ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Рыскач. Битва с империей
Князь. Война магов (сборник)
Преломление
Каждому своё 3
S-T-I-K-S. Охота на скреббера. Книга 2
Аромат невинности. Дыхание жизни
Сам себе плацебо: как использовать силу подсознания для здоровья и процветания
48 причин, чтобы взять тебя на работу
На грани серьёзного
A
A

Гостиная, белый ковер, картины на стенах всколыхнули память, напомнили о боли и эротических ощущениях.

Но все это было уже позади. Это было как броня. Больше нечего было опасаться. Он взял у Флориана чашку и отпил из нее, сдерживая дрожь в руках: внезапно его охватил и внутренний холод, и пронзительный сквозняк от кондиционера.

— Холодно, — сказал он. — Я думаю, от похмелья.

— Я весьма сочувствую, — сказал Флориан, встретив его взгляд с честностью эйзи, спокойной и озабоченной; по крайней мере казалось, что это так, и, возможно, так и было на самом деле. Не было и речи об этике, разумеется. Разве что — об этике эйзи, которая заключалась в том, чтобы избегать ссор с гражданами, ведь те могли отомстить! В таком случае у Флориана были бы серьезные основания для беспокойства.

— Флориан, прошлой ночью… я не хочу обидеть тебя… Расслабься. Расслабься…

Выражение лица эйзи не позволяло судить о его мыслях. На лице сохранялась улыбка.

Гораздо, гораздо проще досадить Флориану. Если бы это была Ари, он бы не посмел. Он и не смог обидеть ее прошлой ночью. Видя боязнь Флориана…

… боль и наслаждение. Перекрываются…

Он улыбнулся и отпил кофе, радуясь своему занятию; горькое, мрачное удовольствие, даже при том, что он стыдился приставания к одному из Ариных эйзи — и вдвойне стыдно оттого, что ему нравилось это. Тут всего лишь, убеждал он себя, человеческое побуждение — реванш за свое унижение. Он и за день до того думал бы так же и поступал бы так же.

Он только не знал бы, почему ему нравится это, или даже что ему это вообще нравится. Он даже не подумал бы о дюжине способов заставить Флориана попотеть и не прикидывал бы с удовольствием, что если он смог бы втянуть Флориана в ссору скажем, около сельскохозяйственных загонов вдали от Дома под предлогом, не имеющим отношения к Ари, он мог бы отплатить Флориану тем же — поскольку Флориан — эйзи и он мог бы придумать дюжину способов уязвить его… если Ари не будет поблизости.

Флориан, несомненно, знал это. И поскольку Флориан принадлежал Ари, она, вероятно, предполагала смущение Флориана, оставив Флориана с ним. Это соответствовало всему остальному.

— Мне жаль тебя, — сказал Джастин и, положив руку на плечо Флориана, крепко его стиснул. Почти до боли. — У тебя не слишком удобное местечко здесь, не так ли? Тебе она нравится?

— Первое, что тебе следует запомнить, заключается в том, что ты можешь получить это где угодно. Второе — то, что это связывает тебя с людьми, не входящими в семью. Это вредно, разве что ты помнишь первое правило. Именно этим я собираюсь оказать тебе услугу, милый. Ты ведь не будешь стесняться того, чем мы занимаемся здесь…

Флориан, не двигаясь, смотрел на него. Даже несмотря на то, что пожатие, несомненно, причиняло ему боль. Он мог сбросить руку Джастина всего лишь движением плеч. А в придачу еще и сломать ее. Такого стоического терпения, подумал Джастин, и следовало ожидать от эйзи, принадлежащего Ари.

— Чего ждет от меня Ари в действительности? — спросил Джастин. — Ты понял это? Мне полагается остаться здесь? Или мне полагается идти домой?

Как будто они с Флорианом стояли на одной ступени. Конспираторы, эти оба эйзи. Эта мысль вызвала у него отвращение. Однако Флориан, в какой-то мере, являлся его союзником, страницей, которую он мог прочитать, подчиненный, которым он мог распоряжаться; а ведь он так и не смог прочитать правду в глазах Ари даже тогда, когда она со всей серьезностью отвечала на его вопросы.

— Она полагает, что ты пойдешь домой, сир.

— Меня еще пригласят?

— Думаю, да, — ответил Флориан тихим, спокойным голосом.

— Сегодня вечером?

— Я не знаю, — сказал Флориан. И добавил: — Сира, возможно, будет спать в эту ночь.

Как будто это составляло давно знакомый ход событий. Он опять ощутил неприятные ощущения в животе.

Отношение, сказал бы Джордан. Все дело в отношении. Можно делать что угодно, если делать осознанно. Нужно только знать, что ты получишь взамен, вот и все.

Жизнь не стоит того, чтобы за нее продавать душу. Но вот власть… власть и сила, чтобы уметь превращать события, сила, чтобы отомстить, тут можно и поторговаться. И за безгласность отца. И за надежду когда-нибудь достичь положения, позволяющего сладить с Арианой Эмори.

— Я собираюсь зайти домой, — сказал он Флориану, принять что-нибудь от головной боли, разобраться с сообщениями и отправиться в офис. Я не думаю, что отец звонил мне.

— Не могу знать, сир.

— А я думал, что ты в курсе таких вещей, — произнес он гладко и остро, как разрезной нож. Он поставил кофейную чашку, вспоминая, где находится входная дверь, и устремился по залам с Флорианом, следующим за ним по пятам, как озабоченная тень… Телохранитель Ари, слишком вежливый, чтобы открыто идти за ним, но в еще большей степени обеспокоенный, чтобы позволить ему бесконтрольно пройти по Ариным апартаментам.

На секунду у него мелькнула мысль о безопасности своей комнаты наверху и о том, как было бы здорово, если бы откровенно обсудить все с Грантом; они вместе обдумали бы все — это вошло в привычку, дурацкий рефлекс, который внезапно резанул по желудку, измученному голодом, перебором водки и наркотиков, слишком сильным потрясением. Несмотря на головокружение, он продолжал идти, помня, где находится выход, что надо пройти прямо через холл, уставленный хрупкой мебелью и еще более хрупкой керамикой.

Затем — тройная аркада квадратных колонн. И гостиная, которая, по словам Кэтлин, служила для официальных приемов. Он вспомнил предупреждение о коврах на полу, с трудом уговорил себя подняться по каменным ступенькам и пересек комнату с незначительным подъемом к двери.

Он потянулся к замку, чтобы открыть дверь, однако Флориан остановил его руку и открыл сам.

— Будь осторожен, сир, — сказал Флориан. Он не сомневался, что при этом имелась в виду не только дорога домой.

Он вспомнил о девятилетнем эйзи. И о тех, которых Ари убила. Вспомнил об уязвимости каждого эйзи, в том числе Гранта. И видел уязвимость Флориана, у которого никогда, со дня творения, не было свободы стать кем-то другим, и который был, за исключением темной стороны его жизни, добрый и честный, как святой, потому что его таким сделали. Ленты удерживали его на этом пути, что бы Ари не вытворяла с ним.

Размышляя над этим, он вышел за дверь и двинулся по коридору, охваченный слабостью, с мутью в глазах; со всеми признаками кошмара, обрушившегося на его чувства — да к тому же еще и ленточные вспышки, и физическое истощение.

Ари создала Флориана — обе его ипостаси, со всеми его способностями — и темными, и светлыми. Может быть, она и не смогла сотворить его сразу, но она совершенствовала в соответствии с исходным замыслом… со времен ее собственной молодости.

Чтобы иметь жертву? — удивленно подумал он. Неужели только для этого?

Объект для тестирования — для идущего проекта?

Все перекрывается, пришел ответ, подкравшись к поверхности и погружаясь вновь, кошмарный, как утопленник. Границы нечетки.

Истина находится в месте совпадения крайностей. Противоположности взаимно необходимы.

Наслаждение и боль, милый.

Все меняется… или не существует. Все может находиться в противоположном состоянии или не может меняться вообще. Корабли двигаются благодаря этому принципу. Звезды горят. Биологические виды совершенствуются.

Он добрался до лифта. Втащился вовнутрь и привалился к стенке, пока не открылись двери. Он вышел в качающийся коридор, продержал равновесие до двери своей квартиры и сунул ключ.

— Никто не входил с тех пор, как последний раз пользовались этим ключом.

Нельзя доверять этому, подумал он, снова ощущая приступ: внезапную сладость, которая как бы далеко отодвинула диван и высветила общую небезопасность. Ни на что нельзя полагаться. Она может все, даже нарушить системы защиты. Весьма возможно, что в квартире в мое отсутствие установили подслушивающую аппаратуру. Она способна на такое. И невозможно узнать, может ли Монитор заметить подобное подключение. Подслушивающая аппаратура ультра-класса. Дорогое оборудование. Секретное оборудование. Она может раздобыть такое.

28
{"b":"6160","o":1}