ЛитМир - Электронная Библиотека

Уши дружно выстрелили вверх.

— Мы все будем с вами, — твёрдо сказала Хэ-рел. — Вы правы: нет ничего главнее семьи. Я собственноручно вытрясу души из нескольких молодых паршивцев, как только ступлю на землю Ануурна.

— И я! — поддержала её Тирен. При звуке их возбужденных голосов Тулли снова разволновался, но Шур похлопала его по левому плечу, а Хилфи по правому, и он успокоился. Так они и сидели рядом — разные души, объединенные общим чувством тревоги.

— Мы все исправим! — воскликнула Пианфар. — Правда, племянница?

— Теперь я понимаю, почему отец отпустил меня, — вздохнула Хилфи. — Он понял, что надвигается гроза, и отослал меня подальше от дома. Зря — ведь я могла ему помочь.

— Хм. Ты ещё не доросла до правильной оценки его тактики. Запомни: Кохан видит проблемы ещё в зародыше и заранее начинает просчитывать все возможные ходы. Он слишком горд, чтобы обратиться за помощью ко мне, и слишком умен для того, чтобы вовлекать тебя в ссоры с твоими кузенами из рода Ман… Не крути ушами, тут все свои. Если этот чертенок — мой сынок — всё-таки осмелится бросить Кохану открытый вызов, то наверняка получит по заслугам… Пожалуй, твой отец действительно был не прав, отправив тебя в рейс. Во всяком случае, я бы предпочла, чтобы ты сейчас находилась там, поскольку уверена, что у тебя хватило бы мудрости поступить с юными Карой и Тахи не мягче, но и не жёстче, чем они того заслуживают. Однако теперь все эти разговоры не имеют смысла: «Восходящая Луна» спешит домой с кучей новостей, которые вызовут настоящую бурю, и этого Кохан предугадать не мог. Кто оставался рядом с ним, когда ты улетала? Твоя мать и…

— Акифи с Лилун.

— Значит, только твоя мать, — покачала головой Пианфар: две другие хейни, представлявшие семьи Кихан и Гарас, не имели сильного голоса на Ануурне. Не в силах совладать с поднимавшимся в груди волнением, Пианфар вскочила на ноги и принялась расхаживать по отсеку. — Ладно, не важно. Что бы там ни произошло, мы с этим справимся.

— Пианфар…

Её окликнул Тулли. Она обернулась к нему.

— Вопрос, — сказал он, сделав слабый жест в направлении двери, через которую недавно выскочила разъярённая Хилан Фаха со своим экипажем. — Почему он ругался?

— Она, — раздраженно поморщилась Пианфар. — Это была она, Тулли, и наш спор тебя совершенно не касается.

Чужак смущенно прикусил губу.

— Я пойду. — Он начал вставать с кресла, но Шур усадила его на место:

— Нет-нет, Тулли, всё в порядке. Ты не виноват.

— Да, не виноват, — подтвердила Пианфар и ядовито добавила: — На этот раз. — Она подошла к двери и уже с порога торжественно объявила: — Мы победим! — а затем повернулась и зашагала в сторону лифта.

Итак, Ким сброшен. Может быть, мёртв. А если жив, то находится в изгнании. Молодой Кара не имел ничего общего со своим отцом. Ким был мягким и ленивым. Он обожал роскошь. Он любил сидеть в тени своего сада и слушать истории о далеких мирах, которые рассказывала ему Пианфар по возвращении домой. Он всегда смотрел сквозь пальцы на выходки своего сына, и вот теперь этот сын выступил против него.

Пианфар поднялась к себе, захлопнула дверь и уселась за стол. Дом значил для неё много, и она предпочитала не думать о нём во время своих путешествий, чтобы не загрустить. И все же несколько сувениров у неё имелось — например, гладкий серый камушек с Кахиновых Холмов. Однако сейчас ей даже не верилось, что он был здесь, рядом с ней в этом чужом мире, и вызывал у неё в памяти запах свежей травы, тепло солнца и струйки дождя, серебрившиеся над склонами гор.

Её сын выбросил Кима прочь и вплотную придвинулся к самому Кохану, намереваясь разрушить всё, что ей с таким трудом удалось создать, а Кохану — Сохранить… Нет, пожалуй, Кохан был всё-таки прав, отправив Хилфи в космос, — ей, безусловно, стоило набраться жизненного опыта перед тем, как вступать в семейные войны.

Пианфар убрала камень в ящик стола и снова задумалась. Её экипаж находился на станции, словно в мышеловке: им оставалось только ждать, пока махены закончат ремонт, и гадать, что же предпримут кифы.

А кифы могли предпринять все что угодно — например, обрушиться на Ануурн. С одной стороны, Акуккак не был похож на безумца и не мог не понимать, что для подобного набега ему не хватит сил. Просто он, как и все кифы, любил пугать и преувеличивать, зная, что паника всегда работает против того, кто ей поддается. Но, с другой стороны, он и его головорезы вполне могли принадлежать к числу тех, кого чужие бедствия радовали больше, чем собственная прибыль.

Пианфар начала припоминать всё, что она знала об Акуккаке. Никто из хаккиктов ещё не летал на такие огромные расстояния с использованием стольких кораблей. Никто из хаккиктов не посмел бы атаковать станцию стишо, а потом угрожать расправой целой звёздной системе подобно тому, как Акуккак проделал это на Уртуре…

В конце концов Пианфар была вынуждена признать, что угроза нападения на Ануурн действительно существует.

Она проверила входящие сообщения. Ничего важного. Кненны по-прежнему кружили над Кирду, и, когда она включила передатчик, из динамика раздалось их разноголосое пение. Какой-то тка вторил им булькающими звуками, похожими на статический шум, «Интересно, как это переводится?» — подумала Пианфар. Она слышала также станционную болтовню и обрывки разговоров ремонтников, продолжавших колдовать над разбитым крылом «Гордости», а вот корабли, находившиеся вне зоны Кирду, временно молчали; поддержание постоянной связи с «Хасацо» забрало у станции так много энергии, что пока она не могла пробиться даже к своим звездолетам в районе соседних Мейлы и Килаунана.

Пианфар связалась с местным рынком и высказала им свои претензии по поводу скверной работы службы доставки. Ей пообещали немедленно исправить ситуацию, и, хорошо зная представления махенов о том, что такое «немедленно», Пианфар быстренько подсчитала, что у неё имеется слабый шанс увидеть свой заказ прежде, чем «Гордость Шанур» покинет Кирду.

Время от времени из приемника доносились четкие рапорты — это военные корабли махендрсет патрулировали систему. Всё-таки Стастебурана был очень умен и предусмотрителен… Чего о Тахар не скажешь.

Глава 9

«Восходящая Луна» вылетела, не попрощавшись. Пианфар, разбуженная писком компьютера, отреагировала на эту новость тем, что расщедрилась на пару бессвязных восклицаний и нырнула обратно под одеяло: делать ей больше нечего, как смотреть на бегство предателей, бросивших своих соотечественников на произвол судьбы! «Гордость» стоит на автоматическом контроле — вот пускай он их и провожает. И Хилфи тревожить она не станет: слишком много чести для отбывающих. Пианфар сделала попытку снова уснуть, стараясь забыть о Тахар и о прочих неприятностях, чтобы не тратить попусту адреналин, который ей ещё понадобится. Да, точно, она не будет думать ни о доме, ни о чём другом — вот разве только о ремонте. Махены обещали закончить его к утру — клялись, что все панели уже на месте и теперь оставалось лишь проверить исправность новых контактов.

Наконец она погрузилась куда-то во тьму…

— Капитан! Капитан! Мне жаль вас беспокоить, но у кненнов началась какая-то возня.

Пианфар протянула руку, нащупала будильник и глянула на циферблат: ей нужно было встать ещё час назад. Она быстро вскочила на ноги.

— Капитан! — надрывался комнатный динамик голосом Тирен. — Это срочно!

— Я тебя слышу. Объясни толком, что происходит.

В затемненной комнате вспыхнул свет, и Пианфар, потерев заспанные глаза, постаралась сосредоточиться на экране, включенном Тирен с помощью дистанционного управления. Все системные бакены горели красным, предупреждая о возможном столкновении поднявшихся с причала кораблей.

— Кненны стартуют один за другим и ложатся на курс…

— «Восходящей Луны»? А что говорят махендосет?

— Ничего.

— Проклятие! Соедини меня с ними. Попытка связаться со станцией заняла несколько минут. Пианфар тем временем надела бриджи и завязала шнурки.

36
{"b":"6154","o":1}