ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Королева спешно послала за своим советником по таким вопросам Фрэнсисом Бэконом. Нельзя ли начать преследование этого Хейуорда, обвинив его в государственной измене? Будущий лорд-канцлер и знаменитый философ сначала попытался отделаться шуткой: Хейуорда следует преследовать не за измену, а за грабеж, он совершенно обокрал Тацита. Но раздраженная Елизавета не сразу дала себя успокоить, раздумывая, не подвергнуть ли пытке наглого писаку, чтобы дознаться до его намерений. Хейуорд мог благодарить счастливую звезду, что отделался лишь заключением в Тауэр, где он оставался до смерти королевы. Сочинение Хейуорда, понятно, было сразу запрещено…

В Ирландии Эссекс не добился успехов и приписал неудачу тайным проискам врагов. В разговорах со своими приближенными он обсуждал стоявшую перед ним альтернативу — продолжать ирландскую войну в надежде стяжать лавры или вернуться с армией в Лондон, чтобы, подавив оппозицию, стать фактическим правителем Англии. С характерной для него слабостью, овладевавшей им как раз в самые критические моменты, Эссекс не решился ни на то, ни на другое. Вместо этого он, оставив армию, прибыл 28 сентября 1599 года в Лондон. Нарушая все придворные приличия, он в запыленной дорожной одежде ворвался в апартаменты королевы. Скрыв негодование, Елизавета произнесла несколько благожелательных фраз, но, как только Эссекс удалился, дала волю своему гневу. Граф был немедленно отстранен от всех должностей и взят под арест, который длился почти целый год.

Взамен Эссекса лорд-наместником Ирландии Елизавета назначила его друга Маунтжоя. Тот отправился к месту назначения, договорившись с Эссексом возобновить начатую несколько лет назад переписку с шотландским королем. Целью ее было убедить сына Марии Стюарт, что партия Сесила настроена против плана возведения Якова на английский престол после смерти Елизаветы и что шотландский король, объединив свои силы с войсками Маунтжоя, должен двинуться на Лондон и заставить Елизавету вручить Эссексу бразды правления. Осторожный и недоверчивый Яков не одобрил столь отчаянного проекта. Весной 1600 года Саутгемптон снова отправился в Ирландию с письмом от Эссекса, предлагавшего высадить армию Маунтжоя в Англии, даже если Яков предпочтет остаться в стороне. Однако к этому времени изменились взгляды самого Маунтжоя. Добившись известных успехов, он, думая о своей военной карьере, решил отделить свою судьбу от участи бывшего друга и союзника. «Для удовлетворения личного честолюбия Эссекса, — заявил Маунтжой Саутгемптону, — я не намерен вступать в подобное предприятие». А в Дондоне наряду с Сесилом ярым врагом Эссекса стал Уолтер Ралей. Суровый солдат и придворный, не брезгливый в средствах, когда дело шло о личном продвижении, Уолтер Ралей вместе с тем был искренним поклонником литературы, любителем философии, проявлял горячий, неподдельный интерес к науке.

Ралею приписывали создание тайной «Школы тьмы» — кружка друзей, которому его враги или просто суеверные горожане приписывали едва ли не характер сборища адептов черной магии и последователей дьявола. Глава английских иезуитов Роберт Парсонс со злобой писал, что в «школе атеизма, основанной сэром Уолтером Ралеем… Моисей и наш Спаситель (Христос), Старый и Новый завет подвергались осмеянию, и ученых обучают произносить имя господа наоборот». В кружок Ралея, по различным сведениям, входили известный математик Томас Гарриот, оксфордский ученый и мореплаватель Доуренс Кеймис, Кристофер Марло и другой поэт, Джордж Чэпнэн, видные аристократы, такие, как увлекавшийся астрологией и алхимией граф Нортумберленд, Фердинанд лорд Дерби. В их числе был и Джордж лорд Гуд-сон; он, а еще ранее его отец в качестве лорд-камергера являлись официальными покровителями труппы актеров, участником и драматургом которой был Уильям Шекспир. Возможно, что в его пьесе «Потерянные усилия любви» осмеяна «Школа тьмы» Ралея.

…В марте 1600 года, когда Эссексу разрешили вернуться в свой лондонский дворец, где он формально ещё оставался под домашним арестом, его враги сочли, что настало время нанести новый удар. ещё в феврале Ралей писал Роберту Сесилу: «Если Вы послушаетесь разных добрых советов проявить снисходительность к этому тирану, Вы раскаетесь, но будет поздно… Не теряйте своего преимущества, иначе я предвижу Вашу судьбу». В своем письме Ралей, делая вежливую оговорку, что он не считает себя «достаточно мудрым» для советов Роберту Сесилу, нечаянно высказал самую несомненную истину. Даже этому опытному солдату, соединявшему в себе способности придворного и блестящего ученого, было далеко до такого виртуоза, как Роберт Сесил. Сын лорда Берли отлично видел, что любая попытка ускорить события, оказывая нажим на Елизавету, может лишь нарушить постепенно укреплявшуюся у нее решимость отделаться от ставшего опасным ее бывшего фаворита. А пока к такому выводу королеву осторожно подталкивал постоянно повторявший о неизменности своих чувств к прежнему благодетелю Эссексу Фрэнсис Бэкон (в это время по трезвому расчету перешедший в лагерь Сесила).

В июне 1600 года Эссекса вызвали на заседание Звездной палаты, где ему было предъявлено много обвинений, в том числе принятие посвящения, которое Хейуорд предпослал своей книге. Вердикт судилища гласил: заключение в Тауэре, выплата огромного штрафа. Королева не утвердила приговора, а 26 августа графу было объявлено о монаршей милости. Он был освобожден из-под домашнего ареста, но ему запрещалось появляться при дворе. Бывший фаворит говорил о желании удалиться от треволнений столичной жизни, о прелести сельского уединения, о стремлении уехать куда-нибудь подальше от Лондона. Но тут последовал еще один удар.

В октябре Эссекса лишили права сбора таможенных пошлин с импортных вин — той статьи дохода, которая только и позволяла ему содержать огромный штат пажей, слуг и приближенных, включая авантюристов всех мастей. Эссекс разом отбросил все мысли о сельском уединении. Сесил, осведомленный через своих шпионов, вскоре сообщил королеве об обидных высказываниях графа по ее адресу. Вокруг Эссекса сгруппировались недовольные, честолюбцы, искатели приключений, поднявшие громкий крик об оскорблениях, наносимых английскому герою тайными сторонниками «испанца». Эссекс убедил себя, что Сесил и Ралей составили заговор, чтобы убить его и сделать преемницей Елизаветы испанскую инфанту, дочь Филиппа II. Граф, вероятно, еще рассчитывал на поддержку Якова и совершенно напрасно. А когда (уже после провала заговора) посланцы шотландского короля прибыли в Лондон, Роберт Сесил сумел быстро договориться с ними, вступить в тайную переписку с Яковом и обеспечить свое положение после вступления его на английский престол.

Программа Эссекса, видимо, включала возведение на трон Якова, изменение состава тайного совета, реформу государственной англиканской церкви в более радикальном — пресвитерианском — духе и вместе с тем известную терпимость в отношении католиков.

Во вторник, 3 февраля, заговорщики выработали план: неожиданно захватить правительственное здание Уайт-холл, арестовать Сесила и Ралея, созвать парламент и публично осудить их. Королева, по мысли сторонников Эссекса, была бы вынуждена санкционировать действия победителей. В пятницу, 6 февраля, и последовала просьба сэра Чарльза Денверса, сэра Джоселина Перси и сэра Джелли Меррика труппе лорд-камергера сыграть пьесу Шекспира «Ричард II». Они не могли не учитывать, что память о свержении и убийстве Ричарда II была оживлена не только представлением этой пьесы несколько лет назад, но и недавним изданием книги Хейуорда, посвященной той же, теперь запретной теме.

Конечно, столь явная политическая демонстрация немедленно стала известна тайному совету. Вернее, благодаря своим лазутчикам члены его были вполне в курсе приготовлений заговорщиков. Еще утром в субботу Эссексу было передано королевское повеление немедленно прибыть на заседание совета. Граф отказался, сославшись на тяжелую болезнь. Ранним утром в воскресенье во дворец графа Эссекс-хауз явились четверо высших сановников, посланных тайным советом. Их встретила возбужденная толпа заговорщиков. Лорды заявили, что пришли выяснить, чем вызвано это беспорядочное сборище. В ответ посыпались угрозы. Спасая посланцев совета от расправы на месте, Эссекс увел их в свою библиотеку, где предложил оставаться до того, как он проведет консультации с лондонским лорд-мэром и шерифами. К двери были приставлены часовые.

44
{"b":"6129","o":1}