ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

8 февраля 1587 года, через 20 лет без одного дня после убийства Ларнлея, Мария Стюарт была обезглавлена. Елизавета делает вид, что произошла ужасная ошибка. Несколько месяцев демонстративно выказывалась немилость самому лорду Берли. Ходили упорные слухи, что Дависона, брошенного в Тауэр, повесят без суда, но они не подтвердились.

После предварительного следствия Дависона по всем правилам предают суду зловещей Звездной палаты — верного орудия тюдоровского абсолютизма. Более того, в составе судей заметно отсутствуют все главные советники и министры Елизаветы, зато налицо несколько католиков. Спектакль разыгрывается настолько талантливо, что даже сама жертва — Дависон думает, что дни его сочтены. Он имеет благоразумие промолчать на суде о своих секретных беседах с повелительницей, о которых упоминал на следствии. Приговор суров: за крайнее пренебрежение к воле своей государыни Дависон присуждается к огромному штрафу (10 тыс. марок) и заключению в тюрьме до тех пор, пока это будет угодно королеве. Штраф он не выплатил, да и не мог выплатить, а в тюрьме оставался до разгрома испанской армады в следующем году. Потом целых 20 лет Дависону регулярно выплачивали жалованье королевского министра, правда, не возлагая на него никаких обязанностей. Так на деле обернулись эти процесс и приговор, возникшие в связи с процессом и смертным приговором Марии Стюарт.

ПАПА-ЮМОРИСТ

Казнь Марии Стюарт была встречена с возмущением во многих европейских столицах. Однако в большинстве случаев дело ограничилось бумажными протестами. Французский король Генрих III, у которого было достаточно хлопот с непокорными подданными, приказал отслужить по казненной родственнице торжественную заупокойную мессу в Соборе Парижской Богоматери и этим счел свои обязанности исчерпанными. Сын Марии Стюарт — Яков, король Шотландии, хотя для вида Не только выражал громко негодование, но и грозил войной, втайне засылал доверенных лиц к Елизавете, заверяя в полной лояльности в обмен на обещание объявить его наследником английского престола. Шпионы Уолсингема все же на всякий случай доносили ему о каждом шаге шотландского короля. Английскими агентами были самые доверенные слуги Якова. Дотошный елизаветинский министр снабжал их инструкциями, как вести себя и что им следовало подробно выведывать у своего государя. Любознательность Уолсингема распространялась буквально на все стороны жизни соседнего монарха — от его любви к собакам и до заведомо менее теплых чувств к королеве Елизавете, не говоря уже о самых малых деталях переписки Якова с иностранными дворами. С этой стороны было все спокойно.

По-иному повел себя лишь Филипп II. Он получал, разумеется, подробные сведения о заговоре Бабингтона и был, как и сами заговорщики, обманут насчет того, кем было затеяно все это дело. Испанский король даже одобрил представленную ему специальную памятную записку — кого из советников Елизаветы следует захватить и казнить после успеха заговора. В этом списке в числе прочих значились имена Берли и Уолсингема. И вот что удивительно: чуждый всякому чувству милосердия, сухой и угрюмый фанатик во дворце Эскуриал сделал только одно исключение — для Уильяма Сесила, лорда Берли. «Не стоит особо беспокоиться о Сесиле, — предписал Филипп. — Хотя он большой еретик, он очень стар и именно он рекомендовал добиться взаимопонимания с герцогом Пармским (испанским наместником и главнокомандующим войсками в Нидерландах. — Е. Ч.). К тому же он не причиняет вреда». Итак, старая лиса Берли, постоянно изображавший себя «умеренным» человеком, не одобряющим крайностей таких протестантских фанатиков, как Уолсингем, сумел подготовиться к любым неожиданностям. Интересно только, знал ли креатуру Сесила Френсис Уолсингем, какими средствами лорд Берли сумел добиться такого снисходительного, или, вернее, благосклонного отношения со стороны злейшего врага королевы Елизаветы? Но здесь — надо ли говорить — знаменитая разведывательная сеть Уолсингема, знавшая все о каждом иностранце, прибывавшем в Англию, и о каждом англичанине, отправлявшемся за границу, оказалась совершенно глухой и слепой.

Филипп II был одурачен, как и остальные участники заговора Бабингтона. Но он не терял надежды на мщение. Глава католической контрреформации продолжал в свойственной ему медлительной, угрюмой манере подготовку еще невиданной по размерам эскадры — «Непобедимой армады». Она должна была высадить испанскую армию в Англии и погасить опасный очаг ереси, ставший на пути планов создания «универсальной», мировой монархии с центром в Мадриде. В своих планах Филипп II рассчитывал по-прежнему опираться на всестороннюю помощь римского папы и иезуитского ордена, считавшего могущество испанского короля залогом укрепления и распространения католицизма.

Новый папа Сикст V, суровый и энергичный политик, на словах деятельно поддерживал начинание Мадридского двора и даже обещал денежную субсидию в миллион золотых дукатов, правда, с осторожной оговоркой о выплате ее частями и, главное, после высадки испанской армии.

Один итальянский историк (Г. Лети), живший во второй половине XVII в., следовательно, примерно через 100 лет после описываемых событий и имевший возможность знакомиться с частными архивами в Англии, потом затерянными, рассказывает в этой связи интересную историю. Ей, по всей вероятности, можно доверять, так как другие аналогичные рассказы Лети обычно находят подтверждение в сохранившихся документах. Английское правительство направило к Сиксту V тайного агента, некоего дворянина Карра (явный псевдоним), католика, большинство родственников которого были протестантами. Карр уже раньше бывал в Риме и был знаком с Сикстом V, когда тот еще был кардиналом, а также с его любимым племянником Александром Перетти. Карр знал, что отношения между главой католической церкви и испанским королем были далеко не такими дружескими, как это казалось с первого взгляда. Папа стремился присоединить к своим владениям Неаполитанское королевство, в котором хозяйничали испанцы. Когда испанский посол подарил новому папе от имени своего повелителя породистую лошадь, Сикст в сердцах заметил — не такой уж он дурак, чтобы менять королевство на коня. Пусть испанцы заберут рысака и отдадут Неаполь.

Приехав в Рим, английский разведчик был встречен со знаками внимания, которые оказываются послу дружеской державы. Он получил с помощью Перетти аудиенцию у Сикста. Папа рассыпался в комплиментах королеве и даже отпустил тяжеловесную шутку — ему, Сиксту, и Екатерине следовало бы пожениться, чтобы подарить миру нового великого монарха, равного Александру Македонскому. Святой отец вообще любил выражаться таким образом. В другом случае он заметил, что протестант Генрих Наваррский проводит меньше времени в постели, чем глава французской католической лиги герцог Майеннский за столом, явно предсказывая победу распутника над обжорой. Сикст через Карра призывал Елизавету оказывать побольше помощи нидерландским еретикам, дабы связать руки испанскому королю.

Карр, бывший одновременно и разведчиком, и тайным послом, формально выдавал себя за эмигранта. Английское правительство для вида даже конфисковало его имения. Испанскому послу, разумеется, не могли нравиться частые визиты англичанина к папе, но тот разъяснил встревоженному представителю Филиппа II, что он, наместник святого Петра, принимает Карра исключительно из милосердия, как пострадавшего за верность католической вере.

Заручившись связями в верхах римского клира, Карр познакомился и с кардиналом Алленом, выуживая у того сведения об английских эмигрантах. Но это еще не все. Филипп II сообщал Сиксту о своих планах, прося благословения, а папа передавал полученные сведения в Лондон. Кажется, таким путем английское правительство получило дополнительные данные и о заговоре Бабингтона, хотя оно вряд ли особенно нуждалось в них.

Узнав о казни Марии Стюарт, папа-юморист воскликнул: «О счастливая королева, которая была сочтена достойной увидеть коронованную голову, падающую к ее ногам!» Выразив таким образом уверенность о сошествии на английскую еретичку благодати за казнь католической королевы, Сикст вскоре под нажимом испанского короля вновь отлучил Елизавету от церкви… ,

42
{"b":"6129","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Город под кожей
Твоя лишь сегодня
Цена удачи
Мы из Бреста. Путь на запад
Узнай меня
Ужас на поле для гольфа. Приключения Жюля де Грандена (сборник)
Земное притяжение
На подступах к Сталинграду
Ветер над сопками