ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пожалуйста, мысленно взмолился он. Пожалуйста. Кто-нибудь, остановись здесь! На секунду вспыхнула надежда; следом за ней испуг. Он прислушивался, сидя на матрасе. Стиснутые руки он сжимал между колен.

— Позови Ари, — неоднократно просил он охранников. — Скажи, что я хочу поговорить с ней.

Но они были эйзи. У них не было полномочий обращаться выше, чем к своему Инспектору. И сколько он ни просил. Инспектор так и не приходил.

Он находился в камере для самоубийц, стены и дверь, обитые мягким материалом, раковина, унитаз и матрас. Свет горел постоянно. Пищу приносили в водорастворимых упаковках, чуть поплотнее туалетной бумаги, никаких ножей и вилок. У него отобрали одежду и дали ему только больничную пижаму из белой хлопчатобумажной материи. Его больше не допрашивали и даже не говорили с ним. Он не знал, сколько прошло времени, спал он плохо. Сказывался стресс, к тому же он потерял ощущение времени. И — ленточные видения, обольстительные и разрушительные. Он не позволил видениям захватить его, пока он находится в изоляции. Он отказался поддаться этому даже в порядке самоутешения.

Это не я, продолжал он думать, не давая себе заснуть, отгоняя фантазии. Это не мой выбор. Я ей не принадлежу. Я не хочу думать ее мыслями.

Он думал, что Ари держит его заложником. Она держит его и, возможно, Гранта в качестве противовеса какой-нибудь угрозе Джордана обратиться в Департамент с обвинениями. Возможно, что она и Джордана арестовала. Может быть, Джордан и не может помочь ему. Однако, в любом случае, придет полиция. И они снова не подвергали его психоскопии; и они не могли психоскопировать Джордана.

Самым уязвимым был Грант. Она использует Гранта против Джордана — и его тоже. Он не сомневался в этом.

Он надеялся, что придет полиция. Агенты Внутренних Дел. Департамента Науки. Кто угодно.

Ему показалось, что за дверью — легкое оживление.

Однако это так и оставалось только надеждой.

Грант будет ждать, что он вернется, но к нему придут агенты службы безопасности, потянут беднягу на новые допросы.

Он услышал, как щелкнул электронный замок. Дверь открылась.

— Сир Най хочет поговорить с тобой, — сказал один из эйзи; оба из Безопасности. — Пройди, пожалуйста.

Он поднялся. Колени превратились в кисель. Он вышел на свет, зная, что сейчас предстоит новый сеанс психоскопии, но у него, по крайней мере, будет случай кое-что высказать Жиро, по крайней мере, шанс произнести две-три фразы прежде, чем они введут ему наркотик.

Меньше всего он оказался подготовлен к тому, что они позволили ему идти свободно. Он испытывал головокружение, колени болели и подгибались, так что было трудно идти.

Снова ленточные видения. И Флориан.

По коридору в пустую маленькую комнату для допросов, которую он видел раньше. Он дошел до открытой двери и остановился в изумлении, ошеломленный тем, что за столом сидел не Жиро Най. Это был толстый, круглолицый человек, которому в эту секунду замешательства его мозг настойчиво стремился придать облик худого Жиро.

Не Жиро.

Дэнис Най, поднимающийся из кресла с горестным видом.

— Где Грант? — требовательно спросил Джастин. — Где мой отец? Что происходит? — Голос не слушался его. Его ноги тряслись, когда он подходил к узкому столу и наклонился через него к лицу Дэниса. — Я имею право поговорить с членами моей семьи, черт побери! Ты не забыл, что я несовершеннолетний?

— Присядь, — сказал Дэнис, потряхивая рукой. — Сядь. Пожалуйста. — Дай ему что-нибудь попить.

— Я не хочу ничего! Я хочу знать.

— Пожалуйста, — повторил Дэнис все так же спокойно и грустно, и еще раз сделал приглашающий жест рукой. — Пожалуйста, присядь. — Дай ему что-нибудь. — Пожалуйста, присядь.

Джастин упал в кресло, чувствуя, что вот-вот заплачет. Он стиснул зубы и сделал несколько вдохов, пока не овладел дыханием; а Дэнис утонул в своем кресле, сложив руки на столе перед собой и давая ему время успокоиться, в то время, как один из эйзи принес стакан с питьем и поставил его на стол.

— Там наркотик?

— Нет. Ничего. Бедный мальчик. К черту все это. Они рассказали тебе об Ари?

Было странно слышать такое. В этом не было смысла. Это холодным сквозняком промелькнуло в голове.

— Что об Ари? Где мой отец?

— Ари умерла, Джастин.

Как будто мир раскололся. На мгновение все потеряло очертания. Затем окружающие снова обрушились на него. Где он? Что они делают? Что за тишина вокруг?…

Умерла. Это не просто смерть. Как?

— Авиакатастрофа?

— Какой-то сумасшедший в Новгороде?

— Джордан обнаружил, что она делает с тобой, — произнес Дэнис самым мягким тоном, какой Джастин от него когда-либо слышал. — И он убил ее. Запер ее в криогенной лаборатории и убил.

С минуту он просто сидел. Это было неправдой. Это было неправдой. Джордан не имел понятия, что делала Ари. Он все скрыл. И Ари не умерла. Ари не может умереть.

— Джордан признает это, — сказал Дэнис спокойным тоном. — Ты знаешь, что они не могут ничего сделать. По закону. Закон не позволяет допрашивать его. Никакой психоскопии. Безусловно, никакого стирания сознания. Джорди — в порядке. Ему ничего не угрожает. Я уверяю тебя.

Его трясло. Он взял стакан и расплескал, пока подносил ко рту. И снова расплескал, ставя обратно. Ледяная жидкость промочила колено. Он не ощущал происходящего. Он не мог заставить мозг заработать.

— А что Грант? Я сказал ему, что собираюсь вернуться. Но я не вернулся.

— Грант по-прежнему в больнице. Ему ничего не угрожает. Джордан заходил повидать его. Джордан сегодня днем улетает в Новгород. Они договариваются об условиях, на которых он покидает Резьюн.

— Это отвратительная ложь! — Они начинают применять к нему психологические уловки. Он предчувствовал это. Он резко вскочил и оказался лицом к лицу с двумя эйзи, бросившимися остановить его. Он замер. Они замерли.

— Мальчик. Джастин. Пожалуйста, присядь. Послушай меня.

— Ари не умерла! — заорал он на Дэниса. — Это гнусная ложь! Чего ты хочешь добиться? Что она пытается сделать?

— О, Господи, мальчик, присядь. Послушай меня. У твоего отца не будет много времени. Пожалуйста.

Черт бы побрал моего братца! Так не хочет помещать тебя в больницу…

— Образумься. Присядь.

Он сел. Ничего другого не оставалось. Они могут сделать все, что захотят.

— Послушай меня, Джастин. Люди из Внутренних Дел допрашивали Джорди; Джорди упросил Жиро не впутывать тебя в это дело. Он не хотел, чтобы эта история выплыла наружу. Ты понимаешь? Он не хотел, чтобы они психоскопировали тебя. Жиро просто не дал им соответствующего распоряжения. Джорди поддержал его в этом. Однако мой проклятый брат уехал в столицу, а они продолжали повторять, что с тобой все в порядке, — Дэнис легонько вздохнул, протянул руку и положил ее на руку Джастина, лежащую на столе. — Но ты не в порядке. Черт возьми, похоже, что психоскопия Жиро была у тебя не первая за последние несколько недель, так?

Он выдернул свою руку.

— Оставь меня одного!

— Ты хочешь успокоительного?

— Я ничего не хочу. Я хочу выбраться отсюда. Я хочу поговорить с моим отцом!

Нет. Не хочешь. И, пожалуйста, не говори таким тоном. Понимаешь меня? Он покидает нас. И не вернется обратно.

Он уставился на Дэниса. Не вернется.

— Совет подготовил план, — продолжил Дэнис, — предоставляющий ему лабораторию на Планиде. У него не будет возможности уехать какое-то время. Я не хочу, чтобы ты расстраивал его, сынок. Завтра ему предстоит предстать перед комиссией Совета. И оттуда он сразу отправится дальше. Тебе ясно? Это очень важно.

Это все было на самом деле. Это случилось. Он вглядывался в обеспокоенные глаза Дэниса Ная с ощущением, что весь мир обратился в хаос, и превращается в сплошной кошмар, в котором придется жить в полном одиночестве…

— Тебе не нужно успокаивающее? Без обмана, Джастин. Я обещаю тебе. Просто, чтобы дать тебе недолгий отдых перед разговором с отцом.

45
{"b":"6160","o":1}