ЛитМир - Электронная Библиотека

— Все в порядке! — крикнула она им, не дожидаясь расспросов, и вернулась к Шур, только сейчас вспомнив, что на той не было никакой одежды, рядом не было даже одеяла, а к ним спешили двое — нет, трое самцов; но потом решила, что сейчас не до этого. Они единый экипаж. Вместе со Сккукуком, который попал к ним волей-неволей. Тулли подбежал к Шур, и она, усмехнувшись, похлопала его по щеке перед Кимом и всеми остальными.

— Давай-ка уложим тебя в постель, — предложила Пианфар. — Твоя чертова машина тебя ждёт не дождётся.

— Ф-ф-ф-у. — Шур попыталась встать. — Золо-тозубый, — вдруг тревожно сказала она, — Золотозу-бый.

— Что Золотозубый?

— Удрал вслед за Эхран… Оставил нам сообщение…

— Где оно?

Шур махнула рукой в сторону пульта связи:

— Где-то там. В расшифровке…

Пианфар быстро подошла к пульту и уже хотела заняться сообщением, но тут вспомнила о Сккукуке. Она повернулась к экипажу:

— Тирен, займи пост. Проверь все системы. Быстро. Герен, Хилфи, отведите Шур в постель. Хэрел, Ким, Тулли, проводите Сккукука в его каюту, потом помойтесь, приведите себя в порядок и быстро назад. У нас много работы.

Хэрел прижала уши:

— Вам досталось больше, чем мне, капитан.

Впившиеся в шкуру Пианфар металлические осколки жалили тело при каждом движении, кровь из ранок, смешавшись с клочьями меха, запеклась. Её разбитый череп получил столько ударов, что она уже привыкла к постоянной саднящей боли. Похоже, Хэрел права, ей досталось больше.

— Нет времени, — сказала Пианфар. Нужно было срочно прочитать сообщение Золотозубого. Хэрел поняла это, они и без слов давно понимали друг друга. Увидев, что спорить бесполезно, Хэрел решила помочь увести Сккукука.

— Я ценный союзник, — говорил Сккукук, вырываясь из державших его рук. — Капитан, я не желаю, чтобы меня запирали, я не…

— Заткнись, — сказала Хилфи, стоя перед ним, — пошёл.

— От этой один вред, — выкрикнул Сккукук. — Кккт. Кккт. Капитан… — Киф ловко увернулся от руки Кима. — Они забрали моё оружие! Предупреждаю, они намерены…

— Пошел! — сказала Пианфар.

Сккукук вздрогнул и вжал голову в плечи. «Не нужно было так резко, — подумала Пианфар, — не нужно на него орать, ведь, как бы то ни было, он спас мою шкуру. Но ведь он киф».

Втроем — Хэрел, Тулли и Ким — они повели кифа по коридору. А Хилфи и Герен, осторожно подняв Шур с кресла, взяли её на руки.

— Я могу идти… — сказала она, — я сама могу идти, просто я немного устала.

Но, несмотря на её слабые протесты, её понесли на руках и только тут с ужасом заметили, что она без штанов.

Пианфар села в свободное кресло и включила воспроизведение записи. Ничего. Помехи, какое-то мелькание.

— О боги, какой пароль у декодера?

— CVA-двенадцать, — ответила Тирен, сидящая в кресле Хэрел.

Пароль сработал.

— Черт бы его взял, оно на махензи! — сказала Пианфар и включила переводчик.

«Ситуация осложняется, — монотонно забубнил переводчик, — советую людям лететь на Центральную. Я полечу туда. Нужно поговорить со Стле-стлес-стле-ном. Возможно, заключу сделку. Эхран уходит, я тоже. Лечу за ней. Быстро уходите из дока. Возможна небольшая заваруха».

— Черт бы его взял! «…Это ваш лучший шанс».

«Черт бы тебя взял со всеми твоими потрохами! Ты знаешь, что ты сделал, чертов ублюдок? Ты знаешь, где остался твой партнер?»

Сообщение закончилось. Пианфар дрожащей рукой отключила запись. И оставалась сидеть, крепко сжав кулаки, до тех пор, пока вместо чёрного туннеля в глазах не появилось нормальное изображение предметов. После этого она включила другую кнопку.

— «Аджа Джин», вас вызывает Пианфар Шанур. Она не стала пользоваться специальной линией связи. Кифы были повсюду, они прослушивали все линии, включая и так называемую специальную, которая считалась защищенной от прослушивания. Но сейчас было не до политики. Не время играть в секреты.

— Капитан, это «Аджа Джин», говорит Содже Кесуринан. Вы вернулись? Какие новости?

— Плохие, Кесуринан. Ваш капитан задержан. Вместе с теми, кто был с ним. Они остались в распоряжении хаккикта. Думаю, что экипаж будет освобожден. Кроме вашего капитана. Хаккикт… — (Говори спокойно, ровно, дай понять Кесуринан, что нужно читать между строк, что ты не можешь говорить открыто.) — Хаккикт желает в некотором роде удостовериться в хорошем поведении «Аджа Джин». После бегства «Махиджиру». И кое-что обсудить. Вам что-нибудь об этом известно?

— Они проходят прыжок, — немедленно ответила Кесуринан. — Мы получили подтверждение. Вы знаете, зачем задержали капитана?

— Просто хаккикт, почтение ему, хочет с ним немного поговорить. С глазу на глаз. Я оставила вашего капитана в добром здравии.

«Почтение ему. Нас прослушивают, Кесуринан. Помни, ситуация очень опасна. Не приставай ко мне с вопросами».

На другом конце линии последовало долгое молчание.

— Что вы предлагаете, капитан?

— Я предлагаю вам рассказать всё, что вы знаете, о том, зачем «Махиджиру» ушёл вслед за Эхран. Это могло бы сильно помочь делу.

— Я постараюсь что-нибудь узнать, — сказала Кесуринан. Чувствовалось, что она напряжена. — Я быстро.

— Если что-нибудь узнаете, сразу дайте нам знать. Я думаю, ваш капитан находится в крайне щекотливом положении. Я не думаю, что он знает, что хочет у него узнать хаккикт, почтение ему. Если вы ему поможете, это разрядит обстановку. Вы меня поняли? Мы тоже постараемся помочь, по своим каналам.

Снова пауза.

— Да, поняла. Спасибо, капитан Шанур. Спасибо за сообщение.

— Жаль, что все так получилось, — сказала Пианфар и отключила связь. Потом, морщась от боли, ощупала голову. Она была в крови. Пианфар сразу почувствовала, что рука стала влажной. Её начала бить дрожь. — Пойду вымоюсь, — сказала она Тирен. — Справишься одна?

— Да, — ответила, не оборачиваясь, Тирен. Она быстро проверяла работу всех систем корабля, которые могли повредить если не кифы, то Эхран.

Или «Махиджиру». Она не могла поверить в его дезертирство. Не могла поверить, что Золотозубый их предал.

Но ведь это политика. Как и политика хена, как и та борьба за власть, которая столкнула их с Эхран. Два партнера поспорили, как нужно обращаться с кифами, — Джик, который предпочитал компромиссы, и Золотозубый, ведущий какую-то другую игру, в которой участвовали кненны. И ставки в этой игре были так немыслимо высоки, что перевешивали даже самую крепкую дружбу.

Так ведут дела сильные мира сего, правители. Хейни никогда не признавали иного права, кроме права клана самому решать свои дела или права группы кланов защищать свои владения. И никогда хейни не преклоняли колен ни перед кем, кроме своих родственников или главы Дома.

Почтение ему. Почтение предводителю пиратов, который пытал её друзей и смеялся про себя, когда хейни должны были соблюдать вежливость.

«Ради Джика я наболтаю ему всё, что он захочет. Но потом отплачу сполна при первой же возможности.

Скорее всего он и сам это понимает.

Я была ему нужна больше, чем махендосет. Он предложил мне заключить союз на Центральной. Он не доверял махендосет. Он знал, как заманить хейни в ловушку, потому что знает, что такое Шанур и как они поведут себя, — так же как это знает хен, который давно уже мечтает заполучить наши шкуры. Хен понял ещё до того, как это поняли кифы, на что мы способны, когда уничтожили Акуккака, когда вступили в контакт с людьми. Они увидели, что их ждёт, если мы вступим в игру. Они подумали, что игра уже началась. И втянули в неё нас».

Пианфар покинула отсек и на минуту остановилась возле комнаты Шур, которую. Хилфи и Герен снова устраивали в постели.

— Чертовы иглы, — пожаловалась Шур.

— Да, иглы. И если ты опять все сорвешь, я с тобой сама поговорю.

— Сообщение Золотозубого.

— Ничего не понять, как всегда. — (Хэрел и Хилфи бросили взгляд в её сторону.) — Не знаю, что он затеял. — (Они ни за что не стали бы рассказывать Шур о Джике и его товарищах, оберегая её от плохих новостей.) — Лежи спокойно, ладно?

63
{"b":"6155","o":1}