ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Его могут вернуть обратно в Резьюн, если так подумают. Они даже не станут беспокоить полицию, а Ари вполне может попытаться сделать что-нибудь подобное. Джастин уже, должно быть, ответил на вопросы Ари, хотя Грант не понимал, каким образом. Он старался не думать об этом, в течение всей ночи пытаясь отвлечься, лежал, прислушиваясь к звукам незнакомого дома — открывались и закрывались двери, работали отопление и вентиляция, подъезжали и отъезжали в темноту машины.

Он поспешно принял душ, влез в одежду, которую ему принесли. Рубашка подошла, а брюки не совсем: то ли несколько великоваты, то ли неудачно сшиты; — аккуратно причесался, оглядел себя в зеркале и направился вниз.

— Доброе утро, — приветствовал его молодой человек, один из домочадцев. — Завтрак там, на столе. Они уже пошли. Забирай его и догоняй.

Он был испуган безо всякой видимой причины, если не считать того, что его подгоняли, до сих пор его жизнь была аккуратно упорядочена, и он всегда знал, кто его обидит и кто ему поможет. Теперь, когда Джастин пообещал, что он будет свободен и в безопасности, он не знал, как постоять за себя, кроме как выполнять все, что они приказывали. Так и полагалось эйзи. Да, сир.

Под гул двигателей голова его свесилась на грудь, и он в конце концов закрыл глаза, измотанный и не увидевший за день ничего, кроме голого днища, закрытых окон и угрюмых мужчин, летевших с ним. Может быть, думал он, если он просто будет молчать, поездка окажется легче, и он проснется в Новгороде, чтобы встретиться там с Мерильдом, который позаботится о нем.

Он проснулся, почувствовав, что самолет начал зарываться носом, и услышав, что двигатели заработали по-иному. И запаниковал, потому что до Новгорода было три часа лету, а он был уверен, что еще рано.

— Мы садимся? — спросил он. — Что-нибудь не в порядке?

— Все в порядке, — ответил Уинфилд. — Не трогай! — когда он прикоснулся к ставню, полагая, что теперь это особого значения не имеет. Но, очевидно, имело.

Самолет нырнул, коснулся полосы, затормозил, подскочил, и покатился дальше, как он полагал, к новгородскому терминалу. Самолет остановился, все поднялись, пока открыли замок, и гидравлика начала опускать трап; он встал, взяв с собой скомканный бумажный пакет — он не хотел сорить в самолете — и замер в ожидании, пока Уинфилд не взял его за руку.

Снаружи не было больших домов. Только утесы и одинокая шеренга ангаров, а воздухе пахло дикой, не обеззараженной природой. К трапу подъезжал автобус.

— Где мы? — спросил он, находясь на грани отчаяния. — Неужели Мерильд здесь?

— Здесь, здесь. Порядок. Пойдем.

Он замер на мгновенье. Он мог бы отказаться идти. Он мог бы бороться. И в то же время ничего он не может, потому что не представляет себе, где находится, или как управлять самолетом, даже если ему удастся захватить его. Там стоит автобус — его можно использовать для побега, но он опять же не имеет ни малейшего представления, где находится, а если у него кончится горючее в этой дикой местности, то он — мертвец, вот и все. А дикая природа была тут со всех сторон: позади строений виднелась здешняя растительность.

Он мог надеяться найти телефон, если они решат, что он достаточно послушен, и не будут постоянно следить за ним. Он восстановил в памяти номер Мерильда. Все эти мысли пронеслись у него в голове за ту секунду, что прошла между тем, как он выглянул наружу, и как Уинфилд взял его за руку.

— Да, сир, — сказал он кротко и спустился по ступенькам туда, куда ему велели — впрочем, могло быть и так, что к Мерильду. Он по-прежнему надеялся, что они говорят ему правду. Но сам уже не верил в это.

Уинфилд провел его к ожидающему автобусу и открыл дверь, втолкнул его и вошел сам следом с Джеффри и Ренцем. В салоне было семь сидений, по одному у каждого окна и еще одно сзади; Грант занял ближайшее, Уинфилд сел рядом; двое других устроились напротив.

Он оглядел окна и двери: тщательно загерметизированы. Транспорт для дикой местности. Стиснув руки на коленях, он тихо сидел, глядя, как водитель запустил мотор и погнал прямо через тротуар, но не к домам, а по дороге вдоль железнодорожной линии, вероятно, по ней ездят к климатическим башням. Очень скоро они уже ехали по грязи, а спустя еще немного времени они взбирались из речной долины наверх, на холмы, за пределы безопасной территории, обеспечиваемой башнями.

Дикая местность.

Возможно, что его ждет смерть после того, как они выкачают из его мозга все, что он знает. Может статься, что их послала Ари, но было бы очень странно, если бы Резьюн решала таким способом свои проблемы, когда они запросто могли бы вернуть его назад так, что ни Джордан, ни Джастин ничего не узнали бы. Просто приземлится самолет регулярного транспортного рейса и отправят беднягу на автобусе в отдаленное здание, где можно делать, что угодно, пока не станет безопасным (если это когда-нибудь произойдет) признаться, что он у них.

Они могут быть, что более вероятно, быть врагами Ари, и в этом случае они способны на все и не захотят оставить живого свидетеля.

Что бы ни случилось, Крюгер, несомненно, участвует в этом, и может быть, дело в деньгах… и не исключено, что широко распространившийся слух о гуманности Крюгера был обманом. Резьюн переполнялась обманами. Не исключено, что Ари сама поспособствовала такому положению. Не исключено, что Крюгер просто всех надул, может быть, у него был небольшой «левый» бизнес, связанный с подделкой Контрактов. Может оказаться так, что его продали на какую-нибудь затерянную в глубинке шахтную площадку или, о Господи, куда-то, где захотят попытаться перестроить его. Попытаться. Он сможет справиться с любым, кто вмешательством в его ленточные структуры до определенного уровня. А с остальными…

Он не был уверен.

Их было четверо, считая шофера, к тому же такие люди вполне могут иметь оружие. От отравленной природы их предохранят двери автобуса.

Стиснув руки, он отчаянно пытался выработать правильную линию поведения. Наилучший вариант — это телефон. Может быть, имело смысл угнать автобус, если появится возможность, и если он узнает, как добраться до цивилизации, и хватит ли на это горючего. Может случиться, что такой шанс появится только через несколько дней. Или через неделю.

— Я думаю, что ты знаешь, — сказал, наконец, Уинфилд, — что это не то место, куда ты предполагал попасть.

— Да, сир.

— Мы — друзья. Ты должен верить этому.

— Чьи друзья?

Уинфилд положил свою руку на руку Гранта.

— Твои друзья.

— Да, сир.

— Соглашайся на все. Будь исключительно угодливым.

— Да, сир. Все, что угодно, сир.

— Ты расстроен?

Как поганый надсмотрщик, разговаривающий с каким-нибудь рабочим мю-класса. Этот человек полагал, что знает, что делает. Это могло быть и хорошо, и плохо… в зависимости от того, насколько этот дурак понимает в лентах и наркотиках. Уинфилд недооценивал его с этой стороны. Он сдерживал инстинктивные реакции хотя бы потому, что он считал их бесполезными в сложившейся ситуации, и потому, что гораздо полезнее ходить с опущенной головой… исходя из того, что его похитители не совсем тупые, они просто смотрят слишком поверхностно, чтобы осознать, что альфа-уровень в его карточке означает, что он не может быть до такой степени подавленным, как прочие эйзи. Им следовало накачать его наркотиками и перевозить, ограничив возможности его передвижения.

Безусловно, он не собирался говорить им об этом.

— Да, сир, — ответил он с застенчивой озабоченностью представителя тета-класса.

Уинфилд похлопал его по руке.

— Все в порядке. Ты — свободный человек. Будешь свободным.

Он заморгал глазами. Для этого не понадобилось притворяться. Слова «свободный человек» усложняли стоящую перед ним проблему; а добавочные сложности были ему ни к черту.

— Мы немного поднимемся в горы. В безопасное место. С тобой будет абсолютно все в порядке. Мы дадим тебе новую карточку. Мы научим тебя, как вести себя в городе.

30
{"b":"6160","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
#Как перестать быть овцой. Избавление от страдашек. Шаг за шагом
Армада
Мои дорогие девочки
В тени баньяна
Прекрасная буря
BIANCA
Выйди из зоны комфорта. Измени свою жизнь. 21 метод повышения личной эффективности
Девушка, которая лгала
Беженец