ЛитМир - Электронная Библиотека

- Если бы меня заранее известили о заседании, я бы сделал все возможное, чтобы присутствовать на нем. Я и так вылетел, как только получил вызов. Что же касается проекта... несомненно, он выполним: на Нижнюю можно быстро и без особых хлопот переселить тысячи людей. Сложности возникнут разве что у переселенных. Типичное жилище... Я провел в нем три года и смело могу назвать его примитивным. Туземцы копают котлованы, в них опускаются купола, в куполах поддерживается достаточное давление воздуха; компрессоров хватает, а крепежный материал под рукой. Туземный труд на Нижней всегда был эффективен - никаких неудобств из-за противогазов, - но и людям применение найдется: полевые работы, разработка недр, расчистка территорий, опять же возведение куполов. Функции надзирателей и охранников могут взять на себя резиденты Пелла. Кстати, с охраной никаких проблем на Нижнюю можно отправлять самых опасных преступников. Стоит вам отнять у преступника дыхательную маску, и он никуда не убежит и ничего не сделает против вашей воли.

- Господин Лукас! - поднялся старый Энтони Эйзель - друг Анджело и неисправимый гуманист. - Господин Лукас, я не могу поверить своим ушам! Речь идет о вольных гражданах, а вы предлагаете... строить трудовые колонии! Это же беженцы! Мы не смеем превращать Нижнюю в концлагерь.

- Прогуляйтесь в "К"! - выкрикнул кто-то с яруса. - Полюбуйтесь, во что они превратили эти секции! У нас там были квартиры! Прекрасные квартиры! Теперь там сплошная разруха. Вандалы! Погромщики! Они напали на полицию с обрезками труб и кухонными ножами. Еще неизвестно, все ли оружие удалось у них отобрать.

- Там убивают! - вторили ему. - Банды головорезов!

- Нет! - возразил еще один, незнакомый голос. Лица повернулись к худощавому, нервному человеку со впалыми щеками, севшему, как заметил Джон, в только что освобожденное им самим кресло. Незнакомец поднялся на ноги.

- Меня зовут Василий Крессич, я приглашен из "К". На станции Рассел я был депутатом. Уполномочен представлять здесь карантин. Все, о чем вы говорили, случилось из-за паники. Но сейчас у нас порядок, а головорезы отправлены в тюрьму.

Джон набрал воздуху в легкие.

- Рад видеть вас, депутат Крессич, но ради безопасности все того же карантина мы должны выпустить пар. Необходимо отправить часть населения на планету. База на Нижней десять лет дожидается расширения, но только теперь у нас достаточно людей, чтобы заняться этим всерьез. Беженцев, которые изъявят желание работать, мы примем в нашу систему. Что они создадут, тем и будут пользоваться. Или вы считаете это несправедливым?

- Сначала мы должны пройти идентификацию! Мы отказываемся переселяться куда бы то ни было без документов! Один раз это случилось, и вы сами видите результат. Новые перемещения без документов еще больше осложнят наше положение, еще больше затруднят идентификацию. Люди, которых я здесь представляю, не допустят этого!

- Господин Крессич, это угроза? - спросил Анджело.

Выступавший, похоже, был на грани обморока.

- Нет, - произнес он поспешно. - Нет, сэр, я всего лишь выражаю мнение людей, которые меня сюда послали. Их отчаяние. Им жизненно необходимо поскорее пройти идентификацию. Любое иное решение ведет к тому, о чем только что шла речь: к трудовому лагерю, к рабству ради выгоды Пелла. Или вам только того и надо?

- Господин Крессич! Господин Крессич! - воскликнул Анджело. Депутаты, давайте успокоимся и будем соблюдать порядок. Господин Крессич, мы дадим вам высказаться в порядке очереди. Джон Лукас, продолжайте, пожалуйста.

- Как только у меня будет доступ к центральному компу, я смогу назвать точные цифры. Мне необходимо знать нынешние коды. Да, на Нижней можно начать широкое строительство. Да, у меня по-прежнему есть подробные планы. Через несколько дней, если угодно, я представлю сметы и штатное расписание.

Анджело покивал, хмурясь, - для него этот момент был не самым приятным.

- Мы боремся за выживание, - произнес он, - и именно сейчас вынуждены беспокоиться о системах жизнеобеспечения. Надо частично освободить их от нагрузки. Мы не можем обеспечить беженцев рационом жителей Пелла, не опасаясь нарушить равновесие. И мы вынуждены сделать выводы из случившегося, - я имею в виду мятеж. Примите мои извинения, господин Крессич, но такова ситуация, сложившаяся вопреки нашему желанию, и, я уверен, вопреки вашему. Недопустимо рисковать безопасностью станции или базы на Нижней. Иначе все мы вскоре окажемся на фрахтерах, летящих к Земле, - нищие, как Лазарь. Таков третий вариант.

- Нет! - прошелестело по залу.

Джон молча уселся, глядя на Анджело и размышляя о зыбком равновесии на Пелле и шансах на выживание. "Ты уже проиграл", - мысленно обратился он к Константину. Его подмывало встать, обратиться к совету и расставить все по своим местам. Но он этого не сделал. Он сидел, плотно сжав губы.

"Вопрос времени. Мирный договор мог бы нас спасти. Но едва ли стоит на него надеяться, когда все Внеземелье, будто влага с водораздела, сбегается в два потока: один - к Земле, другой - к Унии. И с таким лидером, как Анджело, Пеллу не удержаться на месте. Год за годом под властью Константинов... Кичливое "общество закона", всегда пренебрегавшее охраной и слежкой, а теперь не желающее погрозить кулаком "К"! И оно надеется с помощью призывов к распоясавшейся толпе водворить порядок?!"

Джон мог поставить на обсуждение и этот вопрос, но предпочел молчать, ощущая во рту горечь при мысли о том, что хаос, охвативший станцию из-за бесхребетности Константина, может перекинуться на Нижнюю. Он не надеялся на успех, - осуществлять его планы предстояло Эмилио Константину и его жене, а они обязательно разложат низовиков, дав им свободу досуга, потакая суевериям и разгильдяйству... пока не испортят оборудование и не затянут монтаж... А как эта парочка будет управлять "К", даже подумать страшно...

Он сидел, оценивал шансы и пришел к неутешительным выводам.

- Пелл не выживет, - сказал он в тот вечер Витторио, своему сыну, и Дэйину Джекоби - единственному родственнику, которого уважал. Откинувшись на спинку кресла, Джон хлебнул горького низового вина. Его окружала дорогая мебель, перенесенная сюда второпях из остальных отобранных комнат. - Он уже трещит по швам. Мягкотелость Анджело приведет к тому, что мы потеряем все. Не исключено, что нам самим перережут глотки. Назревает большая буча, понимаете? Так что же, прикажете сидеть и ждать конца?

Витторио побледнел от страха. Он всегда бледнел, когда заходил разговор о серьезных вещах. Дэйин - человек иного сорта - задумчиво хмурился.

- Короче говоря, надо идти на контакт, - откровенно заявил Джон.

Дэйин кивнул.

- В такие времена полезно запастись черным ходом. Я уверен, на этой станции есть немало потайных дверей... Главное - подобрать к ним ключи.

- По-твоему, это реально? - спросил Дэйин. - И где их искать? Твой племянник ведет дела кое-кого из перемещенных. У тебя есть какие-нибудь идеи?

- Черный рынок омолаживающих средств и тому подобного. Он здесь расцвел махровым цветом, неужто не знаешь? Сам Константин принимает эти лекарства, даже на Нижней их можно купить.

- Они не запрещены.

- Конечно, ведь без них не обойтись. Но откуда они берутся? Из Унии, откуда же еще. Через купцов. Кто-то где-то ведает этим каналом... может, купцы, а может, кто-нибудь на станции.

- И как нам выйти на этот канал?

- Попробую выяснить.

- Есть человек, который может помочь. - Вмешательство Витторио застало собеседников врасплох. Сын Джона тяжело сглотнул и облизнул губы. - Розин.

- Твоя шлюха?

- Она знает рынок. Есть один полицейский... довольно высокопоставленный и с чистейшим послужным списком. Он куплен. Если хотите что-нибудь выгрузить или погрузить, и чтобы на это посмотрели сквозь пальцы, он устроит.

Джон внимательно посмотрел на своего сына, на этот продукт годичного брачного контракта, отчаянной попытки приобрести наследника. Вообще-то не удивительно, что Витторио разбирается в подобных вещах.

16
{"b":"6162","o":1}