ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Подтасовка. Дирижирование, сказал Джастин про себя. Всей постановкой. Настал недолгий период неизвестности. Секреты.

А он по-прежнему не мог сдержать свои реакции.

Жиро читал или изображал, что читает. Его дыхание тяжело. Его лицо не стало более дружелюбным, когда он поднял глаза.

— Тебе не нравится ленточное обучение. Странно для разработчика.

— Я не доверяю ему. Ты можешь упрекнуть меня?

— Ты даже не впитываешь развлекательные ленты.

— Я много работаю.

— Давай оставим такие ответы. Ты увиливал от вызовов. Петроса — ты впитываешь ленты не чаще, чем раз в месяц или около того. Это чертовски странное отношение для разработчика.

Он ничего не ответил. Его бойкость испарилась.

— Даже Грант, — продолжал Жиро, — не ходит в лабораторию за своими лентами. Он пользуется домашним устройством. Неподходящий способ для приведения в порядок.

— Для этого не существует правил. Если это удовлетворяет его, то пусть. Грант талантлив, он хорошо усваивает.

— И ты не инструктировал его, чтобы так поступать.

— Нет, это не моя инструкция.

— Ты знаешь, — сказал Петрос, — Гранту достаточно самообеспечения, полностью приспособлен к общению с людьми. Он не нуждается в подкреплении так же часто, как другие. Однако принимая во внимание то, через что он прошел, лучше бы ему провести глубокое. Просто для проверки.

— Принимая во внимание, то, через что ты заставил его пройти? Нет!

— Так это твоя инструкция, — снова сказал Жиро.

— Нет, это его выбор. Это его выбор, он имеет право, так же, как я, насколько я слышал.

— Я не уверен, что нам нужна группа разработчиков-лентофобов.

— Пошел к черту.

— Успокойся, — сказал Дэнис. — Не бери в голову. Жиро, с его работой все нормально. И у Гранта тоже. Мы не об этом.

— При убийстве Ари оказалась не единственной жертвой, — сказал Петрос. — Пострадал Джастин. Пострадал Грант. Мне кажется, что нельзя игнорировать такой факт. Ты имеешь дело с тем, кто в момент происшествия был мальчиком, кто сам, кроме прочих, фактически, явился жертвой преступный действий. Ари. Я не хотел акцентировать внимание на этом. Я приглядывал за ним. Я посылал ему приглашения прийти и поговорить. Это правда, Джастин?

— Это правда.

— Ты не откликался, так?

— Нет. — Паника охватывала его. Он ощущал внутреннюю слабость.

— Вся обстановка, связанная с Проектом, — сказал Петрос, — несколько беспокоила тебя, не так ли?

— Живи и давай жить другим. Мне жаль девочку. Я уверен, что ты получил всю выгоду от подслушивания в моей квартире. Я надеюсь, что ты хорошенько насладился интимными моментами.

— Джастин.

— Ты тоже можешь идти к черту, Петрос.

— Джастин. Скажи мне правду. У тебя по-прежнему бывают видения?

— Нет.

— Ты уверен?

— Да, я уверен.

— Ты был сильно подавлен, когда пришел на праздник, так?

— Конечно, нет. С чего бы мне?

— Я полагаю, что вот твой ответ, — обратился Петрос к Жиро. — Он пришел туда в подавленном состоянии. Они оба. Поэтому Ари без труда уловила это. Вот и все, что касается этого. Я не думаю, что они задумывали что-то заранее. Меня больше беспокоит состояние духа Джордана. Я полагаю, что сейчас лучше отпустить его на работу; пусть он появляется на семейных церемониях, и ведет настолько нормальный образ жизни, насколько сможет. Он и без того переживает достаточно. Я только хотел бы, чтобы он пришел на консультацию.

— Жиро, — сказал Дэнис, — если ты доверяешь чувствительности маленькой Ари, то вспомни, что она не испугалась Джастина. Несмотря на его подавленность, она не испугалась. Как раз наоборот.

— Это мне тоже не нравится, — Жиро втянул воздух и откинулся на спинку кресла, глядя на Джастина из-под бровей. — Ты выполнишь предписание Петроса. Если он сообщит мне, что ты сопротивляешься, ты еще до заката отправишься на климатическую станцию. Понял меня?

— Да, сир.

— Ты будешь продолжать работу. Если ваши дороги с Ари пересекутся, ты можешь говорить с ней или нет по своему усмотрению, чтобы не вызвать малейшего любопытства. Ты будешь появляться на семейных мероприятиях. Если она заговорит с тобой, будь с ней любезен. Не более того. Если ты отклонишься от этой линии, ты снова очутишься здесь, и у меня не будет хорошего настроения. То же самое — в отношении Гранта. Ты разъяснишь ему. Ты понял меня?

— Да, сир.

Как любой эйзи. Тихо. С уважением. Это — ловушка. Она, по-прежнему, готова захлопнуться. Этим дело не ограничится.

— Ты можешь идти. Открой дверь, Аббан.

Дверь открыли. Он резко поднялся из кресла. То же самое сделал Дэнис. Он прямиком направился к двери, и Дэнис вышел вместе с ним, поймал его руку, провел мимо охраны в закуток приемной и дальше в главный коридор.

Там Дэнис придерживал его, останавливая.

— Джастин!

Ему пришлось остановиться. Он все еще дрожал. Но открытое неповиновение ни к чему хорошему не приведет.

— Джастин на тебя оказывают сильное давление. Но ты знаешь, и я знаю, что не существует способа переноса памяти. Это не прежняя Ари. Честно говоря, мы не хотим нового раунда вражды с Уорриками. Мы не хотим, чтобы в этом сыграл бы роль Джордана. Ты знаешь, каковы ставки.

Он кивнул.

— Джастин, послушай меня. Жиро испытывал тебя. Он прекрасно знает, что ты честен. Он просто.

— Ублюдок.

— Джастин. Не осложняй. Сделай, как говорит Жиро. Не совершай ошибки. У тебя не должно возникать желания обидеть маленькую девочку. Я знаю, что ты не хочешь этого. То, что Ари сделала с тобой — не имеет к ней отношения. И тебе не следует обижать ее.

— Нет. Видит Бог, я ничего не делал по отношению к Ари. Неужели ты думаешь, что я обижу младенца?

— Я знаю. Я знаю, что это правда. Просто подумай об этом. Имей это в виду в следующий раз, когда будешь иметь с ней дело. Ари нанесла тебе рану. Разве ты сможешь поступить так же по отношению к ребенку? Ты разве можешь обидеть ее? Я хочу, чтобы ты всерьез подумал об этом.

— Я ничего ей не сделал!

— Ты ничего не сделал. Успокойся. Успокойся и передохни. Послушай меня. Если ты сможешь повести себя правильно, это может помочь тебе.

— Конечно.

Дэнис снова взял его за руку, теснее прижав его к стене, когда охранники вышли из офиса. И упорно продолжал разговор.

— Джастин. Я хотел сказать тебе — о просьбе, которая лежит на моем столе, о телефонных переговорах: я собираюсь дать ей отлежаться несколько недель, а затем дать добро. Надо чуть-чуть подождать — Джордан умен, и у службы безопасности должно быть время на обдумывание. Это максимум что я могу сделать. Тебе легче от этого?

— Чего это мне будет стоить?

— Ничего. Ничего. Просто не испорти дело. Остерегайся попасть в беду. Хорошо?

Он уставился на стену, на узоры известки, расплывающиеся перед его глазами. Он почувствовал, что Дэнис погладил его по плечу.

— Я ужасно сожалею. Ужасно. Я знаю. У тебя не было ни дня покоя. Но я хочу, чтобы ты участвовал в Проекте. Поэтому я убеждал Жиро оставить тебя в нем. Ты нравился Ари — нет, послушай меня. Ты нравился Ари. Независимо от того, что она сделала. Я знаю ее — посмертно — так же, как знаю самого себя. Вражда Ари с Джорданом — стара и горька. Но она получила данные твоего тестирования и решила, что ты ей нужен.

— Они были подделаны!

— Нет, не были. У тебя имеются такие же качества, как у нее. Не ровня ей, но ведь у тебя не было подталкивающей Ольги Эмори. Она говорила мне — в личной беседе — и это не ложь, сынок, что ты ей нужен в ее отделе, что на самом деле ты лучше, чем показывают тесты, гораздо лучше, по ее словам, чем Джордан. Ее слова, не мои.

— Ты же знаешь, что не науку она при этом имела в виду.

— Ты ошибаешься. Видит Бог, что не это ты хочешь услышать. Но если хочешь понять, почему она сделала то, что сделала, то тебе следует это знать. У меня в этом один интерес. Ари. Пойми — у нее был рак. Срыв процесса омолаживания. Доктора спорят, то ли рак сбил омоложение, то ли омоложение потерпело неудачу в силу естественных причин и вызвало рак. Как бы там ни было, она знала, что больна. Операция оттянула бы проект, так что она отдала Петросу и Ирине соответствующее распоряжение и скрыла это. Она обеспечила начало проекта так, чтобы к тому времени, когда ей пришлось бы лечь на операцию — (я уверен, что она не исключала такой вариант: она была отнюдь не дура), дело не осталось бы без поддержки, ты понимаешь; и оно могло продолжаться, оставаясь лишь под поверхностным контролем. Пойми, Джастин: я знал это, потому что был ее другом. Я был тем, кого она допускала к своим заметкам. Жиро отлично справлялся с денежной стороной вопроса. Меня же занимает то, что занимало ее: Проект. Я полагаю, что ты в глубине души сомневаешься в этом. Отсутствие контроля, отсутствие повторяемых результатов — Но проект базируется на двухсотлетнем опыте работы с эйзи. Конечно, это не так вещь, которые мы в состоянии оценить количественно: ведь мы имеем дело с человеческой жизнью, с эмоциональным и с субъективным фактором. В этом мы можем совершенно расходиться во мнениях. Джастин, один на один, и я уважаю тебя за профессиональную честность. Но если ты попытаешься саботировать наше дело, я окажусь твоим врагом. Ты понимаешь меня?

59
{"b":"6160","o":1}