путем) Даунинг добился в приобретении крупного состояния. Построенный им в английской столице дом дал название улице Даунинг-стрит, на которой впоследствии разместилась и находится поныне резиденция британского премьер-министра.

Сластолюбие против пуританизма

После реставрации Стюартов в 1660 г. политический маятник качнулся далеко за те пределы, которые ему первоначально были установлены победившими во время английской революции классами – буржуазией и в значительной степени обуржуазившимся дворянством. В страхе перед новым выступлением на политическую арену народа собственнические классы фактически на время предоставили восстановленному на престоле королю Карлу II свободу рук, поскольку речь не шла об основных социальных результатах, которых добились эти классы в ходе революции. На их завоевания у Карла хватило ума не покушаться, и это удерживало его на престоле, вопреки той, обычно крайне непопулярной, политике, которую он проводил.

Собственно, политика короля тяготела к одной цели – максимальной независимости от парламента. Но без его согласия нельзя было получить деньги (отец Карла II поплатился головой за попытку собирать налоги в обход парламента). Нельзя, конечно, внутри страны – вовне, оказывается, было можно. Людовик XIV был готов ежегодно давать Карлу II крупные субсидии, чтобы укрепить его положение по отношению к парламенту, а главное – обеспечить поддержку или по крайней мере нейтралитет Англии в тех войнах, которые вел французский король для утверждения своей гегемонии в Европе.

Понятно, что французская дипломатия и французская разведка прилагали крайние усилия, чтобы сохранить под своим контролем внешнюю политику Англии. С этой целью помимо «официальной» тайной субсидии, которая выплачивалась Карлу II, агенты Людовика установили личные контакты и постоянно делали крупные денежные подарки английским министрам и даже их секретарям. Например, тайный агент английского министра герцога Бэкингема (сына фаворита Карла I) лондонский купец Лейтон, через которого тот вел переговоры с французским двором, получил в 1668 г. подарок в 400 пистолей.

51
{"b":"6127","o":1}