ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Вскоре армия, собранная йоркистами в Ирландии, высадилась на английской земле. Но здесь ее ждала неудача: дозорные Генриха держали под наблюдением все побережье. Как только один из них увидел высаживающиеся отряды, он, меняя на заставах заранее подготовленных лошадей, вихрем домчался до столицы. Генрих VII имел достаточно времени для того, чтобы собрать свои войска и уничтожить высадившуюся армию в битве при Ньюарке. Йоркские вельможи, руководившие ею, либо пали на поле боя, либо потом были казнены по указанию короля. Лорда Лауэла, втянувшего их в это неудачное предприятие, в последний раз видели тщетно пытавшимся переплыть реку Трент. Предполагали, что он утонул. По крайней мере с тех пор он бесследно исчез. Существует, правда, и другая версия. Недаром лорда Лауэла не без основания считали одним из организаторов секретной службы Йоркской партии. Примерно через полтора века после битвы при Ньюарке, уже в XVII столетии, неподалеку от места сражения рабочие обнаружили тайник в стене старинного укрепленного замка. Когда они вынули камни, перед их глазами предстала фигура человека, одетого в роскошный костюм, которая через мгновение рассыпалась в прах. Считали, что это были останки лорда Лауэла, умершего от голода в заранее подготовленном тайнике, о котором знал лишь он один и из которого скрывавшийся лорд по какой-то причине не смог выбраться на волю.

А Ламберта Симнела, подростка с ограниченным умом, простое орудие в руках Йоркских баронов, Генрих предпочел направить не на плаху, а поваренком в дворцовую кухню. Позднее он получил повышение, исполняя роль королевского слуги и поднося блюда с яствами для вельмож из Ирландии, с которыми расчетливый Генрих предпочел помириться, но которым он не преминул показать, кем является их бывший кандидат на престол.

— Мои ирландские дворяне, — издевательски заметил король, — так вы дойдете до того, что будете короновать обезьян!

Королевская усмешка плохо скрывала боязнь, что за Ламбертом последует более опасный претендент. Это опасение вскоре оправдалось.

…Однажды в ирландском порту Корк, расположенном на территории, завоеванной англичанами, пристал бретонский купеческий корабль. Его хозяин Прежан Мено послал одного из нанятых им молодых матросов на берег. Одетый в богатый шелковый костюм, красивый моряк должен был служить как бы живой рекламой для тканей, которые собирался продать бретонский торговец. Неожиданно сам юноша, непринужденно носивший свой пышный наряд, произвел на впечатлительных жителей Корка значительно большее впечатление, чем бретонские материи. Возбужденный шепот скоро перерос в крики: «Принц! Принц!». Обеспокоенный мэр города должен был приказать, чтобы к нему спешно доставили молодого незнакомца. Тот, с самого начала отрицавший приписываемое ему высокое происхождение, с готовностью дал клятву, что не является ни сыном герцога Кларенса, ни кем-либо из его родных.

Однако шум, поднятый толпой в связи с прибытием молодого моряка, не ускользнул от внимания нескольких влиятельных сторонников Йоркской партии, которые не упустили представившуюся возможность; матрос очень напоминал своим обликом фамильные черты английских королей. Моряк немного говорил по-английски. Его стали спешно учить английскому языку и объявили поочередно то одним, то другим представителем Йоркской династии. Наконец сошлись на том, что юноша с бретонского судна — младший брат Эдуарда V — Ричард, герцог Йоркский.

Права «французского мальчика», как именовали юношу, были частично или полностью признаны рядом вельмож, после чего французский король Карл VIII пригласил «своего кузена» Ричарда посетить его в Париже. Во французской столице претенденту были оказаны почти королевские почести. Этот прием послужил Генриху VII поводом для открытия военных действий против Франции. Карл, не желавший серьезной войны с Англией, вынужден был отказаться от открытой поддержки претендента, который, однако, был переправлен им во владения Маргариты Бургундской. Она поспешила принять претендента племянником и рекомендовала всем своим царствующим родственникам (вроде австрийского эрцгерцога) и монархам дружественных стран в качестве младшего сына Эдуарда IV. А для руководства действиями лжеРичарда (он порой допускал опасные ошибки в изложении своей «биографии», которые могли бы испортить все дело) к «французскому мальчику» были приставлены два верных человека — Стефен Фрион, возглавлявший секретную службу принцессы Маргариты, и один из самых верных дворян Йоркской партии сэр Роберт Клиффорд.

Не надо было обладать умом и проницательностью Генриха Тюдора, чтобы оценить возникшую опасность. Появился новый соперник, опиравшийся на поддержку ряда иностранных государств. Для предотвращения нависшей угрозы Генрих решил максимально использовать возможности своей секретной службы. Король послал во Фландрию большое число разведчиков, которые получили в числе других два важных поручения. Во-первых, с точностью выяснить место рождения и настоящее имя претендента и, во-вторых, пробраться в его окружение или перетянуть на сторону Генриха кого-либо из главных советников мнимого Ричарда Йоркского. Одновременно требовалось установить имена основных сторонников этой вражеской креатуры в самой Англии.

Секретная служба Генриха энергично принялась за решение этих задач. Сначала Генриху был представлен список почти всех лиц, с которыми установили связи претендент и его советники. Постепенно прояснился вопрос о происхождении «Ричарда Йоркского» (хотя многие детали были установлены лишь позднее на основе его собственного свидетельства). Подлинное имя претендента — Перкин Вербек, он был сыном сборшика налогов из Турне. Его родные с отцовской и материнской стороны принадлежали к хорошо известным состоятельным семьям города, поэтому очень странно, что не сохранилось записи о крещении Перкина, которая позволила бы с большей уверенностью говорить о месте его рождения. Родители были настолько холодны и безразличны к ребенку, что невольно возникает мысль, приходился ли он им родным сыном. Перкин рано покинул отчий дом, был учеником у скорняка, сменил ряд профессий, пока не оказался юнгой на корабле Прежана Мено, направлявшемся в Корк.

Собрав предварительные сведения о самозванце и его сторонниках, Генрих Тюдор поручил самым доверенным лазутчикам привлечь одного из главных советников Вербека на свою сторону. Этим лицом стал Роберт Клиффорд, согласившийся взамен полного прошения со стороны Генриха и щедрого королевского вознаграждения предать претендента, тождественность которого с сыном Эдуарда IV он, Клиффорд, громогласно подтверждал незадолго до этого. Более того, секретная служба Генриха, пытаясь поскорее преодолеть колебания Клиффорда, даже разъяснила ему, что он вообще не совершал никакого преступления в пределах территории Англии и поэтому может смело возвращаться, не ожидая никакого королевского помилования.

Некоторое время Клиффорд оставался главным советником Вербека, став одновременно тайным агентом короля (Генрих заметил, что новый разведчик проявил себя «ревностным и усердным к службе»). Правда, попытка завербовать и другого советника, Уильяма Барли, не удалась, но благодаря Клиффорду Генрих получил дополнительные сведения о Вербеке и мог в июле 1493 года потребовать от эрцгерцога Филиппа выдачи самозванца. Филипп отказал, сославшись на то, что Вербек находится во владениях вдовствующей герцогини Бургундской. Претендент же вначале переселился в Антверпен, а потом перебрался в более безопасную Вену, где принимал послов от Саксонии, Дании, Шотландии и других стран. Разумеется, о всех его действиях сэр Роберт Клиффорд незамедлительно доносил в Лондон. Он сообщил и другое, более важное известие: Генриха предавал один из его наиболее близких и влиятельных сторонников. Новость была настолько важной, что Генрих скрыл ее даже от своих ближайших помощников, которым доверял всегда и во всем.

Вскоре лже-Ричард вернулся во Фландрию, а Клиффорд счел момент подходящим (дело происходило в конце 1494 года), чтобы тайно исчезнуть и затем появиться в Лондоне, получить королевское помилование и обещанные 500 ф. ст. Клиффорд, очевидно, тайно встретился с Генрихом и несколько позднее был вызван на заседание тайного совета. Король все еще колебался, можно ли верить сообщениям раскаявшегося, но вряд ли заслуживающего полного доверия сподручного Вербека. Заседание тайного совета происходило в одном из зданий Тауэра: Генрих решил, что в случае, если подтвердятся сведения Клиффорда, здесь будет удобнее без шума арестовать лицо, изобличенное в предательстве.

12
{"b":"6129","o":1}