ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Бабушка, — сказала Альтаир, схватила ее за руку в толстом рукаве свитера, и потащила через средний проход на другую сторону. — Бабушка, мне уже пора уходить… нужно забрать свою лодку и отвезти этого красивого м'сэра в Верхний город. Я заплачу тебе на следующей неделе.

— Ты действительно хочешь уйти? Не хочешь взять меня с собой, чтобы отыскать Сулеймана… ну, я бы даже пошла, если бы ты решила доставить м'сэра домой.

— Спасибо, моя лодка стоит прямо по другую сторону Рыбного Рынка, там проблем не будет, а я не хочу, чтобы ты мучалась со своим артритом.

— Бабушка Минтака, — сказал Мондрагон, сунул руку в карман брюк и вынул монеты, где среди темных медных блестели две ярко-серебристых. — Я хотел бы, чтобы вы взяли это. За аренду вашей лодки.

Лицо Минтаки было нечетким в темноте.

— Возьмете?

Минтака сложила ладони в чашу под его рукой и приняла монеты.

— Как мило, — сказала она, и ее голос задрожал, — очень мило.

— Я с удовольствием как-нибудь вернусь и закажу себе пуловер.

— О, я часто бываю у моста Миллера. — В ее голосе звучало почтение, удивление.

Будь ты проклят, Мондрагон; неужели у тебя нет сердца, что ты водишь за нос старуху? Она же тебе верит, разве не ясно?

— Ладно, пошли, — сказала Альтаир.

— М'сэра, — повернулся он снова к Минтаке, — скажите, что я был маленьким и черноволосым. Если мой отец узнает, что я был в порту, он поколотит меня палкой. У меня здесь внизу девушка… а наша семья… и у девушки будут трудности, понимаете?

— Ох, — сказала Минтака, — ох, понимаю.

— Идемте, сэр, — сказала Альтаир, сняла фуражку и выразительно помахала в сторону берега.

ГЛАВА 6

Берег был кирпичной стеной с вделанными в нее причальными кольцами; неровная и тенистая дорога вела вокруг большого кряжа Вентани и вздымающегося трехэтажного сооружения моста Рыбного Рынка. Альтаир быстро шагала, отыскивая путь вдоль передних стен лавок, к концу моста и блеску света из пивной Моги.

Пока Мондрагон не схватил ее за руку.

— Это же Рыбный Рынок! — прошипел он.

— Верно.

— Проклятье! — Это был только шепот, но голос все равно подвел его. — Я ведь тебе сказал, что мне нужно в Верхний город!

— Ты желаешь попасть туда живым? — прошипела она в ответ.

— Мы прошли по кругу! Мы снова там, откуда отправились, черт побери еще раз! Думаешь, это остроумная шутка?

— Да тихо ты… неужели бабушке нужно это знать? Пошли.

— Куда мы идем?

— В укрытие на время, которое мне нужно, чтобы отыскать свою лодку. У тебя есть еще деньги?

— Немного. — Голос зазвучал разумно, пусть даже не совсем разборчиво. — А зачем?

— Сколько?

— Точно не знаю! Может, около дема. Я же тебе…

— Я только хотела узнать. — Она взяла его под руку и провела пальцами вниз до ладони. — Пошли.

— Куда мы идем?

— Сюда, в обход. — Одна из редких в Нижнем Меровингене пешеходных дорожек открылась за каменными столбами, на которых покоились балки лестницы, темный разрез между двумя зданиями, которые на большой высоте сливались в одно. — Она ведет к Моги. Обходная дорога. Ты знаешь это место. Должен, во всяком случае. Здесь тебя швырнули с моста. Теперь мы можем пройти или вот здесь, или через мост; а еще можно обойти вокруг этой веранды с другой стороны, и я смогу там подыскать тебе еще не занятую дыру, где ты останешься, пока я ищу свою лодку. У Моги сухо, и я умею с ним обращаться. Чего тебе еще нужно?

Мондрагон остановился. Он держал ее за руку, или она его, и его пожатие было нежным, но она еще очень хорошо помнила ту силу, которая скрывалась в его руке.

О, небо, Мондрагон, твои мысли идут извилистыми путями, и я желала бы знать, в какую сторону они направлены сейчас.

— Сейчас взойдет солнце, — сказала она. — Видишь небо вон там? Это не пожар. Ну, мы могли бы поискать мою лодку вместе, если хочешь. Но у меня такое чувство, что тебе лучше не оставаться на виду. И ты не особенно боишься этого района, при всем, что с тобой тут случилось… по крайней мере, ты бы не сказал, что я должна встать на якорь на Висельном мосту.

— Я тебе не говорил, что ты должна встать на якорь. Дай мне выйти, я сказал.

— Ну, это было удачей для тебя, что я пошла за тобой, правда?

Он вырвал свою руку и показал вперед.

— Все верно, — сказала она, и пошла вперед в боковую улочку. Она вынула свой крюк и держала его наготове, обхватив пальцами деревянную поперечину. На всякий случай. Она слышала сзади шаги Мондрагона, их хруст на каменном полу, здесь, в этом лабиринте, который изгибался вокруг задней части пивной Моги.

Дверь к навесу тут никогда не запиралась. И странным образом, никогда ничего не пропадало — ни одной деревяшки, даже когда дождь расшатывал доски. Альтаир потянула на себя расшатанную дверь и вошла; она слышала, что Мондрагон по-прежнему идет следом.

— Закрывай.

— Тут и так темно.

— А если ты еще тут зажжешь свет, Моги перережет нам горло. Закрывай дверь!

Альтаир нащупала натянутую вдоль стены веревку, подергала ее, и на другом конце в маленькой пещере Моги зазвонил колокольчик.

— Что это было?

— Просто позвонила. Сейчас придут. Да не нервничай ты так.

— Проклятье, я не хотел бы, чтобы меня таскали с одного конца Города на другой.

— Хотел бы просто небрежно прогуляться до Бореги, да?

— Собственно, я считал, что мы идем туда. Только все время думал, что ты имеешь в виду какой-то скрытый путь. Лодка этой старухи была самым лучшим, что мы могли бы использовать — никто не посмотрит на нее больше одного раза. Джонс пошутила, сказал я себе; а я просто подыграл. Оказывается, нет, вовсе не в Верхний город, а ты собираешься разыскивать свою лодку и считаешь, что тогда мы как-то сами собой попадем наверх! Проклятье, тебе не следовало плавать в этой толкотне по каналу, даже если бы это продолжалось всю ночь. Теперь эта старуха разнесет эту историю по всему городу; а у нас по-прежнему только твои дерьмовые идеи и все еще никакой лодки; и если ты хочешь броситься мне на шею с еще каким-нибудь дешевым детским трюком, то тогда ты играешь в чертовски опасную игру!

Она держала к руке крюк. Она держала эту руку совершенно спокойно; только перевела дыхание, сделала это еще раз и еще раз, пока снова не стала владеть своим голосом.

— Сейчас я с удовольствием ударила бы тебя, — сказала она. — Мне очень хочется это сделать. Разумеется, я сделала все это, чтобы снова оказаться с тобой. Я сделала всю эту работу, ты, проклятый лодырь! Меня разбудили среди ночи, подожгли и сбросили в канал, я бежала, пока чуть не сдохла, я таскала тебя вдоль и поперек этого дурацкого города, пока у меня все не заболело… — У нее отказал голос. Она начала хватать воздух и заколотила Мондрагона кулаками, когда он попытался ее схватить. — Я опять найду свою лодку, говорю тебе, и если надо, доставлю тебя хоть в преисподнюю, но только не пытайся указывать мне, как я должна это делать!

— Джонс…

— Не трогай меня!

Она ударила его по руке. Сильно. Дверь задребезжала и раскрылась, и на их лица упал свет лампы. Альтаир повернулась и подняла руку, чтобы прикрыть ладонью глаза.

— Это я, Джонс, — сказала она.

— Кто там с тобой? Кто там с тобой?

— Его зовут Карлессон.

— С Соколиных островов?

— Да нет. Хэй, я знаю его, Джеп. Можешь нас впустить. Мне нужна комната наверху. Частная история.

Наступило молчание. Потом послышался горловой смех.

— Стало быть, лед растаял.

— Заткнись, Джеп, и дай мне поговорить с Моги.

— Сначала входи. — Лампа шевельнулась, поднялась повыше. — Сэр, идите за мной, и не поймите неправильно… у нас тихий дом.

— Они убьют тебя, если придется, — перевела Альтаир. Тем временем снаружи встали мужчины и перекрыли переулок; дверь за Джепом была закрыта. Если бы вместо Альтаир Джонс возникли проблемы, эти проблемы погрузили бы в маленькую лодку и доставили в порт, трах-бульк и конец. Но в доме Моги не говорят грубым языком. Сам Моги настоял на этом. И Моги никогда не пытался отнять у кого-то другого оружие; еще один закон его дома. Если кто-то тащит за собой целый арсенал, Моги обычно говорил, что это его дело. Мы никогда не спорим с клиентами.

31
{"b":"6151","o":1}